в неё. Нога болела намного сильнее, горло сдавила жёсткая хватка, так что дышалось через раз, а на звуки и вовсе сил не хватало.
Юрген старательно дёргал её за волосы, поднимая лицо, заставляя смотреть на невольно присутствующих зрителей. Диана не желала знать, кто остался смотреть. Вычеркнула всех, представляла, что альфы, с которыми она вместе делила кров и хорошие воспоминания, сейчас не пялятся на то, как вожак дерёт её на полученной добыче. И Ларса тоже нет. Хотя в нос то и дело прилетал запах кипарисов.
Юрген кончил быстро: накрученный битвой и злостью, он легко возбуждался и доходил до разрядки. Стоило ему отпустить шею, Диана дёрнулась в сторону, натянула штаны и, посмотрев на стоящих неподвижно вокруг них альф, зло зашипела.
— Маленькая злая давалка, — рассмеялся на её реакцию вожак.
Диана бросила на него яростный взгляд, но не посмела проявить неуважение. С Юргена станет пустить её по кругу. Она быстрым шагом направилась прочь с вокзала, хотела сразу обратиться в волка, но рядом со складами полно камер, пришлось сжимать зубы, терпя мерзкие ощущения между ног и ноющее бедро.
— Ди, подожди!
Она не успела отойти далеко, и её догнал Марат. Но болтать не было ни малейшего желания, а тем более смотреть ему в лицо и понимать, что он всё видел. Марат попытался её схватить, но Диана истерично сбросила его руки и, пряча лицо, ускорила шаг.
— Подожди, говорю, я хотел извиниться! — Марат всё же поймал её, прижал к себе и по-доброму, успокаивая, погладил по волосам. — Прости за то дерьмо, что наговорил в прошлый раз. Не знаю, чего взъелся, услышал, как ребята обсуждают, как тебя трахали, не подумал… ну они ведь просто наговаривали.
— Не наговаривали. — Диана вырвалась, хотя та малая поддержка что дарил Марат, была сейчас жизненно необходима. — Я спала с ним, со многими. Потому что с Юргеном невыносимо, потому что он никогда не был со мной хоть немного нежен, добр или терпелив. И проблема не во мне, он ко всем омегам так относится, потребительски, свысока, словно мы дырки без мозгов и эмоций. Тебе не понять, ты не инициирован и знать не знаешь, как ведут себя взрослые альфы!
— Я понимаю, — внезапно мягко произнёс Марат и погладил её по заплаканной щеке. Диана и не заметила, как расклеилась, всё случившееся давило таким грузом, что она перестала справляться с телом. Эмоции сводили с ума, и не было в этом городе ни одной живой души, способной помочь. — Когда я стану вожаком, то возьму тебя женой, и всё будет иначе.
Диана вздрогнула. Что за пугающие мысли у юного альфы в голове? Откуда ему знать о возможной смене власти?
— Ни к чему. У меня есть истинный, — ответила она и строго посмотрела Марату в глаза. Что тот сделает, что предпримет?
— Почему ты не с ним?
— Потому что Юрген никогда меня не отпустит.
— Так нельзя, Ди. — В голосе Марата появилось такое отчаянье, что стало его жалко. Вряд ли он представляет, каково это — встретить пару и жить с ним в разлуке, но он искреннее ей сочувствовал.
— Всё наладится, просто не вмешивайся, ладно? Пообещай.
— Ди, — Марат вздохнул, — Сима — моя пара. Моя истинная. И я обещаю, что поддержу тебя и помогу, если потребуется.
— Сима? Новоприбывшая девчонка? — Марат кивнул. — Понимаешь ведь, что придётся отправить её в другую стаю, а лучше — в другой город до её созревания?
— Знаю. Я уже обсудил с ней это. Но пока не чувствую никакого влечения…
— Потому что ты не инициирован, — прервала его Диана и нахмурилась, переключаясь на чужие проблемы. Вот свезло ребятам, Сима будет ощущать себя изгнанной, а Марат — сходить с ума от неудовлетворённости. И если не повезёт, Сима в разлуке с парой повзрослеет позднее и расцветёт только к двадцати пяти. — Я поговорю с наставником, возможно, они примут омегу на время, там она будет в безопасности.
— Спасибо.
— И тебе. Мне очень важна твоя поддержка, — призналась она, и Марат снова обнял. Диана с трудом заставила себя отстраниться, потому что с Маратом ей всегда было спокойно.
— Тебя подвезти? Куда ты направляешься?
— Хочу прогуляться.
Диана, не прощаясь, направилась вдоль рельсов. Машина бы не помешала, но она не доверяла Марату настолько, чтобы показать ему схрон, а сейчас нужно было припрятать добытые камушки. Повезло, что Юрген не стал раздевать её полностью и алмазы удалось утаить. Это станет очередным вкладом на будущее. Вложением в мир, где Юргена не будет существовать.
Она пешком перебралась через платформы и вышла на перрон с междугородными поездами. Дождалась подходящей электрички и проехала десять остановок до ближайшего посёлка. Из-за обильных дождей пригород утопал в зелени. Кустарники, цветы и деревья — всё благоухало, полнилось соками и распустившимися бутонами. Привычная дорожка путалась в густой траве, машины частично её примяли, но жизнь упрямо тянулась к солнцу.
Диана отсчитала деревья и шаги. Руками нащупала шов в дёрне и обрезала ножом заросший за пару недель корнями и травой схрон. Сняла слой земли и стряхнула грязь с пластиковой прозрачной крышки.
Коробка была пуста.
Она замерла, не веря своим глазам. Трясущимися руками вскрыла коробку и достала лежащую на дне записку. Происходящее никак не укладывалось в голове, мысли путались, скакали из стороны в сторону в поисках решения. Всё нереально. Просто дурной страшный сон.
Она открыла записку и уставилась на знакомый почерк.
«Не стоило мне доверять».
— Нет! Нет! Нет! — Диана истерично порвала несчастный листок в клочья.
Ларс.
Ларс забрал всё. Диана в полном отчаянии взвыла. Заорала по-человечески, а потом перешла на волчий. Два года мучений насмарку, всё впустую. Она терпела насилие и унижения, крутилась как сумасшедшая, побираясь, собирая по крохам деньги, подлизывалась, подстраивалась. Искала союзников, подкупала их, натравливала друг на друга. Выстраивала сложный план, впутывая в него даже самых сильных волков города. И всё это время подставлялась Юргену, улыбалась этому ублюдку только с одной мыслью — когда-нибудь всё закончится.
Что теперь?
Она сидела на коленях перед пустой коробкой и скрёбла ногтями землю. Лицо снова
