— Но у вас нет доказательств, — догадалась мма Рамотсве. — В этом все дело?
— Ну да, — закивала секретарша. — Никаких доказательств. И он снова выйдет сухим из воды.
— А что сделала эта девушка, Маргарет?
— Маргарет? Какая Маргарет?
— Дочь вашей сестры, — напомнила мма Рамотсве.
— Она не Маргарет, — возразила секретарша. — Ее зовут Эйнджел. В том-то и дело, что она ничего не сделала, и он остался безнаказанным. Мужчины всегда остаются безнаказанными, не так ли?
Мма Рамотсве хотела было сказать, что не всегда, но у нее было мало времени, поэтому она попрощалась и отправилась на экономический факультет.
Дверь была не заперта. Прежде чем постучать, мма Рамотсве ознакомилась с запиской:
Д-р Освальд Ранта, бакалавр естественных наук (экономика), доктор философии. Если меня нет на месте, вы можете оставить сообщение у секретаря факультета. Студенты, желающие сдать курсовые работы, могут обратиться к куратору или к секретарю факультета.
Мма Рамотсве прислушалась, не разговаривают ли в кабинете. Тишина. Потом она услышала позвякивание ключей. Доктор Ранта на месте.
Когда она постучала и заглянула в дверь, он смерил ее недовольным взглядом.
— Слушаю вас, мма. Что вам нужно?
Мма Рамотсве перешла с английского на сетсвана.
— Мне нужно поговорить с вами, рра. У вас найдется минутка?
Он бросил быстрый взгляд на часы и вежливо ответил:
— Да. Но не вечность. Вы одна из моих студенток?
Мма Рамотсве махнула рукой, мол, куда мне, и села на стул, на который указал доктор Ранта.
— Нет, — сказала она. — Я не настолько образована. Получила кембриджский сертификат, но не более того. Видите ли, я работала на автобусную компанию, хозяином которой был муж двоюродной сестры отца. Вот и не смогла продолжить образование.
— Учиться никогда не поздно, мма, — ответил он. — Вы можете поступить к нам. Здесь есть студенты весьма солидного возраста. И дело тут не возрасте. Учиться может каждый.
— Может быть, — кивнула мма Рамотсве. — Когда-нибудь позже.
— Вы можете изучать здесь любую дисциплину, — продолжил доктор Ранта, — кроме медицины. Врачей мы пока не выпускаем.
— И детективов.
— Детективов? — удивленно переспросил доктор Ранта. — В университетах не учат на детективов.
Мма Рамотсве вопросительно вскинула брови.
— А я читала, что в американских университетах есть курсы частных детективов. У меня есть книга…
— Ах, вы об этом! — перебил он. — Да, в американских колледжах есть курсы всего на свете. Даже плавания, если пожелаете. Но не во всех. В уважающих себя местах, входящих в «Лигу плюща», не занимаются этакой ерундой. Там изучают только серьезные дисциплины.
— Например, логику?
— Логику? Да. На философском факультете. Например, в Университете Дьюка, который окончил я.
Он ожидал, что это произведет на собеседницу должное впечатление, и мма Рамотсве попыталась изобразить восхищение. Она подумала, что доктор Ранта относится к той категории мужчин, которыми нужно постоянно восторгаться. Отсюда и студенточки.
— На этом и основана работа детектива. На логике и элементах психологии. Зная логику, вы понимаете, как ведут себя вещи и события; зная психологию, вы понимаете, как ведут себя люди.
Он улыбнулся, скрестил руки на груди и приготовился читать лекцию. Потом смерил мма Рамотсве взглядом, оценивая ее фигуру. Она посмотрела на него, на сложенные руки и изысканный галстук.
— Итак, мма, — сказал он, — я бы с удовольствием обсудил с вами вопросы философии. Но у меня назначена встреча, а посему вынужден просить вас объяснить, о чем вы хотели со мной поговорить. О философии?
Она засмеялась.
— Не буду злоупотреблять вашим временем, рра. Человек вы умный, заседаете во многих комиссиях. А я простой частный детектив. Я…
Доктор Ранта насторожился. Опустил руки на подлокотники кресла.
— Вы детектив? — переспросил он, и голос его звучал теперь гораздо холоднее.
Мма Рамотсве пренебрежительно махнула рукой.
— Это совсем маленькое агентство. «Женское детективное агентство № 1». Неподалеку от холма Кгале. Может, видели?
— А не бываю в том районе, — ответил он. — И о вас ничего не слышал.
— Что ж, я этого и не ожидала, рра. Я не такой известный человек, как вы.
Доктор Ранта нервно теребил узел галстука.
— О чем вы хотели со мной поговорить? — спросил он. — Вас кто-нибудь прислал?
