Читаем без скачивания Итоги № 48 (2011) - Итоги Итоги

История болезни

На сегодняшний день существуют, пожалуй, три основные гипотезы. Согласно первой — генетической — у детей с СДВГ выявляются аномалии в структуре генов дофаминового рецептора и дофаминового транспортера. Дофамин — это гормон, вырабатываемый мозговым веществом надпочечников и другими тканями. Его избыток или недостаток ведет к изменениям в психике человека. Кстати, наиболее известными патологиями, связанными с дофамином, являются шизофрения и паркинсонизм. Близка к этой теории другая — нейрохимическая концепция, которая предполагает, что синдром вызывает нарушение метаболизма того же дофамина и норадреналина, выполняющих роль нейромедиаторов центральной нервной системы. До сих пор было известно, что уровень норадреналина в крови повышается при стрессовых состояниях, шоке, при тревоге, страхе, нервном напряжении.

Сторонники еще одной концепции, нейропсихологической, доказывают, что во всем виноваты отклонения в развитии высших психических функций, отвечающих за моторный контроль, внимание, оперативную память.

Но сколько бы ни было сторонников у этих теорий, почти все они считают, что первопричина гиперактивности — так называемый фактор цивилизации. Сюда можно включить все — от экологии до компьютеров. «Проводились исследования, которые, к примеру, показали: в экологически неблагополучных регионах детей с синдромом дефицита внимания рождается больше», — говорит нейропсихолог центра «Образование в развитии» Татьяна Муха. По словам Марка Сандомирского, «больше всего детей с синдромом СДВГ зарегистрировано в крупных городах. Возможно, этот факт объясняется тем, что неокрепшая психика подстраивается под динамичный темп жизни мегаполиса. Сказывается информационная перегруженность окружающей среды, когда буквально с пеленок младенец существует под воздействием телевизора и компьютера. В детсадовском возрасте ребята уже общаются по сотовому телефону. Такое обилие информации и мелькающих картинок перед глазами неминуемо приводит к нервной возбудимости». И уже никуда не деться от того, что у малышей, способных хорошо щелкать мышкой, теряется навык письма — их мелкая моторика, которая, как уже давно доказано, влияет на процесс созревания мозга, не развита.

А еще дети болезненно переживают кризис традиционной семьи. Как бы мы ни оправдывали изменения, происходящие в этом институте (теперь, например, неполная семья или изменение ролей отца и матери — норма), они неестественны для ребенка. «Много детей растут в неполных семьях, чувствуя себя незащищенными, — констатирует Марк Сандомирский. — Но и в благополучных все не так просто: все больше матерей сегодня страдают, например, от послеродовой депрессии. И им не удается наладить эмоциональный контакт с ребенком ни в раннем детстве, ни позже». Свою роль играют и физиологические факторы. «В последние годы женщины стали рожать позже, — поясняет Татьяна Муха. — Из-за этого увеличивается риск родовых травм, многие дети появляются на свет с помощью кесарева сечения, а это тоже не может не сказываться на нервной системе ребенка».

Фактически СДВГ — это своеобразный ответ природы на вызовы эпохи: на плохую экологию, стрессы, обилие негативной информации, кризис семьи и так далее. Чем стремительнее, суматошнее и технологичнее жизнь, тем больше появляется на свет гиперактивных детей. Эксперты сходятся во мнении: в будущем число таких детей будет только расти. Нужно ли принимать их такими, какие они есть, или срочно бежать к врачу, чтобы, пока не поздно, прописал лечение?

Схема лечения

Большинство родителей мучаются в догадках: страдает их ребенок от гиперактивности или же он такой подвижный от природы. «Если родители видят, что ребенок хорошо усваивает информацию, нормально спит, но при этом очень много двигается днем, то бить тревогу не стоит, — успокаивает Татьяна Муха. — Это особенность физиологии и темперамента. Первый признак развития гиперактивности — она мешает самому ребенку, тормозит его развитие. Если ребенок не в силах сконцентрироваться на одном деле, буквально не может усидеть на месте, плохо спит и не отличается хорошей памятью, то это явные симптомы болезни».

