пяти, с пластиковым подносом, на котором стояли керамический заварник, пустые чашки, сахарница и блюдце с нарезанными дольками лимона.
— Мариночка, спасибо. — поблагодарил брюнетку полковник.
Та улыбнулась, кивнула и вышла из кабинета, а Черненко продолжил разговор.
— Любопытно, — пробормотал гость, наливая чай. — А почему просто не спустили указание сверху?
— Мы с тобой сколько знакомы, лет двадцать уже? Около того. М-м-м, все просто. Не хочется поднимать шум, — уклончиво ответил Алексей. — Если не получится, так и вспоминать будет некому. Это исключительно моя задумка и честно говоря, не уверен, что все сделал правильно. Я бы вообще не решился на этот эксперимент, если бы не тот, за кого ты просил…
Черненко намеренно это подчеркнул, даже паузу выдержал, чтобы Павел Сергеевич понял о ком идет речь.
— Савельев? — подняв бровь, удивился гость. Затем он чуть улыбнулся. — А он-то здесь причем?
— Ты не поверишь, но в парне есть что-то такое, чего я объяснить не могу. Пока не могу. Мозги у него работают в верном направлении и мне это нравится. Мыслит верно, понимает откуда ждать угрозу и как с ней бороться. По крайней мере, задатки для оперативника точно есть. Но идти к нам почему-то не хочет. Недавно у меня была с ним одна беседа, и он дал мне пищу для размышлений… Так сказать подстегнул к действиям.
— Я согласен, — кивнул Павел Сергеевич. — Мне одного разговора в «РОВД» с ним мне хватило, чтобы понять — парень он смелый, перспективный, хотя еще молодой. Я ведь и сына служить с ним пристроил не просто так. Ну ладно… И чего конкретно ты от меня хочешь?
— Поскольку руководство вашей атомной станции очень уважает и ценит мнение исполнительного комитета города Припяти, а тот в свою очередь мнение центрального комитета, у меня к тебе просьба посодействовать. Ты второе лицо в исполкоме, насколько я помню. В общем, мне нужно чтобы на электростанции согласовали нахождение на внутренней территории АЭС группы курсантов. Грубо говоря, они будут проходить практическое обучение прямо на станции, с целью выявить там условного диверсанта… Ну, сам понимаешь, всего я тебе рассказать не могу, но одно скажу точно. Если все пройдет удачно, мы поставим процесс обучения на «конвейер», а уровень безопасности на электростанции существенно повысится. Первый спецотдел ведь все фиксирует. А тот факт, что на там дежурят военные, никого из начальства не радует. Служба там организована очень слабо, солдаты не заинтересованы, да и текучка большая. Ну и сам понимаешь, присутствие неподалеку «Дуги-1» имеет чуть ли не ключевую роль.
— Конечно. — Павел Сергеевич отхлебнул еще глоток чая. — Я помню. Но почему нельзя все провести официально? Разве так не быстрее?
— Скажем так, вышестоящее начальство скептически восприняло эту идею. Мне дали добро, но сразу намекнули, что ничего выдающегося от этого проекта не ждут. По сути, бюджет у него ограничен и все на самообеспечении. Отсюда и просьба. Исключительно между нами.
— Алексей Владимирович, какие вопросы? — широко улыбнулся гость. — Мы давно знакомы. Помнится, это был еще шестьдесят седьмой… Ещё со спецкурсов КГБ… Разумеется, я поспособствую, хотя это будет непросто. Впрочем, начальник станции Виктор Брюханов метит на руководящую должность в МинЭнерго, и в Москве ему очень нужны влиятельные друзья, вроде вас. Хорошо. Гарантии не дам, но сделаю все, что смогу и нужные согласования вы получите. Не сразу, примерно недели через две я дам знать.
— Отличная новость, — улыбнулся Черненко. — Будем ориентироваться на май месяц. Тогда я пришлю на станцию своего человека, он объяснит руководству, что именно требуется. И надеюсь, ты понимаешь, что все это должно держаться в секрете?
— А как же иначе? Секреты комитета, это секреты государства. — Павел Сергеевич сунул в рот ломтик лимона.
Они еще некоторое время разговаривали, пили чай.
— Алексей, а этот Савельев… Он тоже будет участвовать в твоей задумке?
— Шутишь? Да он чуть ли не первый кандидат, — слегка рассмеялся тот. — Парня я сразу приметил. Он уже несколько раз отличился, поэтому заслужил мое доверие. Обо мне Савельев пока ничего не знает, только имя. Да и то не настоящее. Придет время, поставлю его в известность. А может и нет…
* * *
Мы остановились где-то на втором уровне. Судя по плану, это была какая-то техническая зона третьего энергоблока. Признаюсь, ранее изучая устройство ядерного реактора, я даже не предполагал, что помимо него на атомной электростанции есть масса других, не менее важных и значимых объектов. Огромная, связанная между собой, цепь…
Исходя из содержимого конверта, что дал мне Артем, по дополнительным условиям задания, нам следовало проникнуть в четвертый энергоблок и установить макет бомбы точно на пункте управления. Вход на БЩУ был разрешен только оперативному составу, ремонтной бригаде и, разумеется, начальству. Рядовым сотрудникам там делать нечего.
На самом деле, если откинуть все сомнения и предрассудки, это было просто.
Сейчас шла утренняя пересменка, поэтому людей во всем здании было много. Одни уже закончили работу и спешили покинуть предприятие, другие наоборот только прибыли на него. Просочиться можно куда угодно — порядка не было, от слова совсем. Я воочию убедился, что наряд просто бродит туда-сюда по основным коридорам, практически не обращая внимания на сотрудников.
— Артем, а как ты прошел через проходную? — поинтересовался я.
— Никак. Я не покидал станцию. Корнеев изначально отправил меня на первый энергоблок, выдал конверт и сумку. Сказал ждать, вскрыть в назначенное время. Вот и все указания. Я просто явился в «Б331», подождал там несколько часов. Ну а потом, после шести утра, ты появился.
— Честно говоря, странно все. Задания какие-то очень сумбурные…
— Я тоже над этим думал. И сдается мне, сделано это для того, чтобы бы мы самостоятельно могли принимать правильные решения в быстро меняющейся обстановке. А выбрали нас потому, что мы самые подходящие.
Черт возьми, он ведь озвучил мне слова Корнеева. Перед заданием он говорил то же самое. Вот же манипулятор… Но я его не осуждаю, правильно делает. Тонко, но верно мотивирует личный состав. Все больше у меня складывалось впечатление, что офицеры учебного центра это сотрудники КГБ из других ведомств. Например, из комитетской контрразведки.
— А ты как прошел?
— Пропуск подделал, — ответил я.
— Да ладно, как? — удивился Горчаков.
— Ай, долгая история. Тупо переклеил фотографии. На, сам посмотри, — я протянул ему свой пропуск.
— Нагорный? — задумался Артем, рассматривая документ. — Фамилия вроде знакомая, но ни о чем не говорит. Это кто такой?
— Да я и сам не знаю. Просто удачно подвернулся.
— Так, погоди. Но как же тебя Денисов с Фадеевым пропустили? Я точно знаю, что
