Читаем без скачивания Беззумный Аддам - Маргарет Этвуд

Хлопья «Чоко-Нутрино» были отчаянной попыткой создать съедобные сухие завтраки для детей после того, как на Земле перестали расти какао-бобы. По слухам, «Чоко-Нутрино» делались на основе жженой сои.

— Зеб, Черный Носорог и эти где-то их восторгли, — объясняет Ребекка. — И Шекки. Не сказать, что они свежие — даже не спрашивай, какой у них срок годности, так что, наверное, лучше съесть их сразу.

— Думаешь? — говорит Тоби.

«Чоко-Нутрино» насыпаны в миску. Они похожи на мелкие камушки, бурые, какие-то инопланетные. Гранулы с Марса. Раньше люди ели такое каждый день, думает Тоби. И принимали как должное.

— Кафе «Последний шанс», — замечает Ребекка. — Потешить тоску по прошлому. Да, я тоже когда-то считала их ужасной гадостью, но с молоком париковец, в общем, неплохо. И еще в них добавлены витамины и минералы. Так на коробке написано. Так что какое-то время нам не придется есть грязь.

— Грязь? — переспрашивает Тоби.

— Ну да, ради микроэлементов.

Иногда Тоби не может понять, серьезно говорит Ребекка или шутит.

Тоби решает ограничиться ветчиной и оладьями.

— А где все остальные? — спрашивает она, стараясь себя не выдать. Ребекка начинает перечислять: Крозье уже поел и пошел выгонять париковец на пастбище. Нарвал и Шеклтон с ним, прикрывают ему спину, у них на всех один пистолет-распылитель. Черный Носорог и Катуро ночью стояли на часах, а теперь отсыпаются.

— А Американская Лисица? — спрашивает Тоби.

— Она не торопится. Решила поспать подольше. Я слышала, как она зажигала в кустах прошлой ночью. С одним-двумя джентльменами, пришедшими ее навестить.

Ребекка улыбается, и эта улыбка словно говорит: «Как и ты».

Зеба по-прежнему нет. Тоби старается не вертеть головой слишком очевидным образом. Может, он тоже наверстывает упущенный сон?

Когда Тоби допивает горький кофе, появляется Американская Лисица. Сегодня на ней светлая кисейная кофточка, шорты и широкополая шляпа — все в пастельно-зеленых и розовых тонах. Волосы заплетены в косички и закреплены пластмассовыми заколочками «Хелло китти». В общем, она косит под школьницу. В прежние времена ей бы это ни за что не сошло с рук, думает Тоби. Она была высококвалифицированным дизайнером генов, так что побоялась бы насмешек и потери статуса, и одевалась бы как взрослый человек — сообщая этой манерой одеваться о своем положении в обществе. Но сейчас положение и само общество отошли в прошлое — так о чем же сообщает костюм Американской Лисицы?

Не надо так, говорит себе Тоби. В конце концов, Американская Лисица мужественный человек: она была подпольным осведомителем группы Беззумных Аддамов, прежде чем их всех захватил в плен Коростель и сделал рабами в белых халатах под куполом «Пародиз». Почти всех.

Кроме Зеба: его Коростель так и не смог загнать в угол. Зеб слишком хорошо заметал следы.

— Здравствуйте все! — говорит Американская Лисица. Она тянет руки вверх, отчего ее груди приподнимаются и нацеливаются на Белоклювого Дятла. — У-ы-а-а, как спать хочется! Надеюсь, вы все хорошо провели ночь. Я-то глаз не сомкнула! Нужно что-то делать с этими комарами.

— У нас есть еще прыскалка, — говорит Ребекка. — Цитрусовая.

— Она выдыхается. Тогда комары начинают кусать, я просыпаюсь и слышу, как люди разговаривают и всякое такое, как в этих мотелях с картонными стенами, где записывались под чужой фамилией.

Она снова улыбается Белоклювому Дятлу, игнорируя Дюгоня, который смотрит на нее, плотно сжав губы. Что это — неодобрение или жгучая похоть? У некоторых мужчин трудно отличить одно от другого, думает Тоби.

— Я считаю, нам нужно установить запрет на использование голосовых связок по ночам, — продолжает Американская Лисица, косясь на Тоби. Этот косой взгляд говорит: «Я тебя слышала. Если уж тебе надо, всем на смех, трясти замшелыми костями в койке, то хотя бы затыкай глотку». Тоби чувствует, что краснеет.

— Милая дама, — говорит Белоклювый Дятел, — я надеюсь, что это не наши, порой жаркие, ночные дискуссии вас разбудили. Мы с Дюгонем, Майной и…

— О, это были не вы, и это была не дискуссия, — отвечает Американская Лисица. — Ой, «Чоко-Нутрино»! Я однажды выблевала целую миску таких, давным-давно, когда у меня еще бывало похмелье.

