— Отлично! — воскликнула Согаль. — Этого хватит надолго!
Рейнка бросилась собирать упавшие плоды, а я подошел к убравшей руки от дерева Алисе, обнял и прижал к себе.
— Умница, — прошептал я и поцеловал ее в лоб.
Ее сладкий аромат дурманил голову, а мягкие губы манили, но только я хотел насладиться их вкусом, как она доверчиво прильнула ко мне и сказала:
— Спасибо, Олег! Ты не представляешь, как я переживала, что не справлюсь!
Я улыбнулся и погладил ее по спине:
— Я в тебе не сомневался.
Ее лицо озарила счастливая улыбка, глаза зажглись радостным блеском, и она засмеялась давно знакомым мне заливистым смехом. В груди потеплело, и я прижал Алису сильнее. Как же я соскучился по ее гибкому телу, будоражащим ласкам, томным вздохам.
В паху заныло, но тут послышались слова пигалицы:
— Сын иного мира, умерь свой пыл, нам пора в дорогу.
Алиса покраснела, отстранилась от меня и подошла к Дикару. Согаль раздала нам по одному добытому плоду и сказала:
— Ешьте и восполняйте силы. Впереди долгий путь.
На вкус этот местный деликатес действительно чем-то смахивал на плюшки, которые готовила моя домработница. Я умял свою порцию, но насыщения не почувствовал. Алиса это заметила и отдала мне половину своего плода.
— Кушай, я наелась, — заверила она.
— Спасибо, — кивнул я и тут же все съел.
Согаль тоже не доела свою часть и остатки спрятала в сумку.
— Попробуй договориться с растениями, — обратилась она к Алисе. — Передай им, что нам нужен кратчайший путь к степи.
Та опустилась на колени, приложила ладони к земле и прикрыла глаза. На этот раз сияние возникло почти мгновенно, она затянула какой-то незнакомый мотив и начала раскачиваться из стороны в сторону в такт только ей ведомой музыке. Травы и кусты расступились, образовав проход, а я присвистнул:
— Ничего себе! Вот это да!
Алиса поднялась, немного пошатываясь, и подозвала волка:
— Дикар, сможешь увезти нас всех?
Зверь коротко рыкнул и подставил спину. Я запрыгнул на него и помог девчонкам залезть следом, усадив Алису ближе к себе, а Согаль — перед ней.
— Вперед, дружище! — скомандовал я, и волк помчался по заговоренному пути.
Глава 21
Алиса
Больше всего я боялась ошибиться и что-нибудь напутать, создавая заговоренный путь, но растения на удивление легко откликнулись и помогли нам проехать через лес без помех, правда сил на это ушло громадное количество. Неудивительно, что Елаз пил укрепляющий состав. Я бы тоже не отказалась избавиться от слабости и чувства дурноты после ритуала, только все мои вещи остались в ранце возле лесного укрытия плантаров, в том числе и сосуд с чудодейственной розовой жидкостью.
И что я теперь принесу в дар Варту? Хотя для начала стоит добраться до Святилища, что, как выяснилось, сопряжено с массой препятствий. В памяти всплыло перекошенное от боли лицо Елаза и расползающееся кровавое пятно на пронзенном плече. Выжил ли он? Смогли плантары отбиться, или так и погибли в лесу? Рука сама собой потянулась к кулону, подаренному Хозяином леса. А я ведь даже не вспомнила о нем, когда случилась беда. Вдруг он бы всех нас спас? Хотя, что толку горевать о том, чего не воротишь? Лучше уж в будущем постараться использовать кулон по назначению, если возникнет необходимость.
Деревья расступились, и мы увидели бескрайнюю степь, уходившую за горизонт. Внезапно налетавший ветер пригибал к земле и колыхал высокие травы, разгоняя волны по безбрежному зеленому океану. Редкие кусты собирались островками и темнели среди мелких полевых цветов, чей тонкий аромат щекотал ноздри и побуждал вдыхать свежий воздух полной грудью. На лазурном небе не осталось и намека на прошедшую вчера грозу, редкие белые облака неспешно ползли, иногда скрывая светило, а в вышине парила одинокая птица.
