до
говорились. Я в пол
силы драл
ся, епт!
Я не стал с ним спорить, мой взгляд упал на окровавленные пластины на его доспехе:
— Вован, извини. Тоже тебя пырнул… надо перевязать.
— Где? Да то хуйня, царапина, нах! Давай, надо съебывать отседа! Оружие бери с этих мудил!
Наспех облутав уработанных янки, взяли по две М-16 и по несколько магазинов.
— Вован, что ты творишь?! — закричал я, увидев, что тот достал нож и склонился над дохлым афроамериканцем.
— Традиция, хуле! — Десантник быстро отсек темное ухо, секунду посмотрел и, с хрустом сомкнув челюсти, зажевал. Увидев мое ошарашенное лицо, виновато пожал плечами:
— Ебать, чет на хавчик пробило, гыгыгы!
Может избавиться от него пока не поздно и валить в Схрон одному? Вован ухватился за второе ухо. Потом, хитро посмотрев на меня, сказал:
— Ладно, пох, но с тя поляна, братка!
— Договорились!
Дым понемногу рассеивался, открывая панораму творящегося на трибунах пиздеца. Повсюду мелькали зеленые плащи, грохотали выстрелы, одни зрители в панике ломилась к выходам, другие ржали, наблюдая за безобразием. Я глянул на VIP-трибуну. Она была пуста. Сквозь какофонию доносились тяжелые, емкие раскаты взрывов. Надо валить отсюда нахрен!
Мы метнулись в калитку, миновали оружейную для приговоренных. Блять, дверь во внутренние помещения заперта. Я вскинул «эмку», намереваясь сбить замок. Но Вован, хмыкнув, сдвинул меня плечом, подпрыгнул и со всей дури ушатал ногами в дверь. Препятствие снесло, выдрав дверную коробку с корнем. Сам десантура дьявольски выматерился, растянувшись среди обломков. Подавив подступающий к горлу смех, я высунулся в коридор. Чисто.
— Туда, кажись, бля, — подсказал Вован.
Мы ломанулись направо. Темные ниши пустых камер словно провожали голодными взглядами. Хрен я еще вернусь в Кандалакшу.
— Санек… — вдруг позвал меня кто-то.
Я встал, как вкопанный. Даже показалось, что послышалось. Вован, пролетев метров десять, недоуменно обернулся. Я медленно повернулся к ближайшей камере.
— Санек… — еле слышный шепот подтвердил, что меня не глючит.
— Че за хуйня, братка? Съебывать надо!
— Тихо! Там кто-то есть!
Я глянул в зарешеченное окошко запертой камеры. Темнота не позволила ничего разглядеть. Кто бы там ни был, раз он знает меня, надо освободить. Не дожидаясь помощи Вована, короткой очередью я разнес замок. Сука, чуть рикошетом не цепануло. Я нервно вздохнул, открыл дверь… и вздрогнул, разглядев пленника.
— Ебать, а тя то за что загребли, отец? — проорал Вован, заглядывая вслед за мной.
На стене прикованный за руки и ноги висел Егорыч. Выглядел он, мягко говоря, неважно. Борода вся испачкана высохшей кровью, поникший усталый взгляд, изодранный тулуп. Пахомыч, вот ведь гнида… мне сказал, что Егорыч ушел, а сам пытал его! Что, интересно, хотели вызнать эти уроды? Мои кулаки сжались от нахлынувшей волны гнева. Вован тем временем вытащил штыри удерживающие несчастного старика. Если б я не подхватил, он бы рухнул на холодный пол.
В этот момент их коридора раздался громкий топот ног. Мы с Вованом тревожно переглянулись. Коротко кивнув, он оставил лесника на мое попечение, а сам быстро выглянул из камеры. Показал четыре пальца. Я кивнул, сжимая одной рукой винтовку, второй придерживая Егорыча. Десантура не стал в стиле Рэмбо выскакивать в коридор и палить. Он замер, дожидаясь, когда приблизятся неизвестные. На полном ходу они промчались мимо. Пендосы — я успел разглядеть форму. Вован неспешно шагнул за порог камеры. Поднял кажущуюся игрушечной в его руках М-16. Четыре короткие вспышки озарили свирепое лицо. Я понял, что проблема исчерпана.
