от русских офицеров, которые бежали в это время из Хунзаха и Гуниба. Они укрылись вначале в Хунзахе и пользовались материальной поддержкой Алиханова. Когда он приступил к формированию отряда, он потребовал от русских офицеров, чтобы они вступили в отряд. Но они отказались. Кайтмас за это лишил их помощи и покровительства. Они подвергались притеснениям как с его стороны, так и со стороны населения и принуждены были бежать из Хунзаха.
Таким образом, отряд Арацханова шел на помощь араканцам. Пока он дошёл, ряды его сильно поредели. Тем не менее, его приход поднял дух тем, кто ещё оставался стоять на фронте. Но, с другой стороны, он привлёк и внимание большевиков, усиливших свои операции на этом участке. Так как отряд был небоеспособен, то он и бежал при первых же выстрелах большевистских пушек. Остатки его не решались уже вступить в бой. Вскоре населению надоела постоянная посылка на фронт продовольствия, и оно прекратило его снабжать. Не получая продовольствия, отряд совсем рассыпался.
Исмаил Хаки Бей
Исмаил Хаки Бей ехал из Даргинского округа через Гази-Ку-мух на Гуниб. В Даргинский округ он попал через Самурский округ. С ним было несколько турецких офицеров и вестовых – больше никого. Провожал его даргинский отряд человек в 200 и комиссар Даргинского округа, хотя даргинского округа уже не существовало, потому что ему вообще делать больше уже было нечего. К борьбе с большевиками он относился равнодушно. От Магомедова я узнал, что в Даргинском округе находятся братья Курбановы: Абдулл, Магомед и Агалархан, Мутаев и Таймазов, но что ни один из них в борьбе с большевиками участия не принимает, а двое последних – сторонники Али-Гаджи.
В Гази-Кумухе Исмаил Хаки Бея приняли очень пышно. Встречей руководил Бадави Саидов. До этого комиссаром Гази-Кумухского округа был Саид Габиев. С ним работали Хаджи-Мураев, Кашкаев, Яраги и Ширвани Лачуевы и др. Перед приходом турок Габиев скрылся, и за него остался Бадави. Халилова в Гази-Кумухе в этот момент не было, была только его семья. Он сам, как мне передали, поехал встречать турок, и, видимо, разъехался с ними дорогой.
Сейчас же по приезду Исмаил Хаки Бея было собрание офицерства, интеллигенции и арабских ученых в крепости. Исмаил Хаки-Бей сказал на этом собрании хорошую горячую речь. Отметив, как дагестанцы страдали от ига гяуров, Исмаил Хаки Бей заявил, что он счастлив, что наступило, наконец, время, когда турки смогли прийти на помощь дагестанцам. Затем, обращаясь к офицерам, он сказал, что раньше был царь, и они находились на русской службе, а теперь царя нет, и они должны служить шариату, как и весь мусульманский народ. Алимам он напомнил, что они должны учитывать обстановку, уважать и ценить офицеров, ибо без офицерства никакая борьба невозможна.
Исмаил Хаки Бей. (продолжение)
– Вообще, – закончил он, – в большом деле должен быть большой порядок, чтобы все были на своих местах и за своим делом. Иначе на успех рассчитывать нельзя.
Собрание с восторгом слушало докладчика и приняло решение: изгнать из Дагестана всех гяуров и установить шариат.
Об отношениях Дагестана с Турцией и речи не было. Исмаил Хаки Бей заявил прямо, что турки приходят только на помощь, что долго в Дагестане они задерживаться не могут.
Дальше он сказал, что он только авангард, прибывший вперед, чтобы осмотреться, за ним же вслед идет большой турецкий отряд.
Однако я вскоре узнал, что он говорит неправду. Лично мне после собрания он сказал, что турки считают своей задачей освободить Чечню и пойти дальше на север до реки Малки.
Затем в разукрашенном коврами ауле состоялся митинг. Народу было очень много. Настроение поднялось.
Выступил Исмаил Хаки Бей и приехавшие с ним турецкие офицеры. Все они оказались очень хорошими, искусными ораторами. Речи их были полны длинными цитатами из Корана. Чувствовалась хорошая подготовка и знание аудитории. Конечно, священная война с гяурами была основной осью всех выступлений. Много выступали и гази-кумухцы, выражали свой восторг от турков. Но меня поразила смелость, с которой выступали противники турок. Они призывали население не верить красивым и лестным словам и быть осторожными. Неосторожные могут быть втянуты в какую-нибудь авантюру и будут наказаны. Кто знает, говорили они, что прибывшие действительно турки, откуда и зачем они пришли. Где доказательства их полномочий и какие обязательства они берут на себя? А слухи говорят, что они просто гамшара, и с ними, кроме банды оборванных и голодных гяуров-армян, никого нет. Что с гяурами бороться надо, сами знаем. А разве эта горсточка людей может нам помочь?
Не могу сказать, что эти речи не произвели впечатления на слушателей, но передние ряды оттеснили этих ораторов, не давали им говорить. Потом узнал я, что после митинга были аресты.
Исмаил Хаки Бей остался, видимо, встречей, в общем, доволен, но в Гази-Кумухе не задержался. На другой день он уже собрался в путь на Гуниб. Я решил вернуться с ним, было интересно посмотреть, что из этого будет, да и попутчиков у меня уже не стало, так как все вернулись с ним. Нас провожал нажмуддинский отряд до границы Гунибского округа. Там встретил Гунибский отряд.
В Чохе Исмаилу Хаки Бею была устроена торжественная встреча. Собралось много народа, но праздник устраивала чохская знать и богачи. Речи те же, что и в Гази-Кумухе, лишь неудержимые похвалы и благодарности туркам чохских богачей.
Но и здесь была оппозиция. Среди нее выделялся Магомед Нахибашев. Он высказал те же мысли, что и оппозиция в Гази-Кумухе, так что у меня создалось впечатление, что они сговорились. «Как мы можем идти с вами, – закончил он, – если мы вас не знаем?»
Эти выступления немного охладили настроение собраний. Но мастера своего дела поторопились закончить собрание и поправить дело роскошным обедом у Газалиева.
В Чохе Исмаил Хаки Бей не остался даже ночевать, а сейчас же после обеда выехал в Гуниб. В Гунибе никакой встречи не было, да и быть не могло. Гуниб пустовал в это время. Кроме нескольких русских офицеров, там никого не было. Эти же мучались и голодали и, конечно, меньше всего думали о турках и о том, чтобы их встречать.
Исмаил Хаки Бей в Гунибе
Гуниб, это последнее убежище последнего имама Чечни и Дагестана, с легкой руки русских пользуется славой за пределами Дагестана. Так думал и Исмаил Хаки Бей, когда спешил в Гуниб и не хотел задерживаться ни в Левашах, ни в Гази-Кумухе. Но, увидев пустующую крепость, он не
