Эти слова вернули Викторию к реальности. Она невольно вздрогнула, а он приподнялся на локтях и взглянул на нее.
– Что с тобой. Тория?
– Ничего, - сказала она. Слезы неожиданно подступили к глазам, и она отвернулась.
– Дорогая, скажи мне. В чем дело? Что-то не так?
Она вздохнула и покачала головой. Что она могла сказать ему? Боже милостивый, разве могла она что-то сказать ему?
Рорк мягко приподнял ее голову за подбородок.
– Я сделал тебе больно?
– О нет. - Она улыбнулась. - Ты был восхитителен.
Он улыбнулся в ответ.
– Как раз эти слова каждый мужчина мечтает услышать.
Ее улыбка внезапно померкла.
– Только… только ничего не изменилось, ты видишь. Я все еще… я все та же Виктория… - Она запнулась. "Виктория Винтерс", - хотела было сказать она, едва не выдав себя - ведь даже ее фамилия, которую он знал, была ненастоящей.
Рорк поцеловал ее.
– И все такая же хорошая, - сказал он ласково. - Мне не хочется, чтобы ты хоть в чем-то в моих глазах изменилась. Но я буду любить тебя, даже если это произойдет. Виктория прикрыла глаза.
– Рорк…
– А теперь, что это за секреты ты таишь от меня? - Он мягко рассмеялся и лег на бок, повернув и ее. - Может, ты подсунула украдкой конфеты в нашу постель или посыпала подушку крошками от печенья?
Нашу постель! - подумала она. Нашу постель!
– Или, быть может, выдан ордер на твой арест? - Ее глаза удивленно раскрылись, и он весело рассмеялся. - Может, ты зарубила кого-нибудь топором? Нет? Или ограбила банк?.. - Он насмешливо щелкнул ее по носу. - Ну, тогда в библиотеке тебя обязали выплатить штраф за просроченные книги.
Сама того не желая, она улыбнулась.
– Тебе когда-нибудь говорили, что ты ненормальный?
Его усмешка исчезла.
– Единственное, что я хочу, чтобы мне сказали, - проговорил он неожиданно севшим голосом, - это то, что ты меня любишь.
Губы Виктории дрогнули.
– Ты знаешь, что люблю.
Рорк притянул ее к себе и поцеловал. Он целовал ее снова и снова, и каждый поцелуй был слаще предыдущего, пока она не почувствовала, что еще немного, и она утонет в море наслаждения.
– Это все, что мне нужно знать, - прошептал он, обнимая ее. - А все остальное пусть отправляется ко всем чертям. Помнишь, что я сказал тебе вчера ночью? Все события в прошлом - уже история. Имеет значение только то, что ждет нас впереди.
Как все просто, и как хочется поверить в это, но рассудок беспрестанно твердил ей, что все совсем не так. Холодный голос рассудка против чар мужчины, который держит ее сейчас в своих объятьях. Разве можно устоять от его поцелуев и ласк? Рассудок был здесь бессилен, потоплен в потоке страсти, в который увлек Викторию Рорк.
– Я люблю тебя, - прошептал Рорк, и голосу его вторил негромкий шум волн.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Солнце уже клонилось к закату, когда они подняли якорь и отправились обратно на остров Пантеры. Рорк стоял у штурвала, Виктория рядом, его рука на ее талии. Весь долгий день они пробыли в объятьях друг друга, а после полудня, забравшись в каюту, устроили импровизированную трапезу из сыра, печенья и белого вина. Это был самый прекрасный день в жизни Виктории - но теперь он подходил к концу.
Она передернула плечами, и Рорк притянул ее к себе.
– Тебе холодно, любовь моя?
– Нет. Мне хорошо.
Он отвел ее волосы с виска, наклонился и поцеловал в шею.
– Это был самый счастливый день в моей жизни, - тихо произнес он. Виктория вздохнула.
– И в моей тоже.
Но как только она сказала это, вновь вспыхнули сомнения. Было бы лучше уехать утром, как она и собиралась. Она запуталась в собственной лжи, а сегодняшний день и без того все усложнил. Как она может уехать теперь? Но и остаться тоже не может.
– Тория? - Рука Рорка еще крепче прижала ее к себе. - Я не хочу возвращаться с небес на землю так сразу.
Виктория опустила голову ему на плечо и глубоко вздохнула.
– Я тоже. Хорошо было бы остаться здесь навсегда.
Вдруг он резко сбавил скорость, и рев мотора перешел в тихое рокотание.
– У меня есть идея, - улыбнувшись, сказал он.
– Идея? Какая?
– Ты ничего, наверное, толком не повидала на Пуэрто-Рико, прежде чем попала на остров Пантеры?
Виктория кивнула.
– Да, - сказала она. - Очень мало.
– Так я и думал, - продолжал он. - Но ничего, мы это наверстаем. Я сам покажу его тебе. Пуэрто-Рико - остров, полный контрастов. Там есть тропические леса и горы, есть прекрасные города и селения, а побережье его столь же красиво, как на острове Пантеры.
Она улыбнулась.
– Какое туристическое агентство платит вам, сеньор, за эти рекламные тексты?
Он засмеялся и провел указательным пальцем по ее подбородку.
– Могу поспорить, что ты не знаешь даже и Сан-Хуана: не видела Кондадо, Ла-Форталезу или старую часть города.
– Я… действительно ни видела его достопримечательностей.
Рорк кивнул.
– Ну, тогда решено. Когда вернемся домой, я позвоню к себе в офис и скажу, что неделю они спокойно могут обойтись без меня. - Он усмехнулся, заметив ее недоуменно вскинутые брови. - Я думаю, сначала мы отправимся в Понсе. Там ты сможешь походить по магазинам, сделать кое-какие покупки, хотя ничего сногсшибательного ты там не найдешь. Оттуда поедем в Сан-Хуан. А потом на север в…
– Рорк, о чем ты говоришь?
Смех заискрился в его глазах.
– Я говорю о том, чтобы провести несколько дней и ночей с тобой наедине, - сказал он хрипло. - Без телефонных звонков и подглядывающей прислуги. - Он притянул ее поближе и принялся целовать, да так, что у нее перехватило дыхание. - Я говорю о том, чтобы заниматься с тобой любовью возле водопада, чтобы повести тебя обедать в "Чарт-хауз".
Каким заманчивым все это казалось. Однако Виктория понимала, что это невозможно, она не вправе пользоваться его добротой. Рорк, вероятно, почувствовал смену ее настроения. Он нахмурился и сжал руки в кулаки.
– Когда я вижу это выражение твоих глаз, - сказал он мрачно, - мне хочется отыскать того мерзавца, который причинил тебе боль, и убить его.
Она с изумлением посмотрела на него.
– О чем ты?
Его рот скривился.
– Я не дурак, Тория. Ты не говоришь, но я могу и сам понять. Что-то постоянно тревожит тебя, встает между нами. Не удивлюсь, если виной тому окажется какой-нибудь подлец, который испортил тебе жизнь.
– О, Рорк, - тихо проговорила Виктория, опустив голову. - Напрасно ты не позволил мне уехать сегодня утром.
– Ты думаешь, что-то может переменить мои чувства к тебе? - Она промолчала в ответ, а он прижал ее нежно к груди. - Этого не будет никогда, - прошептал он. - Ничто не сможет нас разлучить. Ты должна верить мне, Виктория.
А вдруг ей и правда следует поверить, подумала она. Возможно, когда-нибудь она могла бы сказать ему. Возможно, он поймет ее…
