– Ага, – поддакивает Швед, – мне тоже малость поплохело. Четверо против восьмерых – не самый приятный расклад.
– А я бы размялся, – поводит мощными плечами Рома. – Не, ну а чё, лишний раз помахаться… Тем более на вид они не такие уж и качки, разве что главный, как его, Тимоха.
Я не успел ничего ответить, хотя мог бы поспорить с Ромой относительно его желания помахать кулаками, так как в этот момент во дворике появился ещё один персонаж – директор магазина. И вид у него был далеко не радужный.
– Там…. Там…
– В чём дело? – спросил я.
– Там в магазине… Погром!
– За мной! – командую я своим и первым мчусь в магазин.
А там действительно погром. Ну так, в меру, больше видимость погрома, потому что внутри помещения развлекаются бирюковские. Разбиты пара банок с каким-то салатом и стеклянная витрина прилавка. Увидев нас, Малюта со своими братками прекращают громить магазин, а дальше начинается спектакль.
– Я чё-то не понял, это чё за хрень? – говорю я голосом, не предвещающим погромщикам ничего хорошего.
– А вы кто такие? – интересуется Камень с наглым видом.
– Мы его хорошие друзья, – киваю я на Бориса Филипповича.
– Друзья? – лыбится Камень.
– Ага, друзья. А вот вы кто?
– А мы те, с кем этот коммерс ведёт себя слишком борзо, все берега попутал. Не знает, кто его крышует и чуть ли не посылает правильных пацанов.
– Это вы что ли правильные пацаны? Вы, что ли, крышуете? Ну-ка пойдём выйдем, поговорим.
– Чё, думаешь, зассу выйти? Пошли!
Выходим, мне с трудом удаётся сдержать наползавшую на лицо ухмылку. Мы снова во дворе, куда выходит окно из подсобки, и за стеклом я замечаю движение шторки. Что ж, придётся разыграть пантомиму.
– Похоже, директор через окно подсобки за нами наблюдает, – негромко говорю я Камню. – Так что будем изображать крутые разборки. Приготовься, сейчас я на тебя буду орать.
Ну и понеслась, что называется, душа в рай. Я разве что слюной не брызгал на оппонента, который из всех сил изображал если не испуг, то растерянность точно. А под занавес своего монолога достал травмат и стал размахивать перед его носом. Думаю, это действо должно было произвести на Бориса Филипповича должный эффект. Во всяком случае, краем глаза увидел, как занавесочка шелохнулась и там мелькнула знакомая физиономия.
Возвращаемся в магазин, Камень грустно говорит своим:
– Уходим, пацаны.
Когда в магазине остаёмся только мы и хозяин, Филиппыч вытирает носовым платком покрытый испариной лоб.
– Спасибо, ребята, даже не знаю, что бы я без вас делал. Они бы мне весь магазин разнесли.
– Теперь, надеюсь, не сунутся, я их старшему всё на пальцах объяснил, – говорю я с самым серьёзным видом.
– Дай-то бог, дай-то бог… Ребята, сколько я вам должен за те неурядицы, что вам пришлось решать?
После небольшой паузы, вызванной как бы раздумьями и мысленным подсчётом, выдаю:
– Думаю, три тысячи американских рублей вполне покроют наше время и моральные издержки, которые вполне могли превратиться и в физические.
Вижу, что Филиппычу ой как не хочется расставаться с такой суммой, но он наступает на горло собственной песне и предлагает мне заехать завтра, так как здесь у него такой суммы просто нет. Я соглашаюсь, и на следующее утро получаю оговоренную сумму. Естественно, никаких расписок.
Перед тем, как попрощаться, выражаю надежду, что как минимум в ближайшее время никто на него наезжать не будет.
– Сергей, послушайте, а давайте я буду вам платить за обеспечение моей безопасности и сохранности товара? – говорит Филиппыч наконец слова, которые я ждал от него услышать. – Как бы на регулярной основе.
– Ну, не знаю… Только ведь наши услуги в таком случае будут стоить недёшево. Мы же здоровьем своим рискуем, а то и жизнями.
– Понимаю, всё понимаю, – кивает он несколько раз. – Сколько?
– Пока не могу сказать, я должен посоветоваться со старшими товарищами. Как только этот вопрос выясним, я вас сразу же проинформирую. Но думаю, сумма будет в пределах разумного.
– Приятно иметь дело с ответственным человеком, – вздыхает Филиппыч.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С трёх тысяч пришлось отстегнуть бирюковским оговорённую штуку. Остальное сдаю Антону во время встречи в «Радуге». Рассказываю про неожиданную встречу с ткачёвскими и ожидаемую с бирюковскими, Козырь говорит, что ему схема, по которой мы сработали, нравится, и он возьмёт её на заметку. А я заодно озвучиваю предложение директора магазина по охране.
– Сколько будем с него брать?
– Надо будет посмотреть, сколько его точка в месяц прибыли приносит, и уже отсюда плясать, – говорит Антон. – Так что месяц подождём, а там уже и выкатим свою сумму.
– А как мы проверим, сколько он зарабатывает? В налоговой у нас своих людей нет, да и не факт, что он от них что-то не утаивает.
– Разберёмся, это уже не твоя забота. Вы лучше с парнями сегодня в сауну загляните на Чехова, заслужили. Вот, держи, потратите на отдых.
И отслюнявил из сданных мною двух штук три сотни баксов, которые я, немного замешкавшись, всё же взял.
– Хорошая идея, – соглашаюсь я. – А ты не хочешь с нами?
– Я бы с радостью, но у нас с шефом сегодня вечером встреча с электоратом. Дела депутатские. Только позвони, узнай, может, на вечер уже кто забронировал.
Сауна на Чехова была свободна после 7 часов вечера и отдыхай хоть до утра. Час пользования сауной, бильярдом и маленьким бассейном стоил полторы сотни «деревянных». Отдал двести баксов, оплачивая время до полуночи, сотня осталась про запас, мало ли… Если не потратим – поделим промеж нас шестерых. Нас четверо и Малюта с Камнем, которым помимо прочего я обещал проставиться.
Приехали мы со своей закуской и бухлом, так как хозяин сауны – армянин Хорен, которого все звали просто Хоренчик – за то же самое просил вдвое, а то и втрое, да и выбор у него был ограничен. Мы же затарились на нашем рынке, Лорик лично собрала нам пакет с рыбкой, мясными деликатесами, овощами и зеленью. Малюта и Камень притаранили целый ящик пива, как бы свою долю. А Козырь (это был неожиданный сюрприз от него) подослал нам трёх девок, вполне нормальных на вид, прихвативших к тому же запас презервативов. Мне как старшему предоставили право возлечь первому с любой на выбор. Я, к тому моменту уже принявший на грудь, махнул рукой и возлёг. И не перед кем мне стыдно не было.
Не обошлось без небольшого недоразумения. В разгар посиделок к нам заглянул Хоренчик, сказал извиняющим тоном:
– Тут ребята пришли, с девочками. Я сказал, что у вас до полуночи оплачено, а они говорят, что готовы компенсировать вам причинённые неудобства, но чтобы вы… хм… закруглялись.
– Не понял… Это кто такие борзые?! – пробасил Малюта.
Борзыми оказались трое кавказцев, притащившие с собой местных шалав. Мы их влёгкую отпинали прямо там же, в предбаннике, в смысле, дагов или кто они там были, девок не тронули. Непрошенные гости растворились во тьме, пообещав отомстить, а мы вернулись к продолжению «банкета».
– Совсем хачи оборзели, – прокомментировал Камень, откупоривая очередную бутылку пива. – Не ссыте, никто мстить не будет, они на словах только такие крутые, или когда толпой на одного.
– Да никто и не ссыт, – хмыкнул Рома. – Пусть сунутся – огребут по полной, это мы так, размялись.
Домой вернулся на такси в половине первого ночи. Открыл дверь своим ключом, принял душ, запоздало сообразив, что только что из сауны, и рухнул в постель. Словно сквозь сон слышал шарканье бабулиных тапочек, потом приглушённый дверью звук телевизора. В «Спортлото» определялись очередные счастливчики. Ну да, кому-то повезёт, а 99 % останутся с носом. Я зеваю и переворачиваюсь на другой бок. Воскресенье, могу спать хоть до обеда.
В понедельник вместе с Гошей пришлось решать вопрос с размещением на рынке контейнеров. Согласно новому плану рынка, утвержденному в мэрии города, сюда влезало 30 штук, плюс ещё один поставим в правом углу рынка на другой контейнер. Получится как бы лестница. Здесь будет дежурить охрана, соответственно на крышу контейнера водрузим мощный прожектор, чтобы можно было после наступления темноты просматривать периметр. Две трети общего числа контейнеров раскупили ещё заранее, народ сразу сообразил, что к чему, и подсуетился. Остальные будем сдавать в аренду – далеко не у всех на руках имелись 5000 баксов, чтобы сразу выкупить контейнер в собственность.
