Я застонала, пытаясь встать на ноги. Все тело пронзило болью, но я встала и приготовилась к очередному удару. Самое главное все кости были на месте, это не могло не радовать.
Волк зарычал и бросился ко мне. Я успела отскочить в сторону, когда он врезался в стену, но это задержало ненадолго. Я хотела выхватить нож из спины, но не успела. Он был слишком быстр для меня. Увидев руку с когтями, я присела на пол и ударила его в живот, но это было, как ударить кирпичную стену. Морф даже не шелохнулся. Зато успел направить другую руку мне прямо в лицо. Удар был такой, как будто в меня врезался грузовик. Я услышала хруст костей и поняла, что он сломал мне челюсть. Наверное, тело было в шоковом состоянии, потому что боли я не чувствовала.
Схватившись рукой за стену, я подтянуло свое тело, и смогла встать. Это было моей второй ошибкой. Наверное, у них лежачего не бьют, но я ведь встала!
«Браво Шелли! — издевалось мое подсознание».
Волк заревел, глядя на меня, и набирая скорость, со всей силы врезался в мое тело. От этого удара меня даже подбросило вверх. Приземлившись на землю, я услышала хруст еще нескольких костей. Были только звуки, ни боли, ни слабости, ничего.
Я лежала на земле, устремив взгляд в небо. И увидела белоснежное облако похожее на волка. Протянув руку, я прошептала разбитыми губами:
— Ксандр…
Что-то вспыхнуло, и я увидела его. Он смотрел в зеркало, а сам был в какой-то комнате. Ксандр тряхнул головой, и его рука поднялась к тому месту, где была я.
— Angelus… — промолвили его губы.
Если это последнее что я увижу перед смертью, то я была рада. Надеюсь, что Захария был прав, и Ксандр не умрет, когда это случится со мной. Улыбнувшись, я почувствовала, как меня трясут, и прохрипела напоследок:
— Люблю тебя…
Он не успел ничего ответить, как я уже распахнула глаза, поняв, что волк поднял меня и перекинул через все поле. Тело больше не слушалось, и я была рада, что хотя бы не испытываю боли.
Не знаю что случилось, но я почувствовала магию, внезапно наполнившую мое тело. Она была, где-то глубоко внутри меня, но все-таки была. Я вскрикнула от счастья и посмотрела на морфа. Он ходил по кругу, собирая крики и овации людей. Они восхищались им, но это ненадолго. Я попыталась поднять руку, что получилось сделать только с третьего раза. Она сильно дрожала, поэтому пришлось сконцентрироваться на своей силе. Если во мне и правда текла кровь древних богов, то черт бы вас побрал, помогите мне!
Шея загорелась и, выгнувшись всем телом, я закричала, как будто к коже прислонили раскаленное клеймо. Магия наполняла мое тело пока я не почувствовала что сейчас разорвусь. Рука все еще была направлена на волка, и я решила использовать ее как проводник для моей силы.
Он повернулся, нюхая воздух, но было уже поздно. Я выпустила всю магию, которая была во мне и увидела, как у морфа в груди появилась огромная дыра. Там где должно было биться сердце, была пустота. На арене все тут же смолкли, от такого поворота и тут я почувствовала его.
— Какого черта здесь происходит? — Захария ворвался как буря, сметая все на своем пути. — Кто посмел прикоснуться к ней?
Он рвал и метал как бешеный пес, а я только смотрела на изумленные глаза полу волка, у которого в груди была дыра. Он свалился на бок, а глаза уставились в пространство. Доигрался волчонок.
— Не смей умирать! — воскликнул Захария, взяв меня на руки. — Ты убила его! Моего лучшего воина морфа. Когда придешь в себя заплатишь за все сполна.
Лучше бы мне больше не открывать глаз. Как я мечтала увидеть его мертвым. Говорят, если отпустишь свои мечты, то они обязательно сбудутся. Теперь это было не мечтой, а целью моей жизни.
Голова стала кружиться, и я поняла, что теряю сознание. Это было самым лучшим, что могло произойти со мной. Блаженная темнота накрыла меня, и я счастливо улыбнулась. Это было прекрасно. Я наконец-то осталась одна.
Глава 2
Рука прикоснулась к самому любимому лицу на свете. Его губы улыбнулись, и я поняла, что самая счастливая. Золотые глаза смотрели в мои, а я тонула от силы его взгляда. Сердце забилось в груди от переполнявших чувств, и я услышал свой смех. Это было как глоток свежего воздуха. Я снова ощущала себя живой. Чувствуя каждую частичку своего тела, я знала, что не может быть ничего прекрасней этого.
Время замедлилось, пока ниши губы не соприкоснулись. Язык выскользнул, и медленно вошел внутрь, как бы спрашивая разрешения. Я прикоснулась своим и почувствовала его радость. Это так мало, и в то же время было всем, что хотела. Он пальцами провел по моим рукам, от чего я почувствовала дрожь во всем теле. Я зарылась пальцами в его черные как смоль волосы и блаженно вздохнула, а он тут же поймал этот звук своими губами.
Обведя комнату взглядом, я увидела сотни зажженных свечей. Они ласкали наши тела золотистым пламенем. Это было завораживающе. Смотреть, как огоньки танцуют на его совершенном теле, придавая ему оттенок солнца, об которое можно было обжечься. Манил меня как мотылька свет, и я вошла в него, не испытывая страха. Думала о том, что теперь мне никто не сможет причинить боль.
Сердце затрепетало сотнями маленьких крыльев, и я прыгнула в этот свет, не боясь сгореть. Ноги сами двигались к тому, что ждало меня впереди. Мимо пролетало множество голосов, но я не понимала, ни одного из них.
Все вокруг меня завертелось, и я услышала тихий шепот.
«Ты будешь жить моя маленькая девочка. Мы любим тебя. Всегда помни об этом.»
Это были сотни голосов и в то же время один. Он лился как бальзам на мою израненную душу. Сердце затрепетало и забилось быстрее.
Я чувствовала что падаю, но ничего не могла сделать. Пыталась, что-то сказать, но губы только открывались, не произнося, ни звука. Я устала бороться и хотела только покоя, но мне не дали даже этого, унося все дальше от прекрасного света. Мне оставалось только хватать руками пустоту.
— Она вне опасности сер. Скоро очнется. — проговорил мужской голос.
Потом послышалось бормотание, и удаляющиеся шаги. Я пыталась не двигаться, чтобы не выдать себя. В голове шумело как будто от похмелья, но я уже давно так не напивалась. Став вервольфом тем белее не могла выпить, так что бы забыться. Значит это что-то другое. Странно, ничего не помню.
Поняв, что никого рядом нет, я попыталась открыть глаза, но тут же прищурилась от яркого света. Голову пронзила вспышка боли, и я тихо застонала. Немного проморгавшись я разлепила свои глаза и уставилась в потолок моей тюрьмы. Резная кровать с белоснежным балдахином укрывала меня от остальной комнаты. В окна лился яркий свет, прогоняя темноту. Черт бы все побрал! Я надеялась, что это все было только сном.
