и лениво последовали за противником, правда уже было поздно. Во всяком случае эдемский маг хотел сделать всё, чтобы существа больше не ползали. Никогда.
— Какие противные… Буэ. Просто мерзость. Я бы проблевался на них, только вот завтрак жалко…
— Может хватит уже смеяться? Ты что-то придумал или позвал меня в качестве свидетеля твоих тупых шуток? — дрожа пробурчал Демьян. Похоже, он и вправду боялся этих склизких противных существ.
— Кидай в меня свою слизь. — неожиданно подал голос Саркис.
— Что? Ты в своём уме? Думаешь, я смогу атако…
— Не атако. Делай как я велю! — отрезал маг и бедному кучерявому пареньку осталось лишь осуществить странную просьбу.
Размазав пот по лицу, оторвав руки от амулета и приготовив их для атаки, адепт выпустил зелёный ком, больше походивший на вонючую непробиваемую соплю.
Демьян не ведал задумки эдемского друга. Будучи в смятении, совершенно не зная что делать и как вести себя, то и дело дрожа и сглатывая, юнец доверился этому широкоплечему богатырю.
Слизь булькала, летя к магу. Вот комок уже подлетел к суровому лицу Саркиса и снег легонько сорвался с посоха, оплетая меняющий форму шар. Покрывшись тонким слоем белого пушистого снега, слизь, будто живой дышащий организм, продолжила полёт, пока не плюхнулась в белое тело лениво движущейся улитки.
Зелёный комок… Он…
— Боже. Как ты додумался до такого. — тяжело задышал Демьян, чувствуя несущееся сердце, словно пробуждающееся после страха. Всё тело затрепетало и где-то в душе парень почувствовал гордость. Этот маг… Он не просто маг. Сразу было понятно, ещё с самой первой встречи, что он…
— Эдемский маг. Эдем… Легендарное место, где по легендам жили самые первые люди. Тогда они были Детьми. Детьми самого Бога! — с трепетом сказал юнец, и его глаза были готовы вылезти из орбит и затанцевать. Такая сила, такая мощь… Он тот, за кем можно пойти. Чистой воды лидер, умный и всесильный. Тот самый человек из известных и таинственных легенд Нижнего мира…
— Смотри внимательно, друг. — Саркис указал на слизня, ведь он теперь поменялся и поменялся сильно. Половина его тела смешалась с зелёным комом. Тем самым. Природа магии Демьяна была сравнима с природой слизи магической несокрушимой улитки. Наружный снег само собой растаял, обращаясь в воду, а вот другая белая пушистая часть, что оказалось за прочной белой бронёй слизня, где-то внутри его тела…
— Я могу взрастить снег в любом количестве и обратить его в лёд. И если вдруг белая слизь всего лишь защищает его бренное настоящее тело…
Тут всё было ясно и без намёков. Слизень ещё ползал, но совершал последние движения в своей жизни. Снег взъярился, зарычал, не хуже дикого зверя, и обратился в лёд. Оковы сковали настоящее тело слизня, что пряталось за надёжной антимагической бронёй. Лёд превратил его в недвижимую статую, красивое изваяние, созданное для обожания и любования.
— Он… Он умер. Ты действительно остановил его тело. Твой лёд…
— Я так и думал. Слизень был похож на улитку своими усами-антеннами. А улитки имеют свойство прятаться внутри своих прочных надёжных раковин. — этим человеком можно было гордиться. Длинные прекрасные чёрные волосы, подчиняющий звериный взгляд, холодная душа, обтягивающая куртка, железная пряжка, высокие ботинки — всё в нём излучало силу и смелость.
— Ты не просто человек. Я хочу идти за тобой! — длинный внушающий посох со сверкающим голубым навершием. — Ты тот, кто создан, чтобы подчинять! — этот нелюдимый взгляд. — Я готов быть твоим учеником, сыном, кем угодно! — холодная ничего не чувствующая душа, равнодушная к любой смерти. — Я горжусь таким как ты! Саркис…
— Не надо никем мне быть — ни учеником, ни сыном. Это Я разделю твой путь! Твоя семья, моя семья, семьи остальных — Эрик ответит за всё и за всех! Просто будь мне другом и я отвечу тем же. Даю тебе слово!
— Т-ты… разделишь мой путь, да? — взволнованно спросил Демьян, почувствовав слезинку, сбегающую из уголка глаза.
— Конечно разделю. Дружба — это равенство. Запомни! Я не подчиняю, я рушу. Рушу всё то, что мне не по нутру. А друзья, они…
— Друзья — это те, кто находится в равенстве друг с другом. Я прав?
— Именно. А тех кто не будет жить с нами в равенстве, мы будем…
— Убивать! — крикнули маги и Демьян измученно улыбнулся. — Друг, давай отомстим за наши семьи! — его кулак грозно сжался, готовый отбирать жизни. И первой их целью станет второй слизень, который уже испугался и был готов покинуть поле битвы в любую подходящую для побега секунду.
Глава 11
Пару миллиардов лет назад…
Солнце было намного ярче да и ветер привольнее. Беседка была удобна и уютна. Светлая, сложенная из берёзовых досок, вкусно пахнувшая и приятно выглядящая, она была его самым любимым местом, самым родным и самым спокойным.
Где-то рядом журчал ручеёк, петлявший по мокрым гранённым камням. Голубое небо светлело над уставшей головой, а ветерок поглаживал мелкие зелёные кустики, что отливали белым божественным светом. Такое было возможно только в Эдеме и нигде больше. Всё что было вокруг — было прекрасно, то был идеальный антоним людскому миру.
«Братья такие шумные… Только природа способна меня спасти. Она такая… молчаливая и естественная. Чем-то похожа на меня» — подумал Саркис, даже не задавшись вопросом о происхождении таких мыслей. На самом деле они и вправду были похожи. Только природа способна безжалостно убивать, лишь она способна насылать на людей смерчи, уничтожать их в наводнениях и ураганах. Саркис ещё тогда чувствовал ту пустоту и безразличие внутри себя. Даже близость с Богом не смогла помочь его холодному студёному сердцу.
Книга рухнула на белый берёзовый пол, крепко с ним обнявшись. Мужчину клонило в сон и книга отлично уловила настроение хозяина.
«Как же хорошо… Не люблю угождать своему телу, но отдыхать действительно круто. Особенно слушая то, что окружает эту беседку. Эти звуки…».
Журчание и вправду было прекрасным. Редкие птички садились на тонкие ветки и щебетали свои приветливые звонкие песни, листья шептали что-то друг другу, как хитрые подружки, а ветер, как хищный зверь, с рычанием накидывался на
