кровь, кожу сразу обдавало холодом. Но магический металл всегда был более восприимчив к таким вещам, возможно, загадка крылась как раз в этом.
Пришлось отойти, уступив место другим, и вернуться на своё место рядом с Айвен. Дэва, использовав свою попытку одной из первых, теперь наблюдала за остальными. Вскоре и Натан Страйд опустился на циновку поблизости.
– Моран точно что-то почувствует, – вдруг заявил светлый.
– Почему ты так уверен? – спросила я, больше думая о длине его волос, почти достигших лопаток, и о тьме, которую они успели в себе накопить. В этом могла быть взаимосвязь.
– Когда учитель только появился, тот не сводил с него взгляда. Мне показалось, он что-то понял ещё до того, как Терсеро снял ткань, – с задумчивым видом отозвался див, провожая взглядом Морана, очередь которого как раз настала.
Люций даже поднимать руки не стал, поглядел хмуро на кольцо и сказал что-то наставнику, с безмятежным видом отходя в сторону.
На периферии зрения что-то мелькнуло, но я не обратила внимая, вдруг задетая тем, как прыснул от смеха Люций, когда он обернулся и наши взгляды пересеклись. Секунду назад див был серьёзен, а после на мгновение склонился, прижимая кулак ко рту, скрывая за ним улыбку.
– Ох, Сара, смотри, – раздался удивлённый и благодушный голос. Наклонившись так сильно, будто вот-вот собирается упасть мне на колени, Натан протянул руку, снимая что-то с моей головы. В первое мгновение я подумала, что там застряли либо трава, либо листик, принесённые ветром, но светлый див чуть распрямился, показывая глашатая, сидящего у него на указательном пальце. – Она устроилась прямо у тебя на волосах.
– Надо же, – прозвучала от меня на первый взгляд скупая реакция.
«Так вот почему он засмеялся…» – догадалась я, видя, как улыбка слетает с губ Морана, стоило Натану снять бабочку с моей головы, будто мгновение назад он и не смеялся вовсе.
– Милая, – проговорила я, когда, стоило поднять мне руку, бабочка незамедлительно покинула своё временное пристанище, вновь вернувшись ко мне.
Натан улыбнулся. Его глаза сверкали, вторя тому восхищению, которое передавали его эмоции. Его чувства заставили меня гадать об их причине. Дело в бабочке, он восторгается её красотой? Или дело в чём-то ином?
– Удивительно, как она тянется к тебе, – заметил див. – Никогда подобного не видел у взрослых. Только у маленьких детей.
– У детей чистые помыслы, – отозвалась я, вспоминая одну из версий, которая объясняла любовь бабочек к маленьким даэвам.
– Значит, и у тебя тоже.
Мой слегка удивлённый взгляд, оторвавшись от насекомого, обратился к Натану.
– Нет, это не так, – довольно мягко отозвалась я. Его предположение показалось мне глупым. – Думаю, дело в моей силе. Их влечёт сильный светлый дар. Вот и всё.
Мой ответ совсем не убедил Натана Страйда. Но наставник призвал всех занять свои места, и разговор пришлось закончить. Я опустила руку, и бабочка, вспорхнув крыльями, полетела дальше, устремляясь к лесу.
– Как и предполагалось, теневые справились гораздо лучше. Кто на светлом отделении почувствовал тьму в кольце? Поднимите руки, – попросил учитель. Я оглянулась, с удивлением замечая лишь одну ладонь – Винсента, который от внезапного всеобщего внимания вжал голову в плечи.
– Что ж, даже неудивительно. Вы же с острова Рухх?
Винсент кивнул. Наставник, несколько секунд задумчиво смотря на него, наконец-то продолжил, обращаясь ко всем:
– Остров Рухх находится вблизи Затерянных островов и Портала в Серый мир. На островах тварей никто не уничтожает, поэтому энергия тьмы там древнее, чем на материке. И её влияние доходит до острова. Предполагаю, постоянный контакт с этой силой и развил в даэвах ордена Рухх чувствительность к этой магии. – Вновь вернув взгляд к Року, учитель добавил: – Это определённо очень ценная способность для молодого воина.
– Спасибо, – отозвался Винсент.
– Я лишь констатировал факт. А теперь поднимите руки те, кто почувствовал энергию кольца среди учеников теневой башни. – Стоило диву договорить, как ладони взметнулись в воздух одна за другой. Всего их оказалось семь, практически половина всего теневого отделения второго года. Поразительная разница. Люций тоже поднял руку. Он сидел небрежно в позе лотоса, уперев локоть в бедро, и, склонившись, подпирал свободной ладонью щёку. Выглядя отстранённо и совершенно не радуясь своему успеху.
– Хорошо, – удовлетворённым тоном проговорил учитель. – Люций Моран.
– Да, наставник?
– Вы сказали, что ощущаете силу предмета на расстоянии?
Так Натан оказался прав… Такая разница между его способностями и возможностями остальных. Поразительно.
– Верно. – Моран опустил руку, садясь прямо. – Даже оставаясь на своём месте, я понимаю, что оно такое. – На мгновение взгляд дива коснулся меня и после устремился к вещи, отравленной Серой энергией.
Уголок губ наставника дёрнулся, он хмыкнул.
– Ну, думаю, в случае Люция мне ничего объяснять не надо. Можно лишь сказать, что кровь рода Моранов по-прежнему сильна.
Люций натянуто улыбнулся, а я отвернулась, больше не следя за теневым. Из-за сложившейся обстановки в мире даэвов мы меньше виделись на людях. Дружбу не скрывали, но оставляли видимость того, что мы не так уж близки. Моран сам предложил такой подход несколько месяцев назад. И его предложение отчасти было разумно. За мной приглядывали. Прошлый год и выговор главы ордена Сорель наглядно это показывали. Мне не нравилось, что меня контролируют, хотя, возможно, лишь отчасти я понимала причины, побудившие к этому. Но всё равно ситуация вызывала сложные чувства.
Когда произошедшее в Гренере получило огласку, оно стало ещё одной причиной для разногласий. Среди нашего народа зрели новые порядки. Некоторые стражи начали считать, что светлые и теневые не нуждаются в помощи друг друга. Постепенно эта точка зрения набирала популярность. Пока отряды оставались всё ещё смешанными, но порой воины отправлялись на охоту и по отдельности. Светлые полагали, что теневые нуждались в них больше, чем они в них. Скарды помогали отследить ревенантов скорее, но и без их помощи можно было обойтись. Да, жертв будет больше. Но и порождения энергии Серого мира ныне появлялись не столь часто. А скарды после использования своего дара часто нуждались в способностях эмпата или сомниума, которые помогали заглушить видения чужой смерти. Мортемы же использовали свою силу для разведки. Большинство создаваемых ими существ были маленькими и не очень помогали в сражении с тварями. Вероятно, и у теневого народа существовало похожее мнение, но в свою пользу, но мы с Люцием не обсуждали происходящее. Но нынешнее занятие вновь доказывало, как мы нуждались друг в друге. Мне казался безрассудством и лишней данью своей гордыне тот факт, что обе стороны предпочитали не замечать этого.
Занятие вскоре подошло к концу. Настало время обеда, который проходил в