— Нет, — ответила она. — Дело не в этом.
Она заметила, что ее ответ немного успокоил собеседника, к нему снова вернулась самоуверенность.
— Тогда в чем дело? — поинтересовался он.
— Я пришла поговорить о том, что случилось давным-давно. Десять лет назад.
Он внимательно смотрел на нее. Взгляд был настороженный, и мма Рамотсве казалось, будто она чувствует исходящий от него запах — запах страха.
— Десять лет — большой срок. Человек не может так долго помнить.
— Нет, — возразила мма Рамотсве. — Есть вещи, которые нельзя забыть. Мать, например, никогда не забудет сына.
Пока она говорила, его поведение снова изменилось. Он встал с кресла и громко рассмеялся.
— A-a! — воскликнул он. — Теперь понятно. Та американка, которая все время задает вопросы, заплатила вам, чтобы вы снова копались в прошлом. Неужели она никогда не успокоится? И ничего не поймет?
— А что она должна понять? — удивилась мма Рамотсве.
Доктор Ранта стоял возле окна и смотрел на группу студентов, прогуливавшихся по дорожке.
— Что там нечего понимать, — ответил он. — Мальчик мертв. Видимо, он ушел в Калахари и заблудился. Пошел прогуляться и не вернулся. Это ведь проще простого, вы же знаете. Все терновые деревья похожи, как две капли воды, и нет холмов, которые могли бы служить ориентирами. Там легко потеряться. Особенно если ты белый и не знаешь пустыню. Что тут непонятного?
— Но я не верю, что он заблудился и умер, — заявила мма Рамотсве. — Я уверена, что с ним что-то случилось.
Он повернулся к ней.
— Например?
Она пожала плечами.
— Не знаю. Откуда мне знать? Меня там не было. — Помолчав, она набрала воздуха в легкие и выпалила: — А вы были.
Доктор Ранта опустился в кресло, и она услышала его тяжелое дыхание. Внизу, под окнами, один из студентов крикнул что-то про пиджак, остальные засмеялись.
— Говорите, я был там? Что вы имеете в виду?
Мма Рамотсве выдержала его взгляд.
— Что вы тогда жили там. Были одним из тех, кто каждый день его видел. В том числе и в день смерти. У вас должны быть какие-нибудь соображения.
— Я уже все сказал полиции и тем американцам, которые приезжали и всем нам задавали вопросы. В тот день я видел его утром, а потом еще раз во время ланча. Я рассказал, что он ел. Описал его одежду. Я все сказал.
Пока он говорил, мма Рамотсве приняла решение. Он лжет. Если бы он говорил правду, она перестала бы его расспрашивать, но ей стало совершенно ясно, что интуиция и на сей раз ее не подвела. Он лжет. Это же видно невооруженным глазом. Она вообще не понимала, почему многие люди не чувствуют, когда им лгут. С ее точки зрения, это сразу заметно. У доктора Ранты это было написано на лбу.
— Я вам не верю, рра, — сказала она как ни в чем не бывало. — Вы меня обманываете.
Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. Потом снова скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.
— Наш разговор окончен, мма, — объявил он. — Жаль, что ничем не могу вам помочь. Пожалуй, вам нужно вернуться домой и заняться логикой. Логика подскажет вам, что когда вам говорят, что ничем не могут помочь, вы не дождетесь помощи. Это, по крайней мере, логично.
Он говорил насмешливо, наслаждаясь тем, как красиво выстроил фразу.
— Что ж, рра, — отозвалась мма Рамотсве, — вы могли бы мне помочь. Или той несчастной американке. Она мать. У вас тоже есть мать. Я могла бы сказать вам: «Подумайте о ее материнских чувствах». Но я знаю, что такого человека, как вы, этим не прошибешь. Вам наплевать на ту женщину. Не потому, что она белая и приехала издалека. Вам было бы на нее наплевать, даже будь она из вашей родной деревни, не так ли?
Доктор Ранта усмехнулся.
— Я уже сказал — разговор окончен.
— Но человека, который не заботится о других, иногда можно заставить это делать, — сказала мма Рамотсве.
Он возмущенно фыркнул.
— Еще минута, и я позвоню в администрацию и скажу, что в моем кабинете находится посторонний человек. Могу даже сказать, что вы хотели у меня что-нибудь украсть. А я могу, вы знаете. Пожалуй, именно так я и поступлю. У нас тут недавно были кражи, и они быстренько пришлют охрану. Вам будет затруднительно объяснить свое присутствие, мисс Логика.
— Мне не придется ничего объяснять, рра, — сказала мма Рамотсве. — Видите ли, я знаю про Эйнджел.