Аманда встает из-за стола, зажимает рот рукой и спешит прочь. Рен бежит за ней.

— С этой девушкой что-то не в порядке, — замечает Американская Лисица. — Как будто ей спинной мозг удалили или еще что. Она всегда была такая тормозная?

— Ты же знаешь, что ей пришлось вынести, — говорит Ребекка, слегка хмурясь.

— Да, да, но пора ей уже взять себя в руки. Делать что-нибудь полезное, как все остальные.

Тоби охватывает гнев. Американская Лисица никогда сама не вызывается на работы по хозяйству, да и больболистов в глаза не видала; небось не так заговорила бы, если бы это ее использовали как простибота, водили на веревке, как собаку, практически выпотрошили. Аманда стоит десятерых таких, как она. Но Тоби знает, что помимо всего этого злится из-за попавших в цель намеков Американской Лисицы, не говоря уже о прозрачной кофточке и миленьких шортиках. И грудях, наставленных, как пушки, на собеседника, и подчеркнуто девчачьих косичках. Ей очень хочется сказать: «Они не идут к твоим морщинкам. Весь этот загар даром не проходит».

Американская Лисица снова улыбается, но эта улыбка обращена не к Тоби, а к кому-то у нее за спиной. Улыбка по полной программе, с демонстрацией зубов и ямочек на щеках.

— Привет, — говорит она гораздо более нежным голосом. Тоби поворачивается: это Черный Носорог и Катуро.

И Зеб. Ну конечно, как же еще.

— Всем доброе утро, — говорит ровным голосом Зеб: Американской Лисице не достается особого приветствия. Впрочем, Тоби его тоже не достается: ночь — это одно, день — другое. — Кому-нибудь что-нибудь нужно? Мы хотим быстренько выскочить по окрестностям часа на два, просто на разведку. Будем проходить мимо магазинов.

Он не объясняет настоящую цель вылазки — это излишне. Все знают, что он будет искать следы больболистов. Он идет в разведку.

— Пищевую соду, — говорит Ребекка. — Или пекарский порошок, все равно. Я не знаю, что буду делать, когда он у меня кончится. Если будете проходить возле мини-супер…

— А вы знаете, что пищевую соду получают из минерала под названием трона, залежи которого находятся в Вайоминге? — говорит Белоклювый Дятел. — Получали.

— Ах, Белоклювый Дятел, — Американская Лисица дарит его улыбкой. — Когда ты рядом, кому нужна Википедия?

Белоклювый Дятел ухмыляется в ответ: он думает, что это комплимент.

— Дрожжи, — говорит Колибри. — Дикая закваска, если у вас еще есть мука. Так можно делать кислое тесто.

— Наверно, — отвечает Ребекка.

— Я тоже хочу пойти, — говорит Американская Лисица Зебу. — Мне надо в аптеку.

Воцаряется молчание. Все смотрят на нее.

— Просто скажи нам, что тебе нужно, — говорит Черный Носорог. Он свирепо хмурится, глядя на ее голые ноги. — Мы принесем.

— Девичьи секреты, — говорит она. — Вы не будете знать, где искать.

Она бросает взгляд на Рен и Голубянку, которые у пруда отмывают Аманду губкой.

— Я для всех наберу, не только для себя.

Снова пауза. Средства женской гигиены, думает Тоби. В этом есть резон: запас в кладовой убывает. Никому не хочется обходиться обрывками простыней. Или мхом. Хотя рано или поздно и до этого дойдет.

— Плохой план, — говорит Зеб. — Те двое все еще где-то там. У них есть пистолет-распылитель. Это троекратные больболисты, от их эмпатических контуров уже ничего не осталось. Ты не хочешь попасть к ним в лапы. Они не заморачиваются условностями. Ты видишь, в каком состоянии Аманда. Ей еще повезло, что она не осталась без почек.

— Я совершенно согласен. Вам действительно не стоит покидать границы нашего уютного маленького анклава. Я пойду, — галантно предлагает Белоклювый Дятел. — Если вы доверите мне свой список покупок, и…

— Но ведь вы будете со мной, — говорит Американская Лисица Зебу. — И защитите меня. Мне будет так спокойно и безопасно!

Она хлопает ресницами.

Зеб спрашивает Ребекку:

— Кофе есть? Или как там называется эта дрянь?

— Все будет в порядке! Я переоденусь, — Американская Лисица меняет тон на деловой. — Я пойду быстро и не буду вам мешать. Я, знаете ли, умею обращаться с пистолетом-распылителем!

Последние слова она произносит врастяжку, держа очи долу. Потом снова напускает на себя бойкость:

— Слушайте, а мы можем взять с собой провизию! И устроим пикник!

— Тогда собирайся быстро, — говорит Зеб. — Мы уйдем сразу, как поедим.

Черный Носорог дергается, вроде бы собирается что-то сказать, но передумывает. Катуро взглядывает вверх: