Женька, неужели я тебя потерял…
Вышел на дорогу и махнул рукой стоящему напротив таксисту. Машина тут же стала в строй и подъехала ко мне.
Сел в салон, назвал адрес, откинул голову на спинку сиденья, пытаясь прижаться сильнее и хоть на немного заглушить головную боль. Сквозь шум в ушах услышал бормотание.
— Слышал новость? — ворвался в мои раздумья голос таксиста. — Короля нашего металлургического, говорят, посадили. И сына его. Говорят, маньяк. Страшное дело творили. Жену его только жаль. Красивая была. Пропала. Уверен, сам он её убил где-то. Не могла так просто пропасть. Вай-вай, как такие страшные люди по земле ходят, а? Все для них это только игра…
Страшные слова заставляют зажмуриться. Хочется заорать от бессилия, морду этому водиле набить, чтоб заткнулся, чтобы даже думать о таком не смел, не то что говорить. Но я держусь. Из последних сил сжимаю зубы и кулаки.
Признаться, сам ведь об этом думал за эти дни, и не раз. Но вопреки здравому смыслу упрямо твердил, что с Женькой все хорошо. Надежда, робкая, но все же где-то теплилась, где-то там внутри, где я бережно хранил образ моей ласковой доброй девочки с доверчивыми глазами.
46
46
Игнатов.
Игра закончилась. Только я не чувствовал вкуса победы. Не ощущал удовлетворения и счастья.
Пепел на губах и дыра в груди размером с космос — вот итог моей победы. Моей игры.
Плотникова и его дружков вывели на чистую воду. И даже огромные деньги папаши теперь не имели значения. Плотникову-старшему тоже светил срок, но уже по другим статьям, за экономические махинации. Доказать его причастность к безобразиям сыночка не удалось.
Супруга Плотникова, мать Виталика, как только запахло жареным, успела скрыться за границу. Оказалось, что она уже заранее умудрилась развестись со своим мужем и забрать свои отступные. В Европе её след неожиданно затерялся. Самым подозрительным было то, что движение средств по её безналичным счетам более не осуществлялось и по своим документам она больше нигде не регистрировалась. Плотникова исчезла также бесследно, как и Женя.
Я взялся за поиски сам. Отоспался, привёл мозги в порядок и начал размышлять. Зацепили слова таксиста, что Женю угробил её муженек. Если так, то он её вычислил, нашёл. Если добавить ко всему то, что Плотников исчез ровно в тот вечер, когда мы были с Женькой у Смирнова…
Кто-то определённо нас сдал. А ещё узнал адрес, где мы обитаем. Из моей команды было не так много людей, знающих о моих передвижениях. Миху я взял за грудки, но вытрясти правду из него не смог даже под дулом пистолета. Он клялся и уверял меня, что никому ничего не докладывал. Оставался лишь один вариант, Пал Саныч вёл свою игру не так честно, как мне хотелось бы. Но зачем ему Плотников на свободе и похищение Женьки? Не вязалось что-то… Больше было похоже на то, что в органах у этой семейки были свои люди, информация проскочила, что мы были там. А вот кто раскрыл карты дальше и сдал моё место обитания? В любом случае, мне стоило присмотреться к каждому.
Еще неделю я сидел в этом ненавистном городишке и заставлял Миху вскрывать чужие видеокамеры и просматривать записи.
Я надеялся, что из тысячи прохожих все же увижу знакомый силуэт. Но безуспешно. Моя тревога достигла пика. В итоге, в конце следующей недели набрал спиртного и завалился в офис.
— Миха, поддержишь? — показал на пузырь элитного вискаря. — Не могу больше, нервы ни к черту. Иначе точно грохну кого-нибудь.
Замученный моими придирками Миха с удовольствием согласился. Быстро освободил стол, распихал по одноразовым тарелкам закуски и налил вискаря в одноразовые стаканы.
— Я только за. Давай, Игнат, помянем нашу ушедшую любовь, а? — скривился он, рассматривая янтарную жидкость.
Свою порцию я уже заглотил, выдохнул и удивлённо спросил:
— А у тебя-то что? С Кариной опять поссорился?
— Нет. Не знаю. Наверное. На звонки не отвечает неделю. Я ей перед этим предложение сделал. Кольцо на палец надел. Мечтали слетать на Бали. Она хвалилась, что у неё намечается крупный заказ. Не знаю, может куш сорвала и передумала замуж выходить?
Я усмехнулся. Да, это в духе Каринки. Тем более, что этот олух был без памяти в неё влюблен, и только она у него за спиной изменяла напропалую. Тут же вспомнилась их перепалка в ванной, которую Женька наверняка подслушала, он был в этом уверен. Потом так смешно психовала, стояла там, на кухне, в своём чертовски сексуальном купальнике, такая злая и невероятно соблазнительная…
Кусок колбасы я до рта донести не успел. Мысль, острая и затмевающая разум, ослепила.
— Когда, ты говоришь, пропала Карина?
— Так вот, в тот день, как ты вернулся, — повторил расстроенный Миха. — А вечером накануне мы с ней вместе были. Она ни словом даже не обмолвилась, что куда-то уедет.
— Вещи её у тебя?
— Нет, она же отдельно квартиру снимала. Я-то практически все время здесь живу, — Миха кивнул на соседнюю комнату, где им был облюбован старый диван. Точно, я же ему сам предложил этот месяц поработать 24/7.
— Ты ей звонил?
— Конечно! Только она недоступна. Обижается, наверное. Меня в чёрный список внесла или телефон сменила.
— И ты к ней не разу не съездил?
— Нет, — понуро опустил голову горе-любовник. — Наверное, она передумала…
Я вскочил и похлопала себя по карманам в поисках смартфона.
— Адрес называй, поехали!
— Куда поехали? — недоуменно спросил он.
— К Карине твоей, — ответил, чуть улыбнувшись. — Мирить вас буду!
Миха расплылся в довольной улыбке и начал диктовать адрес, чтобы я мог вызвать такси. А я прикусил язык, чтобы не обозвать его последними словами. Дай бог, чтобы все было так, как говорит этот пентюх. Но гадкое подозрение цепко засело в груди, и оно не даст мне покоя, пока я не выясню все до конца…
Каринкина квартира оказалась пуста. Но при этом было видно, что не хватает каких-то важных вещей и некоторой одежды. Да и вообще создавалось впечатление, что она покидала квартиру вспешке. Последним доказательством того, что Карина сбежала, был выключенный телефон. Его мы нашли в куртке, висящей на вешалке.
Пришлось зарядить, чтобы посмотреть последние звонки и переписку. Я предоставил это право Михе, втайне молясь, чтобы там все было прилично и чисто. Но мой верный товарищ, пролистав страницу звонков и мессенджеры, трясущимися руками протянул мне аппарат.
— Прости, брат. Я не знал…
Губы Михи жалобно скривились, словно у маленького ребёнка. Я забрал телефон и взглянул на открытую переписку с неизвестным абонентом.
"—Такая сумма вас устраивает?
— Вполне.
— С вами поедут мои ребята. Вам всего лишь нужно показать, где обитает Евгения Плотникова. Остальное они сделают сами…"
Сердце гулко бухнуло в груди и замерло. Нет. Не может такого быть. Не верю…
47
47
Смирнов не помог. Даже увидев переписку, лишь развёл руками.
— Нет тела, нет дела, Игнатов! Что ты от меня хочешь? Карину могу пробить, может где-то она и за светится. Скорее всего смоталась с деньгами куда-то. Но толку?
Я сжал кулаки добела. Вмазать хотелось по этой солдафонской роже. Но сдержался. Не поможет, понятно, что лишние висяки ему ни к чему, ну и хрен бы с ним. Сам искать буду. Схватил телефон, развернулся и уже почти вышел из кабинета. Но Смирнов окликнул:
— Игнат!
Я замер.
— Вот знаешь, в толк не возьму. Ты ведь уже своего добился. Баба-то эта тебе зачем, а? Влюбился, что ли?
Дверь я захлопнул с силой так, что посыпалась штукатурка.
Влюбился? Не знаю. Чувствую только, что шкуру с души содрали. Нервы оголенные, как провода. И дышать с каждой минутой все тяжелее и тяжелее. Только подумаю о том, что люди Плотникова до Женьки добрались, и тошно становится.
Неужели я проиграл?
Что это, кара за излитую ненависть? Отстоял честь Наташи, но не смог спасти любимую девочку?