Двинулись дальше, подхватив Егорыча. Конечно, старче здорово усложнял процесс бегства, но не бросать же его здесь? Об этом не могло быть и речи. Мы обязательно выберемся в хаосе всеобщего безумия. Эх, еще бы вернуть свой револьвер… и Сайгу. Как я теперь буду без них. Это амерское пластиковое гавно никогда не заменит верное оружие. Но, похоже, придется смириться с утратой. Надо держаться, Санек, как бы ни было больно.
Вован, будто знал, куда идти. Ну да, он же, в отличии от меня, попадал сюда не в отключенном состоянии. Уверенно свернув налево, он потащил в боковой коридорчик, который упирался в еще одну дверь с надписью «Аварийный выход». Удивительно, но, кажется, она даже не заперта. Десантура легко приоткрыл ее стволом «эмки». Сразу же вопли вперемешку с беспорядочной пальбой ударили по ушам. Егорыч на моем плече вяло зашевелился и что-то простонал.
— Старче, все нормально? — спросил я. — Держись, скоро вернешься в свой лес!
— Хде винтовочка моя, ась?
— Не знаю, наверно, там же, где мой револьвер.
— Дайте деду стрелялку какую-нить… — не унимался Егорыч.
Эх, старче, старче… на ногах не держится, а все рвется в атаку.
— Айда! — рыкнул десантник, выскакивая на улицу.
Кругом носились люди с безумными красными глазами. Сейчас надо было как можно быстрей затеряться в толпе, пока пендосы не подтянули к стадиону новые резервы. Хотя, скорей всего, все силы сейчас брошены на защиту более важных пунктов. Где-то неподалеку то и дело что-то смачно ухало и взрывалось.
— Вован! Саня! — раздался внезапный крик.
Десантура с ревом развернулся, дуло автоматической винтовки уперлось в лоб пацана.
— Даня? — произнес я, мигом вспомнив вредного паренька.
— Давайте! За мной! — пританцовывая на месте, крикнул он. — Я знаю. Где. Вам спрятаться!
— Без тебя обойдемся, засранец! — ответил я. Они, все тут заодно с Пахомычем, с Машей. Одна банда, блеать.
В этот момент на площадь перед стадионом ворвался бешенный Хаммер. Тяжелая пулеметная очередь прошла над головами.
— Ну чего. Долго будете тупить? — заорал пацан.
— Веди, шкет! — велел Вован.
— Сюда! — Даня посмотрел под ноги.
Скосив глаза, я увидел зрачок открытого канализационного люка. Ну, блин, опять в сраные подземелья лезть… но десантник уже прыгнул в круглый проем.
— Кидай деда, Санек! Я принимаю, нах! — глухо заорал он снизу.
Я поднес Егорыча к люку. Он задрыгал валенками перед тем, как мои руки разжались.
Глава 22
Вован легко, словно перышко, приподнял крышку канализационного люка и поставил на место. Мы несколько минут стояли в полной тьме. Слышно только кряхтение Егорыча, да приглушенные звуки перестрелки с улицы. Капец, блин, я покачал головой, разворошили осиное гнездо. Но теперь-то все ништяк, мы в безопасности. Или нет?
— У кого-нибудь есть фонарик? — задал резонный вопрос я
Вместо ответа вспыхнул огонек зажигалки. Даня, сощурившись, прикуривал сигу.
— Хуясе, епт! Куреха! — воскликнул Вован. — Делись, хуль!
— На, епт! — Пацан протянул пачку «Винстона».
— От души, салага!
— Меня. Зовут. Даня.
— А тебе не рановато курить? — Я тоже угостился сигой. После всех нервяков самое то.
— Похуй. Нормально, — отвечал дерзкий школьник. — С вас. Взрослых. Пример беру.
— Шо
