Читаем без скачивания Последний Исход - Вера Петрук

– Я не говорил, что он закопал себя сам, – пробурчал Белый Ящер, – его туда закопали. Может, кто-то из наших.

– Все керхи мстят за погибших братьев в Фардосе и убивают драганов немедленно, а не закапывают их в землю, – веско заметил Аршак. – К тому же наши в эти места не ходят, здесь давно ничего и никого нет. Ни торговых караванов, ни дичи. Даже ахары не водятся. Рарлапут испытывает нас, разве не ясно? Иначе она не отправила бы нам в помощь навьяла в образе драгана. На моей карте указано, что здесь должен быть колодец. Мы его не нашли. Зато, когда стали копать, наткнулись на ящик с живым человеком. Разве это не чудо? Ведь мы могли искать колодец в двух или десяти салях от того места, где закопан ящик, или просто его пропустить. Но нет! Мы стали копать именно над ним, и не остановились, даже когда не нашли следов колодца. Рарлапут вела нас. Нехорошо оскорблять ее неверием.

Ситуация прояснялась, но легче не стало. Арлингу непременно нужно было глотнуть воды, чтобы ее образ перестал стоять у него в голове. Мысли отвлекали и мешали сосредоточиться. Керхи искали колодец, а нашли его. Оставалось выяснить, что кочевники делали в этих заброшенных местах, и удалось ли им, наконец, отыскать колодец. Последнее интересовало его особенно.

– Мы копали там, потому что глина в том месте уже была разрыта, – угрюмо произнес Белый Ящер. – Если этот драган и навьял, на живого он не похож. Прошу тебя, дай мне убить его. Нам нужно торопиться, мы и так сильно задержались.

– Без него я не пойду, – заявил Аршак, радуя сердце Арлинга. Если бы керх еще дал ему воды, Регарди мог бы назвать себя счастливым.

– Ты делаешь ошибку, брат. И ставишь нашу миссию под угрозу.

– Не хочу напоминать тебе, но придется, – сурово отрезал Аршак. – Не тебя выбрал Великий Судья, а меня. Это мне поручили найти святыню, это моя миссия и моя ответственность. Ты согласился помогать мне в пути, и я ценю твою помощь. Без тебя я не дошел бы до этого места. Но прошу тебя, не мешай сейчас.

На какой-то момент Арлингу показалось, что Белый Ящер все-таки перережет ему горло, но керх с лязгом вложил кинжал в ножны.

– Пить, – прохрипел Регарди, но по замешательству Аршака понял, что сложности не закончились.

– Всего пара глотков осталось, – прошептал керх, поднося к его губам бурдюк. Арлинг показалось, что жидкость испарилась, едва коснувшись его воспаленного языка. Во всяком случае, ее вкуса он не заметил. А может, керх обманул его, и в бурдюке вообще ничего не было.

– Наша последняя вода, – едко произнес Белый Ящер. – Этому… навьялу, она все равно не поможет, у него истощение, а мы могли бы протянуть до следующего колодца. На карте есть и другие источники. Твой навьял умрет до следующего утра.

«Ты меня плохо знаешь, керх», – подумал Регарди, чувствуя, как рассеивается туман в голове. Тех капель воды, что дал ему Аршак, было недостаточно, чтобы вернуть прежние силы, но они могли помочь ему встать на ноги. И это было хорошее начало после конца.

– Мы не можем отклониться в сторону, – вздохнул Аршак. – Я не хочу потерять след. Но ты не отчаивайся. Ведь с нами Сих-Гаран.

– Пусть ты окажешься прав, брат, – мстительно произнес Белый Ящер. – Но, если твой навьял не поможет нам, я постараюсь отрезать ему голову до того, как он умрет сам.

Арлинг улыбнулся, и на этот раз улыбка получилась почти настоящей.

– Лучше возьми свои слова обратно прямо сейчас, керх, – произнес он, радуясь, что губы снова слушаются его. – Иначе гнев Рарлапут будет ужасным. Ведь ты оскорбляешь ее сына. Конечно, я помогу вам. Расскажи мне о своей миссии, Аршак. Но прежде, помоги мне сесть.

Обхватив запястье керха, Регарди сел, чувствуя себя деревом. Белый Ящер окинул его взглядом с плохо скрываемым отвращением. Арлинг его не осуждал. Керхи всегда считали драганов безобразными из-за белого цвета кожи и светлых, тонких волос. И хотя волосы Арлинга давно утратили белизну, посерев под сикелийским солнцем, а кожа, за которой он тщательно ухаживал в юности, обветрилась и загрубела, покрывшись сетью мелких рубцов и шрамов, он все равно оставался драганом, отличаясь от керхов высоким ростом, прямым носом и синими глазами, которые не поблекли среди дюн и барханов лишь потому, что всегда были закрыты полоской ткани. Он казался страшным не только кочевникам, но и самому себе. Худоба, вызванная голоданием и обезвоживанием, многодневная щетина, слабость тела и духа симпатии не добавляли. После Испытания Смертью Арлинг чувствовал себя пустой оболочкой, которая избавилась от прежнего содержимого, но еще не успела обзавестись новым.

– Я знал, что ты появился здесь ради меня, – уверенно произнес Аршак. – На, пожуй это, а я пока расскажу. Времени у нас немного. Ты должен встать на ноги через час, иначе нам придется тащить тебя на себе.

