Читаем без скачивания Крах Мефистофеля - Алиса Нежданова

А спустя год после их знакомства, Линда окончательно убедилась, что Стас не пропускает ни одной юбки. Она до сих пор иногда вспоминала об этом случае с негодованием и даже омерзением. Дело было так.

На очередной вечеринке, где встретились семьи Романовых и Суровичей, Линда, как всегда, быстро устала от шума и пустой болтовни приятельниц. Она решила прогуляться по великолепному парку поместья, в котором они находились, и неожиданно за ней увязался Станислав. Ничего не поделаешь! Пришлось терпеть его не совсем уместную компанию. Сначала они шли по темным аллеям парка и очень мило болтали о своих семьях. Линде даже начала нравиться эта прогулка. И тут Стас спросил:

– Ты уже год в браке. Муж успел поднадоесть?

Линда сначала опешила, но, быстро взяв себя в руки, ответила:

– Ты же знаешь, мы вступили в брак по любви. Разве она может исчезнуть?

– Ладно, перестань. Всех баб тянет на приключения.

– И твою Ирку тоже?

– Да нет, она – святая, – с нехорошей усмешкой ответил Станислав.

Неожиданно он крепко обнял Линду и, грубо пытаясь впиться в губы поцелуем, стал подталкивать к зарослям кустов.

Линда хотела оттолкнуть Стаса и закричать, но не успела. Невдалеке послышался громкий голос Ирины, в котором явно звучали истерические нотки:

– Станислав, опять за свое! Пристал к моей подруге! Как тебе не стыдно! Позор тебе и мне! Я ведь обещала: еще раз – и я себя убью на твоих глазах. Ты этого хочешь?

– Пошутить нельзя – тут же в истерику кидаешься. Я просто хотел ее немного развеселить, а то у твоей подруги очень уж серьезный вид, – пробурчал Стас и, оставив женщин в одиночестве, быстро ретировался в направлении особняка.

Ирина тут же как-то сникла, ее пыл пропал, лицо жалобно сморщилось и она горько зарыдала. Линда, конечно, бросилась утешать подругу. Через несколько минут, немного успокоившись, Ирина достала зеркальце и стала вытирать платочком потекшую с ресниц тушь. Все еще всхлипывая, она рассказала, что давно не может ни с кем подружиться – Стас тут же подкатывает к ее новой приятельнице. Это просто невыносимо! Не выдержав нахлынувших неприятных воспоминаний, она снова расплакалась. И Линда вновь бросилась ее успокаивать: гладила по голове, вытирала слезы и говорила, что все это пустое и Стас по-своему любит ее. Эти заигрывания с подругами – просто желание самоутвердиться, покрасоваться перед своей ненаглядной Ирочкой, доказать ей: если она почти святая, он по- своему тоже непревзойденный мужчина – ну практически дьявол или что-то в этом роде. Ирина, всхлипывая, соглашалась.

Наконец, она совсем успокоилась, заверив Линду, что только она понимает несчастную жену гуляки и именно такая подруга очень ей нужна.

Казалось, инцидент был исчерпан, но после этого случая Ирина отдалилась от подруги. Линда подумала, что она все-таки приревновала ее к мужу, решив держать Стаса подальше от соблазна. Что ж, в какой-то степени она была права – Станислав, скорее всего, повторил бы свои заигрывания. Линде это было ни к чему и она, можно сказать, даже обрадовалась, когда Ирина прекратила с ней дружбу.

Выпив коктейль, Линда поняла, что все же, не может выбросить подругу из головы и очень хочет узнать, зачем она ей вдруг срочно понадобилась. Она еще раз несколько раз обошла все залы, в которых проходил банкет, в поисках Ирины, но той нигде не было видно. Что ж, видно, сегодня встретиться им не судьба. А если у Ирины появилось какое-то срочное дело, она позвонит по телефону. Окончательно решив оставить поиски, Линда попыталась хоть немного развеселиться: выпила коктейль, с интересом оглядела наряды собравшихся дам, побеседовала с десятком знакомых. Почти ничего не ела, хотя шведский стол ломился от яств. Потанцевала со смазливым наследником главы нефтяной компании и коротышкой-промышленником.

Так прошло два часа и тут на нее в третий раз на день нахлынула хандра. Все вокруг до смерти успело надоесть, хотя было только десять часов вечера. Ужасно захотелось уехать домой. Однако распрощаться до полуночи – обидеть хозяев. По крайней мере, так считалось в их кругу. Следуя этому стереотипу, Сергей и Софья обязательно решат, что Линде не понравилось их торжество. Она опять вспомнила бывшую подругу. Вот с Иркой бы поговорить – тогда и время прошло бы быстрее. Но ее до сих пор нигде не видно, может, уехала домой? Что же делать дальше? От невеселых мыслей ее отвлек раздавшийся за спиной мелодичный голосок с чуть заметной хрипотцой:

– Здравствуй, Линда! Как я рада тебя видеть.

