Только на мгновение я подумала, что возможно нам удастся нарушить традицию и поесть мирно, как один только взгляд на едко-дерьмовую усмешку на лице Джефа сказал мне, что такому не бывать.
- Итак Адриан, каково это – жить и работать с моей сестрой изо дня в день?
- Приключение, - сказала она с улыбкой. – Она заставляет меня смеяться большую часть времени.
Джеф усмехнулся:
- Да, ее характер – легендарный. