Небольшая лавина людоедов, сильно ударила в первую шеренгу. Завязалась ожесточенная борьба. Воины второй и третьей шеренги помогали первой. Мужчины кололи копьями неприятеля, через головы своих соплеменников, державших на своих щитах противника. Под ногами тут же зачавкал снег, от пролитой крови. Люди кололи друг друга копьями, били топорами, ни щадя свои жизни и жизни своих врагов. Егар, впав в боевой транс, быстро и сильно рубил всех через верх своего щита. Через пару минут теплая кровь полностью залила его правую руку и стала попадать под одежду. Рукоять топора стала предательски сколькой и норовила вырваться на свободу.
Следом в шеренгу щитоносцев ударила новая волна людоедов, тех самых, что замешкались вначале. Новый удар был намного мощнее и яростнее первого. Первая шеренга была частично разбита. На место павшего мужчины из первой линии, тут же становился сзади стоявший воин. Егар увидел это и не поверил своим глазам. Он не учил этому никого. Просто воины интуитивно знали что делать, сказывалась подготовка и братское отношение друг к другу.
Егар продолжал драться. Врагов становилось все больше и больше. С левого фланга стали доносится громкие крики о помощи. Череполицые собрались в один большой отряд и ударили по самому краю построения, частично окружив крайних воинов.
– на помощь к ним! Без щитов туда! – разрывая глотку, закричал Егар.
На правом фланге тоже начинались проблемы. Лучницы, сместившиеся туда для более удачной позиции для стрельбы, попали под обстрел пращников противника. В наступающей темноте было тяжело разглядеть противника, который прятался за валунами и вел огонь из-за укрытия, поэтому женщинам пришлось спрятаться за спинами щитоносцев правого фланга. Из такой позиции стрелять было намного тяжелее, так как не было прямого контакта с противником. Все еще усугубилось яростным натиском людоедов на щитоносцев.
Байлис, командующий правым флангом, яростно сражался в первой шеренге, изредка отдавая приказы. В какой-то момент череполицые стали обходить фланг по широкой дуге, пытаясь обойти воинов со спины. Лучницы, заметив это стали активно кричал и стрелять по быстро бегущему противнику. Воины, которые были без щитов и защищали лучниц, тут же бросились наперерез череполицым. Началась настоящая мясорубка.
Резерв помог левому флангу и отбросил противника, большая часть из которых бросилась в бегство. Аклис, командующий резервом, не давая опомнится людоедам тут же атаковал их во фланг, помогая Егару, положение которого с каждой секундой становилось все хуже и хуже. Маневр был таким быстрым и неожиданным, что большая часть людоедов тут же погибла под ударами копий и топоров, остальная часть попыталась сбежать, громко крича и прося пощады. Бегство множества воинов сеяло панику, все больше и больше людей пыталось бежать, но падало от ударов воинов обледененных племен. Часть череполицых пыталось прекратить панику и остановить бегущих солдат, применяя порой страшные методы. Егар видел как пять воинов череполицых убило троих бегущих мужчин, которые отказались сражаться. Это действие сделало все намного хуже. Людоеды принялись активно резать череполицых, не забывая при этом стараться убежать как можно дальше.
– просто звери, – прошептал воин, стоявший рядом с Егаром, – своих же…
– убейте их всех, – тихо проговорил Егар, чувствуя, что сейчас упадет без сил на окровавленный снег, – всех!
– убить их всех! – закричал рядом стоявший воин и его крик подхватили остальные, – убить их всех!
Глава 16
Жизнь из тела Слышащего медленно уходила, вместе с теплой кровью, которая растеклась по каменному полу. Силим сидела в этой луже, крепко сжимая руку брата и шепча мольбы богам. Позади нее стояли воины. Мужчины, понеся потери, вырезали всех пленников и унесли их в холодную пещеру, на сохранение. Тело рыжего воина, которого звали Трилис, вынесли на улицу и выбросили в море. Он не достоин был быть съеденным племенем.
– поднимите его! – произнесла Силим поднимаясь на ноги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Четверо крепких воинов подняли тело Слышащего, и стояли опустив свои взоры в низ.
