В официальных сводках боевых действий ОКВ, публиковавшихся каждый день на протяжении всей кампании, упоминались вермахт, кригсмарине, люфтваффе, но никогда ваффен-СС. Тем не менее в итоге войска СС тоже получили общественное признание за свой вклад, и притом на самом высоком уровне.
19 июля 1940 года фюрер, выступая перед депутатами рейхстага, говорил о событиях прошедших месяцев. Подведя итоги Западной кампании, он похвалил участвовавшие в ней немецкие соединения, части и подразделения, заявив, что впервые «в составе этих войск сражались доблестные дивизии и полки ваффен-СС». Комментируя боевые заслуги «молодых частей наших танковых и моторизованных соединений», Гитлер заявил: «По результатам настоящей кампании немецкие танковые войска обеспечили себе место в мировой истории, и часть этой славы по праву принадлежит и военнослужащим ваффен-СС». Он даже похвалил «резервные формирования СС [Ersatz SS Formationen]», без которых «битва на фронте никогда бы не состоялась»[160]. В заключение своей отдающей дань СС речи Гитлер поблагодарил «товарища по партии Гиммлера, который организовал всю систему безопасности нашего рейха, а также подразделения ваффен-СС».
Присутствие в Кролль-опере в течение длинного выступления Гитлера всех ведущих генералов армии (12 из которых в ходе упомянутой речи были публично произведены в фельдмаршалы), а также похвалы фюрера в адрес ваффен-СС возымели желаемый эффект. Теперь термин «ваффен-СС» стал общепринятым обозначением полевых формирований СС.
Даже если Гитлер мало слышал о ваффен-СС по традиционным военным каналам, Гиммлер позаботился о том, чтобы отчеты о боевых действиях войск СС доходили до него. А поэтому ваффен-СС также досталась немалая доля столь щедро раздаваемых Гитлером наград: офицеры СС получили шесть Рыцарских крестов (Ritterkreuze), высшую степень Железного креста[161]. Как и ожидалось, один из них достался Зеппу Дитриху за умелое командование «Лейбштандартом»; двух других удостоились полковые командиры резервной дивизии СС: Феликс Штайнер – командир полка СС «Дойчланд» и Георг Кепплер – командир полка СС «Дер Фюрер»; еще три награды получили нижестоящие офицеры СС.
При рассмотрении боевых качеств ваффен-СС, как они были продемонстрированы в ходе шестинедельной кампании 1940 года, не кажется удивительным то, что все, что будет отличать войска СС в период их расцвета, было налицо уже в первый год войны. Прежде всего, ваффен-СС, говоря в целом, выполняли свои боевые задачи с непоколебимостью и решимостью, граничившими с безрассудством. Как выразился Гитлер, «несгибаемость воли этих не имеющих себе равных солдат вдохновлялась воплощаемым ими чувством превосходства». Но, как ясно осознавал Гитлер, «на долю ваффен-СС выпадает куда более длинный список погибших на войне»[162].
Солдат элитных подразделений всех армий мира учат презирать смерть, и ваффен-СС не были исключением. В ходе их обучения наступательным действиям особо подчеркивалось, что скорость и агрессивность в атаке снижает потери. Разумеется, это так, но лишь в общем, но не в частности; да, в бою, победа в котором одержана быстро, погибнет меньше солдат, но большинство тех, кто рвется вперед, стремясь победить, – не уцелеет. Однако об элитных войсках всегда судили не по их потерям, а по славе их побед. Тем не менее количество жертв в СС не было бы столь велико, если бы на смену слепой агрессивности пришли предусмотрительность и рассудительность профессионалов.
Под командованием бывших кадровых армейских офицеров, таких как Пауль Хауссер, Феликс Штайнер и Георг Кепплер, рвение эсэсовцев, в особенности относительно неплохо обученных ветеранов довоенных резервных войск, могло трансформироваться в высокий уровень боеспособности при приемлемых потерях, хотя даже эти командиры не всегда могли удержать в узде своих менее опытных младших офицеров. Однако новые дивизии СС, сформированные из резервистов общих СС, бывших концлагерных охранников, полицейских и новобранцев, да еще во главе с такими храбрыми, но неопытными в военном деле людьми, как Теодор Эйке и Карл фон Пфеффер-Вильденбрух, – заплатили за свое безрассудство высокую цену. Смелость и идейная убежденность не заменят ни подготовки, ни боевого опыта, ни правильного командования. Быстрое увеличение численности ваффен-СС во время войны не всегда позволяло обратить внимание на это. И у брошенного в горнило сражения молодого «черного рыцаря» не было почти ничего, кроме идейной убежденности или представления о воинской доблести.
В ваффен-СС, где верность, чувство долга и слепое повиновение вышестоящему были образом жизни, поведение войск в значительной степени зависело от отношения их командиров. Несмотря на идеологическую обработку, которой подвергались военнослужащие ваффен-СС (среди прочего внушение идей ненависти к врагам Германии, в особенности к евреям, славянам, большевикам и другим «недочеловекам»[163]), случаи недопустимого поведения по отношению к военнопленным и мирному населению были, по-видимому, относительно редки. Но там, где было приказано подобные акты поощрять или просто имело место попустительство отдельных командиров, совершались полномасштабные злодеяния. Трудно себе представить, чтобы подразделения регулярной немецкой армии без колебаний выполнили бы приказ расстрелять 100 беспомощных и безоружных пленных; но, когда в Ле-Паради младший офицер СС такой приказ отдал, эсэсовцы его роты без вопросов или сомнений исполнили его и потом добивали уцелевших выстрелами из винтовок и штыками. Это не было общепринятой практикой, но подобного рода инциденты особенно на Восточном фронте происходили достаточно часто, во всяком случае, именно они стали визитной карточкой ваффен-СС.
Однако пока что мы видим перед собой войска СС образца 1940 года: малочисленные, но хорошо вооруженные; дорожащие боевой репутацией и мотивированные идеологически, однако почти не имеющие прочных, укоренившихся традиций военной службы; укомплектованные людьми отличных физических данных, хороших солдат, однако способных совершить недостойные военнослужащего поступки; элитные войска, нередко неотличимые от образцовых частей вермахта, в составе которого они служат, неся на себе отметину породивших их СС и национал-социалистического движения.
Глава 4
С запада на Восток: развитие ваффен-СС в период между падением Франции и вторжением в Советский Союз
Интенсивная кампания по вербовке личного состава СС после разгрома Польши продолжалась на протяжении всей весны и лета 1940 года. К концу мая разрешенная вермахтом квота новобранцев для ваффен-СС была заполнена. Но рекрутеры Готтлоба Бергера продолжали принимать добровольцев в рамках создания резерва молодых новобранцев для замены пожилых резервистов из общих (allgemeine) СС, несших службу в полевых дивизиях. Кроме того, большое число молодых мужчин набирались в штандарты СС «Мертвая голова» и полиции, численность которых еще не достигла уровня, установленного Гитлером[164]. Кажущееся безграничным расширение вооруженных СС и утечка личного состава из мобилизационного резерва вермахта привели к новой конфронтации вермахта и СС.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
