Решив, что пусть пока все останется как есть, целитель позвал майора и мафиози. Те, несмотря на гигантизм посудных завалов, уже вымыли их и теперь о чем-то оживленно спорили.
– В общем, мы решили... – Встав перед Игорем Сергеевичем, твердо проговорил Репнев, – Сегодня же вечером мы уезжаем!
– И вы тоже? – Неожиданно резко для самого себя спросил целитель у Изотова.
– Да.
– Надо же! Потрясающее единодушие между противоположными структурами... – Глумливо ухмыльнулся Игорь Сергеевич. – Что ж, господа, если вы так порешили, я вас не брошу. А сейчас, будьте любезны, встаньте на старые места...
Пробудив Розу-Свету, та даже не заметила, что спала, Пономарь сразу предложил ей:
– Не хотите ли прокатиться с нами в Москву?
– А когда вы уезжаете?
– Сегодня...
– Я, наверное, не смогу... Работа...
– Где вы работаете? Я договорюсь...
– Нет, – Роза-Света отрицательно замотала головкой, – У нас секретное учреждение. Научно-исследовательский институт Экстремальной Бихевиористики[5]. Вас туда даже близко не подпустят...
– Тогда можно взять отпуск, или еще что... – Встрял в беседу Сергей Владимирович. В ответ девушка лишь повторила свое движение:
– Не получится... Да и на работу мне только сегодня вечером...
– 3 -
Дома их ждал сюрприз. Нина Васильевна, хозяйка квартиры, сидела в их комнате. Лицо старушки, казалось, было высечено из желтоватого, с прожилками, камня, настолько оно было неподвижно. Как недвижима и была сама Нина Васильевна. Перед ней на столе лежал лист бумаги, а в пальцах старушки застыл карандаш. Его острие упиралось в последнюю точку, которую женщина поставила в записке.
– Что с вами, хозяюшка? – Николай Андреевич тронул старушку за плечо и та очнулась.
– Ничего... Ничего... – Забормотала Нина Васильевна. – Вот, заглянула тут, да и задумалась чего-то...
Она суетливо огляделась по сторонам и стремительно вышла. На ее спине Игорь Сергеевич успел заметить энергетический след от только что исчезнувшей программы.
– Смотрите-ка. Она нам послание оставила! – Изотов взял лист бумаги, на котором карандашом было написано несколько строк. – Игорь Сергеевич, это вам. – Сказал майор, пробежав глазами первые слова записки.
Дарофеев взял послание и зачитал вслух:
– “УвОжаемый Дарофеев...” Кто-то из них неграмотный, – Сразу откомментировал Пономарь, – “Я буду говорить с вами в два часа дня по адресу: Полянское кладбище вторая скамейка от входа слева.” Подпись: Главный Управляющий Людьми.
Как, господа, – Игорь Сергеевич хитро посмотрел на вытянувшиеся лица фээсбэшника и Корня, – Почтим уважаемого ГУЛа своим посещением?
– Это опасно. – Немедленно отреагировал Сергей Владимирович. – Нам необходимо прикрытие, а его нет.
– Ничего, – Самодовольно проговорил Репнев, – В случае чего – отобьемся. Не впервой...
– Но почему он назначил встречу на кладбище? – Спросил Дарофеев, ни к кому конкретно не обращаясь. – Не понимаю... До назначенного времени оставалось чуть более получаса, и компаньоны выступили в путь. Целитель посмотрел по карте, где находится нужное им кладбище, и выяснил, что до него с вокзала ходит прямой автобус.
Транспорт подошел почти сразу как Игорь Сергеевич с попутчиками появились на обстановке. Народа почти не было и они уселись на струганные доски, заменявшие мягкие сидения. Сразу же Николай Андреевич взял в свои руки инициативу и начал разрабатывать план:
– Ты, Игорь Сергеевич, сидишь на этой скамейке, а мы с майором шоркаемся вокруг, с понтом дела не при делах. Какой шухер – мы на месте! Ты только крикни.
Возражений на этот простой до гениальности расклад ролей не появилось. И вскоре Пономарь уже занял место на указанной скамье.