Линда обернулась и увидела Ирину Романову.

– О, Ира, – расплывшись в улыбке, воскликнула Линда, – я тоже очень тебе рада. Ты меня искала? Хотела поболтать по старинке? Помнишь, как мы часами могли говорить о твоих детях? Кстати, как они? Уверена, что твои сорванцы мно-ого натворили такого, что обхохочешься. Расскажи быстрее, я хочу посме…

Тут она резко осеклась, увидев, что в глазах стоявшей напротив нее женщины застыл откровенный страх.

– Что случилось, Ира? У тебя неприятности? Ты чего-то боишься? – взволнованно спросила она.

– Да, боюсь. И хотела встретиться с тобой совсем не для того, чтобы поболтать о своих сорванцах. Я должна срочно рассказать тебе о своей проблеме… Но она ужасна… Не знаю, стоит ли тебя втягивать в свои неприятности. И все же, как ни крути, только ты сможешь мне помочь – иначе я пропала, – чуть ли не шепотом, взволнованно ответила Ирина.

– Ира, конечно, ты все должна мне рассказать. Даже не сомневайся в этом! Ты же знаешь: я обязательно помогу тебе, чем смогу.

Линда вновь осеклась, потому что взгляд собеседницы стал совсем отсутствующим. Некоторое время они стояли молча. Пауза затянулась. Но тут Ирина, вздохнув, нетвердо произнесла:

– И зачем я начала этот разговор… Когда ты все узнаешь, то скажешь, наверное, что я сошла с ума. Давай забудем о том, что я брякнула: пропадать – так пропадать, не буду втягивать в свои неприятности других.

– Ну если не хочешь говорить, дорогая, то принуждать я тебя не буду, – ответила Линда и собралась было перевести разговор на общих знакомых.

Но тут молодая женщина заплакала – тихо, но так горько, что у Линды от жалости сжалось сердце.

– Ну- ну дорогая, – прикрикнула она на подругу, в то же время, крепко ее обняв. – Прекрати сейчас же это мокрое дело, а то вся косметика потечет. Давай-ка все-таки расскажи мне о своих проблемах. И не бойся, что я тебя не пойму. Разве я не вижу, что ты совершенно нормальная? Еще раз обещаю: я тебя в беде не брошу. Одна голова – хорошо, а две – лучше. Вместе мы скорее найдем решение твоей проблемы.

Ирина еще несколько раз всхлипнула, но наконец, все же, успокоилась, взяла себя в руки и достаточно твердым голосом произнесла:

– Ладно, только поклянись, что если вдруг по какой-то причине откажешься помочь, наш разговор останется в тайне.

– Обещаю.

– Давай спустимся в бар – там сейчас никого нет, все пошли на улицу, где сейчас будет фейерверк в честь виновников торжества. Так что мы спокойно сможем выпить по коктейлю и поговорить о моих делах.

Через минуту женщины сидели в баре, потягивая через трубочку коктейли, и молчали. Линда не торопила подругу. Ирина, наконец, решилась начать разговор:

– Я сейчас не в том состоянии, чтобы ходить вокруг да около. Скажу сразу: как бы это ни дико звучало, муж хочет меня убить. Молчи! Не перебивай. Мне и так тяжело это говорить. Но я знаю точно, что так и есть. У него молодая любовница. Конечно, их было – не счесть. Однако на этот раз все серьезно. Тут смешались любовь и бизнес – девица амбициозная, со связями. Ее дядя работает начальником районной налоговой. А у моего Стаса большие проблемы с этой серьезной организацией. Он, конечно, ничего мне о бизнесе не говорит, но я же слышу его разговоры по телефону. Еще кое-что узнаю, когда к нам домой приходят друзья мужа и он с ними беседует в гостиной или в бильярдной.

– Вот уж не думала, что у него денежные затруднения, – удивилась Линда. – У твоего Стаса вид вполне успешного джентльмена и он не прочь иногда прихвастнуть процветанием своего бизнеса.

– В принципе Станислав, насколько я в этом разбираюсь, хороший бизнесмен. Он отлично чувствует настроение людей: хорошо знает, что им надо, как они хотят отдохнуть. Вот его казино и процветают. Но мой муж всегда мечтал о гораздо больших деньгах. В результате он заигрался с налогами – пытался скрыть часть доходов. Ну, по крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.

– Ты говоришь так, как будто все принадлежит ему, а ты не имеешь к бизнесу мужа никакого отношения; «его казано», «он скрыл налоги». А тебе и детям что – ничего не принадлежит?

– Да в том-то и дело, что принадлежит. На первый взгляд, кажется, что для нас с детьми это очень хорошо, но на самом деле такой расклад может сыграть с нами злую шутку. У нас нет брачного договора и, если мы разведемся, все имущество, включая бизнес, придется делить пополам. Стасик потому меня и не бросает, хотя давным-давно разлюбил. Ты же знаешь о его похождениях – что тебе рассказывать…