– быстрее, несите ее к Амоне! – закричала Силим, женщина чувствовала что вот вот сорвется вновь в истерику, из которой совсем недавно смогла выйти усилием воли.
Она понимала, что нужно что-то делать и как можно быстрее. В теле ее брата все еще была жизнь, хоть и очень слабая, но как только она окончательно уйдет, начнутся проблемы. Племя было единым и сильным только благодаря страху перед одним человеком, перед Минаром, которого почитали почти как бога. Только страх перед ним, смог обледенить различные племена в одно целое.
Силим быстро шла по каменному коридору, одним своим грозным взглядом расчищая дорогу перед собой. Сзади шли воины, несущие тело их вождя.
– Силим, что нам делать? – послышался голос взрослого воина, с одетой маской черепом.
– готовьте воинов, скоро прибудут враги! – на ходу ответила женщина.
– он мертв! – послышался голом женщины, донесшийся из небольшой каменной галереи справа от коридора.
– что ты сказала!? – волна гнева накатила на Силим и женщина рывком влетела в соседнее помещение, расталкивая толпившихся в проходе людей, – кто это сказал?!
Люди расступились в стороны, чувствуя звериную ярость.
– кто это сказал?! – металась Силим, среди спрятавших свои взоры людей, – это ты сказала?!
Мощная пощечина досталась молодой девушке, отчего та упала на пол и схватилась за лицо.
– это ты сказала?! – новая пощечина нашла очередную жертву.
Люди молчали. Силим тяжело дышала, буравя взглядом лица людей.
– он жив! Он будет жить! Запомните это! – Силим громко кричала, выходя в коридор. Затем женщина подошла к одному из воинов и тихо проговорила, – убейте этих людей, они предали нашего вождя.
Воин медленно кивнул и отошел в сторону, пропуская процессию дальше. Воины, которых было много, и которые шли позади, были остановлены и проинформированы приказом Силим. Нужно было почистить свои ряды. Силим оказалась на улице, когда из глубины пещер донеслись отчаянные крики людей. Ее приказ был выполнен беспрекословно.
Аламона жила на востоке, на небольшой поляне, расположенной среди очень высоких и толстых деревьев. Небольшой отряд, во главе с Силим, быстро добрались до жилища ведьмы. Выйдя из-за огромного дуба, который могли обхватить руками только трое взрослых людей, взявшись за руки, Силим увидела небольшой шалаш, сделанный из больших костей и еще больших кусках кожи. Женщина остановилась в паре десятках шагов от шалаша и жестом приказала остановится другим, затем громко заговорила:
– Аламона, великая знающая жизни, я пришла к тебе с большим горем!
Шкура, закрывающая вход в шалаш, открылась и на улицу вышла дряхлая старуха. Ее редкие седые волосы свисали до самой земли. Большой крючковатый нос шумно вдыхал воздух. Маленькие черные глаза нервно бегали по лицам людей. Старуха внимательно разглядывала на своих незваных гостей, затем ее взгляд упал на тело Слышащего. Ведьма тихо усмехнулась и широко заулыбалась, изобразив легкий поклон и пригласив жестом подойти к ней.
Воины быстро донесли тело Слышащего до ведьмы, и уложив его к ее ногам, быстро попятились назад, не отрывая своих взглядов от земли. Силим тоже подошла, и встала на колени перед Аламоной. Старуха ласково погладила женщину по голове. Ее старая немощная рука еле коснулась волос женщины, а у Силим уже пробежали мурашки по спине.
– не бойся, – успокоила женщину Аламона. Ее голос был тихим, успокаивающим, – все будет хорошо.
Аламона прогнала всех воинов жестом руки, те беспрекословно подчинились, быстро покинув владения ведьмы.
– занеси его ко мне, и положи у огня, – распорядилась старушка и быстро ушла за шалаш.
Силим попыталась поднять тело брата на руках, но не смогла. Женщине пришлось тащить его за ногу, волоча за собой. Едва войдя в шалаш, в ее нос ударил запах крови, перемешанный с запахом травы и серы. Женщина из последних сил дотащила тело брата до огня, и обессилено упала на землю.