Обычно первые тревожные признаки проявляются в раннем возрасте. Малыши с таким синдромом часто имеют повышенный мышечный тонус, слишком чувствительны к воздействию внешней среды — шуму, свету, холоду, духоте. «Отчетливо дефицит внимания начинает проявляться в 3—4 года, — рассказывает детский невролог Наталья Волкова. — Например, ребенок не может доиграть в ту игру, которая занимает его сверстников часами. Или же не способен дослушать до конца сказку, рассчитанную на его возраст. Мир он познает поверхностно. Если и задает родителям какой-либо вопрос, то довольствуется любым ответом, не интересуясь подробностями. Такой ребенок постоянно что-то вертит в руках, теребит пуговицы, рвет бумажки на мелкие части, кусает ногти».

Однако лишь единицы мам-пап начинают бить тревогу по этому поводу в детском саду: в первый раз к специалистам обращаются, когда ребенок уже начинает посещать школу. Просто потому, что именно там становится понятно: ребенок постоянно отвлекается на уроке, не может усвоить необходимый минимум знаний, таскает из школы двойки. «На поведение ребенка нужно обращать внимание за год-два до школы,  — советует Татьяна Муха. — В это время еще есть шанс исправить ситуацию. Но у нас родители очень много внимания уделяют интеллектуальной подготовке ребенка к школе, часто забывая об эмоциональной. Если начать лечение болезни заранее, то поведение ребенка удастся скорректировать».

Но как лечить? Большинство родителей, которые приводят свое слишком шустрое чадо к врачу, требуют выписать лекарство, желательно мгновенного действия, не задумываясь о последствиях. А зря. Недавно британский телеканал Channel 4 привел такие данные: за последние 10 лет число детей, которым прописывали антипсихотические препараты (нейролептики) для лечения синдрома СДВГ, выросло в Великобритании вдвое. Выяснилось, что дети годами находились под воздействием сильнодействующих препаратов без должного медицинского наблюдения. И это несмотря на большое количество побочных эффектов, таких как ожирение, диабет, сердечно-сосудистые расстройства. А, к примеру, применение препаратов, призванных восполнить дефицит естественного дофамина в организме, может стать причиной возникновения обжорства, гиперсексуальности, алкоголизма и наркомании. Учитывая, что число гиперактивных детей растет, злоупотребление медикаментами может серьезно подорвать здоровье подрастающего поколения 2000-х. И потому специалисты сегодня все больше высказываются в пользу психологической коррекции.

Впрочем, прежде чем пугаться, родителям стоит поговорить с воспитателями детского сада, куда ходит ребенок, и с родителями других малышей. «Вполне возможно, что поведение ребенка кажется гиперактивным только родителям, а на самом деле соответствует нормам, — предупреждает Марк Сандомирский. — В каждом возрасте у ребенка свой порог внимания. Чем младше ребенок, тем меньше времени он может сосредоточиться на одном занятии». Диагностика гиперактивности в России еще недостаточно развита, и если вашему ребенку поставили диагноз СДВГ, на всякий случай лучше перепровериться у другого врача.

Выписной эпикриз

Специалисты предупреждают: недооценивать синдром дефицита внимания не стоит, поскольку последствия могут оказаться самыми непредсказуемыми. Наказывая ребенка за непослушание и двойки, велик шанс вызвать в нем ответную агрессию. «Опасность гиперактивности именно в том, что ребенок не контролирует ситуацию и свои эмоции, — отмечает Татьяна Муха. — Все это оборачивается против него». Наталья Волкова предполагает, что симптоматика СДВГ может сохраняться у человека всю жизнь. Она просто трансформируется со временем. Сначала человек конфликтует с одноклассниками и родителями, потом с коллегами по работе, женой (мужем) и своими же детьми. Из гиперактивного ребенка в результате может вырасти семейный тиран.

Впрочем, другие специалисты считают, что из гиперактивных детей могут вырасти не только тираны, но и гении. Не зря же таких детей еще называют детьми с двойной исключительностью — в одном человеке сочетаются одаренность и гиперактивность. Такие дети могут, например, добиваться выдающихся успехов в музыке, математике или литературе, но при этом с трудом осваивать программу по другим предметам.

«Когда сыну что-то очень интересно, он зарывается в информацию, как крот, — рассказывает о своем ребенке с диагнозом СДВГ Наталья Р. — Только в жизни с ним очень тяжело: импульсивен, болтлив, оппозиционен, конфликтен, постоянно спорит со взрослыми. В школе любят говорить: у него проблемы из-за одаренности, ему нужна другая школа. А в спецшколах нагрузка выше, там могут учиться только дети с первой группой здоровья. И куда нам податься?»