Воры, конечно, не могли знать, что берут только золотую копию пушкинского перстня-талисмана и что сам подлинник украден ещё в 80-х годах XIX века. Тогда администрация музея решила скрыть кражу и заказала руководителю граверной мастерской Высшего художественного училища профессору В.В. Матэ копию по оттиску с подлинника.
Профессор Матэ заказ выполнил. Копия перстня-талисмана стала демонстрироваться как подлинник. Благо что никто не присматривался. Более тридцати лет научная и культурная общественность страны благоговейно взирала на копию, даже не подозревая, что, возможно, некий неизвестный коллекционер имеет возможность видеть и изучать подлинник.
В распоряжении ученых осталось весьма поверхностное описание перстня-талисмана (подлинника), сделанное безымянным посетителем первой Пушкинской выставки в Петербурге в 1880 году. "Этот перстень, - пишет автор, - крупное золотое кольцо витой формы с большим камнем красноватого цвета и вырезанной на нем восточной надписью. Такие камни со стихом Корана и мусульманской молитвой и теперь часто встречаются на Востоке". Автор ошибался. Надпись не была арабской и не являлась ни стихом из Корана, ни мусульманской молитвой. Московский раввин З. Минор совместно с востоковедами Д. Хвольсоном и Д. Гинцбургом перевели надпись следующим образом: "Симха, сын почтенного рабби Иосифа (пресвятого Иосифа старого), да будет благословенною его память".
Надпись сделана на крымско-караимском варианте древнееврейского языка. Если уважаемые ученые и раввин З. Минор не ошиблись, высказанная мною версия о караимском происхождении прадеда Пушкина Абрама Ганнибала получает ещё одно подтверждение. Надпись на караимском языке в связи с именем пресвятого Иосифа заставляет усомниться в том, что данный перстень (талисманом его называть теперь нельзя, ибо это обычный перстень-печатка) был подарен Александру Пушкину графиней Елизаветой Ксаверьевной Воронцовой во время его пребывания в Одессе.
Но тогда от научной биографии поэта откалывается значительный и очень романтичный кусок - легенда о любовной связи графини Елизаветы Воронцовой, жены генерал-губернатора Новороссийского края и наместника Бессарабии графа Михаила Семеновича Воронцова, и молодого, талантливого и скандально известного поэта Александра Пушкина.
Есть только два аргумента в пользу научно-легендарной концепции о романе графини Воронцовой и Пушкина: сам перстень и стихотворение "Талисман", написанное, как нас убеждали десятилетиями, в память о южной любви находящимся в далекой от юга Михайловской ссылке поэтом, с тоскою взирающим на память о ней - перстень-талисман, подаренный любимой.
Если перстень не подарок Елизаветы Воронцовой, а стихотворение "Талисман" не является свидетельством или документом, удостоверяющим факт подарка Пушкину золотого перстня, ибо в стихотворении ничего о перстне-талисмане не говорится, то что же остается?.. Что же остается от большого и красивого пласта научной биографии поэта? Развалины, за которыми уже можно разглядеть подлинную биографию.
Художник В.А. Тропинин, писавший в 1827 года портрет Пушкина, изобразил на большом пальце правой руки поэта тот самый перстень, якобы подаренный Пушкину Елизаветой Воронцовой. На портрете видна только небольшая часть кольца, поэтому трудно судить, как оно выглядело, но то, как он его носил, наводит на размышления. Задумаемся: если кто-то (особенно светская дама!) решил подарить близкому человеку перстень, даритель обязательно поинтересуется размером пальца человека, которому перстень предназначается. Если перстень не подойдет - это знак пренебрежения или обидной для любящего невнимательности.
У графини Воронцовой имелась полная возможность, пожелай она того, подобрать перстень по размеру пальца своего возлюбленного, но... перстень был настолько велик, что Пушкину приходилось носить его на большом пальце, что неудобно и не очень красиво.
Находясь в Одессе, Пушкин вообще не носил перстня, во всяком случае, никто у него его не видел, а скорей всего, его у него с собой не было. Каким же образом могла возникнуть легенда о подарке влюбленной графини и быть так легко принята не только светским обществом, но и учеными? Кто является первоисточником легенды?
