— У меня здесь есть небольшой кабинет — своеобразная контора. Когда я открыл этот магазин, пять лет назад, дела шли неплохо. Затем постепенно все начало приходить в упадок. Изменилась экономическая ситуация, обстановка в округе, многие магазины, те, что были по соседству, переехали в другие районы. В этом году я начал учиться в университете. И мои дела вовсе забуксовали.
— Можно, я пройду посмотрю?
— Разумеется, — ответил Финн, обнимая Люси за плечи.
Он провел ее в коридор, где горела одна-единственная лампочка. Финн показал рукой на четыре двери, ведущие из коридора в разные помещения.
— Здесь — ванная, здесь — подсобное помещение, склад, а вот здесь — мой кабинет. — Показав на последнюю дверь, он открыл ее и, войдя внутрь, включил свет. Почти вся комната была завалена бумагами. На двух коричневых потрескавшихся стульях лежали книги Финна по юриспруденции. Бумаги также были разбросаны по всему письменному столу. Картотека в углу была доверху загружена конторскими книгами, а прикрепленный к стене календарь был открыт еще на февральских числах. Перехватив взгляд Люси на всем этом беспорядке, Финн засмеялся: — Было бы неплохо, если бы ты внесла свои изменения во все это. Ведь твой магазин, по сравнению с этим, выглядит, как рыночная площадь.
— Тебе что, приходится так много работать, чтобы управлять магазином? — спросила Люси, с удивлением рассматривая массу бумаг на столе.
— У меня слишком мало времени, чтобы вовремя вести бухгалтерский учет из-за моих занятий в университете. А сейчас мне приходится все просматривать и думать, как сбалансировать цены и стоимость товаров, и вообще, как привести в порядок финансовые дела. Я уже давно хочу здесь все убрать. — Неожиданно Финн развернул Люси лицом к себе и спросил: — Ты знаешь, что самое лучшее в этой конторе?
Едва ли способная что-то ответить, поскольку Финн уже смотрел на ее губы тем своим взглядом, от которого у нее замирало сердце, Люси покачала головой.
— Она знает, что я здесь тебя целовал, — прошептал он и наклонился, чтобы поцеловать Люси. Это первое, легкое прикосновение уже разожгло в ней страсть. Она так тосковала по его поцелуям, по его объятиям, и теперь, когда ненавистный, громоздкий гипс исчез, Люси всем своим существом прильнула к нему, с удовольствием ощущая, как Финн, наконец, обеими руками сильно обнимает ее.
Через несколько минут он отпустил Люси.
— Пойдем отсюда. Иди первая, а я выключу здесь свет.
Выходя из кабинета, Люси на минуту остановилась, чтобы взглянуть на один из костюмов. Отметив про себя их хорошее качество, она моментально представила себе, как бы такой костюм смотрелся на Финне.
Зажав под мышкой одну из конторских книг и несколько бумаг, Финн тоже вышел из уже темного кабинета. Показывая на книги, он пояснил:
— Я должен сегодня вечером, в крайнем случае, завтра, просмотреть некоторые бухгалтерские книги. Мало того, мне еще нужно изучить один из законов о собственности. А как тебе понравились костюмы?
— У тебя здесь очень нарядные костюмы, но для такого рода товаров магазин расположен в неподходящем месте.
— Можешь и не говорить мне об этом — я сам знаю. Но в данный момент я не могу себе позволить переехать. Раньше, когда только еще начинал, у меня не было достаточно опыта, иначе я не выбрал бы для магазина это место.
— А как случилось, что ты переехал в Оклахома-сити из Айовы?
— Я получил специальную стипендию в университете в Оклахома-сити за игру в теннис…
— Правда?! Я в свое время тоже много играла в теннис.
— Ты так говоришь, как будто уже совсем старушка. Скоро мы сможем вместе поиграть в теннис. Кстати, это поможет мне окончательно вылечить руку после гипса.
— Но я так давно не держала в руках теннисную ракетку…
— Моя бедная маленькая старушка!
— Мне кажется, что я не смогу играть в теннис с человеком, который был в теннисной команде колледжа.
— Это было давно. К тому же не забывай, что у меня только что была трещина руки.
— Ну ладно, продолжай свой рассказ. Я перебила тебя. Ты приехал в университет Оклахома-сити, и что дальше?
— После окончания учебы в университете я начал работать в универмаге в городе Талсе, где прошел курс обучения по стажерской программе подготовки менеджеров, и после этих курсов был направлен сюда. Тогда мне казалось, что я хочу сделать карьеру в области розничной торговли. У меня была мечта — иметь свой магазин.
Люси улыбнулась, слушая его. Она провела пальцами по его волосам и затем, обняв сзади рукой за шею, сказала:
— А я все время мечтала о дипломатической работе. Вместо этого — продаю арахис!
— Я экономил деньги, как сумасшедший, оформил кредит, взял денежную ссуду и, наконец, открыл этот магазин. Некоторое время дела, действительно, шли очень хорошо. Я смог купить квартиру и машину около трех лет назад, как раз до того времени, когда дела стали ухудшаться. — Обведя вокруг себя взглядом, Финн добавил: — Нелепо звучит, но я не могу от этого отделаться.
— Надеюсь, что ты говоришь о магазине?
Он усмехнулся и, обнимая Люси за талию, сказал:
— Ты всегда можешь заставить меня улыбаться.
— Как талисман, лапка кролика, которую дарят на счастье.
Когда они вышли из магазина, Финн сказал:
— У меня однажды была лапка кролика. Такая хорошенькая, мягкая, пушистая. И я думал, что она будет приносить мне счастье. Но однажды мой отец вдруг спросил: «Интересно, что сделали с остальной частью кролика, что с ним произошло?» После этого мне уже никогда не хотелось иметь у себя лапку кролика.
— А моим талисманом был игрушечный медведь.
— Такого я еще не слышал, чтобы талисманом был игрушечный медвежонок.
— Напомни мне, и я покажу тебе своего мистера Буфа. Так его зовут. Он стоит у меня на полке в стенном шкафу.
Финн засмеялся и открыл перед Люси дверцу машины. Они поехали в небольшой японский ресторанчик в северо-западной части города. Сидя в углу зала ресторана под фонарями, сделанными из плотной бумаги, Финн и Люси наблюдали, как повар готовит им еду, ловко и быстро нарезая тонкими ломтиками лук и мясо. Острый запах жареного на рашпере мяса, лука и других пряностей еще больше раззадорил аппетит Люси. Она маленькими глотками пила теплую сакэ из небольшой белой чашечки. Вскоре им подали необычайно аппетитное, приготовленное на огне мясное блюдо и две чашечки рассыпчатого риса. Люси заметила, что во время обеда Финн расслабился, стал чувствовать себя менее напряженно. Таким она его еще никогда не видела. У нее даже сжалось сердце при мысли о том, что если бы не проблемы Финна, его жизнь могла бы быть приятной и спокойной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