Когда-то это сооружение действительно было парковой скамейкой, с чугунными литыми боковинами, между которыми шли крашеные деревянные бруски. Теперь же брусков почти не осталось и Дарофееву пришлось выбирать между балансированием на одинокой жердине и стоянием около оной. Кусты, в которых находилась эта развалина, давно облетели, и под ними виднелся слой проволочных остовов венков, на которых кое-где еще были полусгнившие пластиковые листья и выцветшие цветочки.
Изотов с Корнем чинно дефилировали взад вперед, не отходя от Пономаря больше, чем на десять метров. Со стороны эта парочка производила впечатление влюбленных гомиков, настолько они не вписывались в окружающую кладбищенскую обстановку. Мимо них проходили старушки в платочках, громко матерясь прошли три мужика в ватниках с одной лопатой на всех, просеменил бородатый попик. Но никого, даже отдаленно напоминающего ГУЛа не было. Хотя, Игорь Сергеевич вдруг поймал себя на этой мысли, откуда он знает, как этот человек выглядит, или должен выглядеть? Его же никто в этом городе не видел...
По самой средине дорожки прошла женщина с заплаканным лицом. Целитель, поскольку в этот момент она оказалась единственной, находящейся в его поле зрения, кроме шляющихся защитников, провожал ее глазами. Поравнявшись с Игорем Сергеевичем, женщина вдруг резко остановилась. Дарофеев увидел, что над ее головой взвился длинный энергетический “хвост”. Незнакомка повернулась и сделала несколько шагов по направлению к Пономарю.
– Дарофеев? – Спросила она неприятным голосом.
– Да. – Кивнул целитель.
– Я – Главный Управляющий Людьми...
После этой фразы, такой неуместной в устах такой, еще мгновение назад убитой горем женщины, Игорю Сергеевичу вдруг захотелось спросить: “Самый главный, или как?”, но он сдержал этот мимолетный порыв.
– Можете не пытаться проследить откуда я говорю. – Продолжала женщина-ГУЛ, – Я предпринял массу предосторожностей, чтобы мое нахождение осталось в тайне.
– Хорошо. Не буду. – Пообещал Дарофеев. – Что же вы хотите мне сказать?
– Честно?
– Да, если это возможно...
– Да, это можно... Переходите на мою сторону.
Это было именно то, чего ожидал и опасался Игорь Сергеевич. Тогда все его предыдущие приключения оказывались всего-навсего проверкой “на вшивость”, разведкой возможностей целителя, игрой в поддавки. Значит, противник до сих пор не показывал своей истинной мощи. Это пугало и поэтому Пономарь решил ответить уклончиво:
– Какая же она, ваша сторона?
Собеседник, казалось, задумался.
– Я – за справедливость...
– В этом мы сходимся. – Осторожно улыбнулся Игорь Сергеевич. – Но какими средствами достигается эта справедливость?
– Любыми. – Был ответ.
Дарофеев насупился, а женщина, голосом которой говорил ГУЛ, продолжила:
– Я хочу наказать всех виновных. Наказать тех, кого невозможно исправить никакими методами. Взяточников, казнокрадов, просто воров и любых отпетых преступников. Лишь после этого в стране будет порядок.
– Порядок? – Удивился Пономарь. – А в Хумске вы уже навели порядок?
– Да.
– И это вы называете порядком?! – Искренне возмутился Игорь Сергеевич. – Да пройдитесь по улицам! Везде одно и то же! Весь город в аварийном состоянии! Почти ничего не работает! Везде одно разложение! Или вы этого не видите? Чудо, что еще кто-то ходит на работу!..
– Зато они счастливы... – Тихо перебил целителя ГУЛ. – А все это запустение – временно... Мне не хватает времени, чтобы всем этим заниматься. Сейчас я пытаюсь подготовить... – Голос внезапно прервался, будто говоривший чуть не выдал какой-то жизненно важный секрет.
– Помощников? – Высказал догадку целитель.
Женщина отшатнулась:
– Откуда вы это знаете?
– Да, я тут всякого насмотрелся!.. – Сказал Дарофеев, не отвечая на вопрос, – И этих помощников, которые тронь – и рассыплются, и тех, которые ценой своей жизни держат этот дурацкий купол над всем городом, и тех, кого вы посылали убивать целые семьи, и эти горы трупов, остающиеся после их посещений! И вашего убийцу, который после того, как зарезал четверых, как сумасшедший гонялся по всей квартире за мухами, а потом, когда его задержали, пытался отгрызть себе руку! Я многое видел, чему виной – вы!