Первая публикация о том, что перстень подарен Воронцовой, появилась в печати в 1880 году в "Каталоге Пушкинской выставки, устроенной Комитетом Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым". В это время перстень Пушкина находится у И.С. Тургенева, проживающего в Париже. Представив перстень для экспонирования на выставке, Тургенев обязан был документально подтвердить его происхождение и принадлежность в прошлом Александру Пушкину. Появляется документ, написанный рукою Тургенева: "Перстень этот был подарен Пушкину в Одессе княгиней Воронцовой. Он носил постоянно этот перстень (по поводу которого написал свое стихотворение "Талисман") и подарил его на смертном одре Жуковскому. От Жуковского перстень перешел к его сыну, Павлу Васильевичу, который подарил его мне. Иван Тургенев. Париж. Август 1880".
Тургенев ссылается на Павла Васильевича Жуковского, а тот на устный рассказ отца, Василия Андреевича Жуковского, который, по другим данным, не получил перстень в подарок от Пушкина "на смертном одре", а снял его с пальца усопшего.
Почему И.С. Тургенев так свободно указал княгиню Воронцову, как человека, подарившего перстень Пушкину, именно в 1880 году, в августе, а не ранее, когда получал его от П.В. Жуковского?
Только потому, что в августе 1880 года уже никто не мог опровергнуть эту легенду, рожденную сплетней. 15 апреля 1880 года умерла Елизавета Ксаверьевна Воронцова, урожденная Браницкая. Теперь многое можно. Тургенев не устоял перед соблазном, но почему он упустил, что Воронцова видела этот перстень у Жуковского и узнала его? Подобная деталь могла придать записке Тургенева ещё большую весомость. О чем можно спорить, если сама Воронцова признала подаренный ею перстень! Однако Тургенев об этом не пишет, не пишет не потому, что умолчал из скромности, а потому, что не знал этого, ибо его информатором является Павел Жуковский, пересказавший все, что знал о истории перстня его отец. Следовательно, сам Василий Андреевич Жуковский ничего не знал о том, что во время его пребывания в Англии Елизавета Воронцова увидела у него на пальце перстень, узнала его и призналась, что подарила его Пушкину в Одессе.
Между тем "признание" Воронцовой Василию Жуковскому так прочно вошло в пушкиноведение, что стало почти общим местом в любом сочинении на данную тему. Это неудивительно, если учесть, что источником является запись, сделанная известным историком, издателем журнала "Русский архив" Петром Ивановичем Бартеневым. "Перстень-талисман, - записал Бартенев, - подарила Пушкину княгиня Е.К. Воронцова. После его смерти перстень взял себе Жуковский и был с ним в Англии в 1838 г. Там была тогда же и Воронцова. Она тотчас узнала свой подарок на руке Жуковского, и тот сказал ей, что он снял его с мертвой руки Пушкина".
Кто-то упорно и терпеливо плетет сеть легенды о Пушкине, графине Воронцовой и перстне-талисмане. Этот человек живет в кругу близких к Пушкину людей. Он осторожен, он ждет. При жизни самого поэта никто из его знакомых, приятелей и друзей не знает о его "связи" с Воронцовой. Пушкин умер. Аноним тотчас пускает слух о любовной связи покойного поэта и графини Воронцовой, подтверждая свой рассказ наличием перстня-талисмана и стихотворением "Талисман".
Проходят десятилетия. Умирает Жуковский (1852 г.). Легенда, ставшая хрестоматийной, дополняется новым "неопровержимым" фактом: княгиня Воронцова, увидя перстень у Жуковского, узнает его и признает, что он подарен ею.
Сознается и... умирает в 1880 г. Все! Больше опасаться некого. Признание княгини, пролежавшее сорок два года в памяти анонима, предается гласности и легко включается в канонический текст легенды.
В каталоге Пушкинской выставки 1880 года появляется сообщение: "Перстень Пушкина с печатью, подаренный ему в Одессе княгиней Елизаветой Воронцовой (ум. 1880 г.) и считавшийся талисманом. По поводу его написано стихотворение "Талисман".
Через восемь лет В. Гаевский уверенно называет даже место, где влюбленная графиня подарила Пушкину перстень: "Здесь, на даче, бывшей Рено, живописно расположенной в двух верстах от города, - княгиня Воронцова подарила Пушкину перстень, по поводу которого он написал известное стихотворение "Талисман".
Возможно, что за это время были найдены какие-либо новые документы? Нет! Легенда нравится. Она действует на воображение, и оно дополняет её новыми живописными подробностями.
Но кто же этот таинственный аноним? Петр Иванович Бартенев отметил, что запись сделана им со слов княгини Веры Федоровны Вяземской! Конечно, кто же ещё мог знать все интимные подробности, если не Вяземская, которая провела лето 1824 года в Одессе и хорошо знала тайны Пушкина.