Белый Ящер фыркнул от возмущения, но вниманием Арлинга уже завладел стебель, протянутый Аршаком. И хотя Регарди хотелось немедленно засунуть растение в рот, он заставил себя его обнюхать. Запах был знакомый, и он узнал чингиль – сорняк, росший во всех пустынях Сикелии. Арлинг не помнил, чтобы кучеяры употребляли его в пищу, но он был с керхами, а кочевники ели все, что можно было разжевать. Среди ядовитых трав чингиль не числился, и Регарди откусил кусок, чувствуя, как растение лопается на языке крошечными брызгами счастья. Он давно не ел ничего вкуснее. Иман, который всегда учил его контролировать желания, был бы им недоволен. «Используй солукрай», – сказал бы он ему, но сейчас Арлинг ненавидел солукрай как никогда раньше. Возможно, он оставил в том ящике под землей, куда больше, чем приобрел.

– Там, на Ладони Мира, началась моя новая жизнь, – сказал Аршак, присаживаясь рядом с Арлингом. – Утром после обряда ты исчез, а Великий Судья объявил, что Рарлапут позвала своего сына обратно, потому что люди оскорбили ее неверием. Я не знал, куда деваться от стыда, ведь это была моя идея привести тебя на суд керхов. Больше такой ошибки я не допущу. Мы вернулись домой, и все стало по-прежнему. Не помню, сколько времени прошло, может, месяц или два. Отец собирался уходить на восток, ближе к Карах-Антару, но мы ждали воинов, которые отправились в Фардосские степи исполнять Пятнадцатую Клятву. Как-то раз я вернулся с охоты и увидел, что у нас гости. Вокруг стоянки толпились сотни всадников, а у отца в палатке сидел сам Великий Судья. Отец выглядел растерянным, старейшины тоже. Раньше, если Судье было что-то нужно, он звал к себе, а не приходил сам. С ним прибыли два кучеяра, один в годах, но крепкий, словно холустайский дуб, другой молодой, все хмурился и молчал. «Я покинул Ладонь Мира, чтобы в эти трудные времена присоединиться к вам, моим братьям и сестрам, – сказал Великий Судья, когда все собрались. – Идет война, но нас втянули в нее обманом, и мой долг – вернуть керхам свободу. Мы знаем легенду о том, что когда-то давно человек по имени Подобный помог нашим предкам выжить в Карах-Антаре, за что они обещали отдать ему свои сабли, когда потребуется помощь. Вместе с Подобным они выковали кинжал, который назвали „Смотрящий Вперед“. Подобный забрал его с собой за Гургаранские горы. По условиям сделки, керхи должны были поддержать того, кто бросит этот кинжал в Родовое Ущелье. Шли столетия, легенда передавалась от отцов к детям, и мало кто верил, что это случится. Но в этом году кинжал был брошен. Человек Подобного, который назвал себя Маргаджаном, Карателем, потребовал, чтобы все керхские племена встали на его сторону в войне против кучеяров. И керхи, верные слову, отдали ему своих сыновей. Мы ненавидим кучеяров, потому что они уничтожают нашу родину – пустыню, своими городами и дорогами, но в этой войне мы оказались костьми, из которых Каратель каждый день строит мост к своей победе. Мы больше не свободные кочевники пустыни, а должники, несущие кровавое бремя долга. Каратель уничтожает кучеярские города нашими руками, перешагивает через трупы наших детей и требует, чтобы керхи посылали ему больше людей. Но мир меняется, и мы меняемся вместе с ним. Керхи обещали помочь Подобному, но не соглашались уничтожать себя в войне, которая им не нужна. Я, Великий Судья, объявляю о том, что обещание, данное нашими предками, выполнено сполна. Мы больше не обязаны отдавать воинов Подобному. Мы возвращаем себе свободу. Великий Судья не приказывает, он советует. Многие керхские племени еще остаются на службе Подобного. Мой долг – помочь им. Племя „Идущих под Солнцем“ было выбранном мной неслучайно. Вы первые откликнулись на мой призыв отказать Карателю, вы первые исполнили Пятнадцатую Клятву. Именно ваше племя породит новых керхов, свободных от долгов прошлого. Я прибыл к вам лично, чтобы объявить о миссии. Мне нужен доброволец, который отправится к Карателю и украдет у него „Смотрящего Вперед“. Мы вернем кинжал в Родовое Ущелье и разорвем договор с Подобным, пока он не выпил всю наши кровь». Так говорил Великий Судья. Ты, наверное, уже понял, что было дальше. Не понимая, что делаю, я выбежал вперед и стал умолять, чтобы эту миссию поручили мне. Я не самый лучший охотник и даже не убил ни одного драгана при исполнении Пятнадцатой Клятвы, но тогда чувствовал, что Великий Судья приехал на стоянку отца именно из-за меня. Это мои уши должны были услышать его слова. Теперь я знаю, что сама Рарлапут бросила меня к ногам Великого Судьи и добилась его благословения на этот поход. Она же уговорила моего брата стать моим спутником. Без него я не нашел бы драганов, за которыми мы сейчас идем. То, что мы откопали тебя, когда искали колодец, – еще один знак того, что Великая Мать ведет меня.