Дикар протяжно завыл, будто приветствуя родную землю, и ему вторил громкий птичий крик. Согаль радостно засмеялась и засвистела что есть мочи, сокол спикировал прямиком на ее выставленный локоть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Гир! Как ты? Что успел увидеть? — улыбаясь, проговорила она, воркуя со своим любимцем. Птица потерлась об ее щеку клювом и защебетала. Девушка внимательно все выслушала и сказала: — Молодец! Лети вперед и предупреди, если нам будет грозить опасность.
Сокол сорвался с ее руки и взмыл в небо, а она обернулась к нам:
— Дети степи покинули лес и теперь направляются к своему вождю. А люди Локина ищут Алиэ далеко отсюда. У нас есть время найти Святилище и принести дары Варту. Только прежде чем отправиться дальше, я должна защитить нас от поисковых ритуалов.
Согаль достала из сумки небольшой мешочек и посыпала всех сиреневым порошком. Странное вещество мгновенно впиталось и не оставило на одежде ни единого следа.
— Это не позволит обнаружить нас раньше времени.
— Отлично! — воодушевился Олег. Он погладил зверя по мохнатому боку и сказал: — Дикар, отвези нас к месту поклонения божеству. Только смотри, чтобы мы не наткнулись на чересчур шустрых анимов.
Волк отрывисто рыкнул и помчался вперед, приглядывая за полетом хищной птицы под пушистыми облаками.
Весь день мы провели в пути, изредка давая и себе, и Дикару немного отдохнуть, а под вечер устроились на ночлег возле зарослей кустарника, где бил из-под земли небольшой ключ.
− Ух, − выдохнул Олег, разгибая мощную спину над ручьем, − хоть напились вдоволь.
− Точно, − отозвалась я, умываясь и черпая пригоршнями ледяную воду. Ее освежающий вкус показался мне слаще любого лимонада, а в груди от выпитого разлилась приятная прохлада.
− Запасайте воду впрок, − сказала Согаль, наполняя сразу две фляги. — Неизвестно найдем ли мы еще один источник завтра.
Я уселась на приготовленную Олегом подстилку и спросила:
− А далеко еще до Святилища?
− Гир принес неутешительные вести, − помрачнела рейнка. — Вождь отправил клич. Вокруг центрального поселения собираются охотники. Наверное, намереваются искать Олифана.
Олег опустился подле меня и нахмурился:
− И что дальше? Где вообще это Святилище?
Согаль постелила себе узкий вязаный коврик и расположилась на нем.
− У анимов общение с Вартом проходит иначе, чем у других, − поделилась она, раздав нам припасенные плоды хлебного дерева. — В степи недалеко от каждого поселения есть жертвенник. Когда кто-то просит милости у Создателя, он оставляет свой дар в положенном месте и обращается с молитвой. Если Варт принимает подношение, он приходит за ним.
Мы с Олегом обменялись потрясенными взглядами, и я спросила:
− В смысле? Варт что, живой человек? И может ходить, где ему вздумается?
Согаль вдруг захохотала, а когда немного успокоилась, ответила сквозь выступившие слезы:
− Нет, конечно. Наш Создатель многолик. У каждого народа свое воплощение Варта. У плантаров — цветок, у рейнов — льдина, а у анимов — зверь. Вот он-то и приходит за тем подношением, которое соизволит принять.
Внутри поселилось нехорошее предчувствие, и я передернула плечами.
− А если не принимает? Он может, ну там, прогневаться, например?
− Ты имеешь в виду, может ли Варт съесть самого просителя вместо его дара? — Согаль лукаво сверкнула бирюзовыми глазами и хищно оскалилась. — Конечно! Поэтому анимы стараются ходить к жертвеннику как можно реже и только с чистыми помыслами.
Девчонка сделала многозначительную паузу, оценила наши вытянутые бледные физиономии и снова загоготала.
− Ах ты мелкая зараза! — разозлился Олег и дернулся, чтобы схватить Согаль, но она легко увернулась от его широкой ладони, вскочила на ноги и отбежала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
− Простите, − давясь смехом, прохрюкала она. — Не смогла удержаться от невинной шутки. Не волнуйтесь, вам ничего не грозит. Варт мудр и не обидит своих детей, даже если они заслуживают наказания.
− Тоже мне шутница, − проворчал Олег и насупился.
Рейнка наконец угомонилась и вернулась на свой коврик.
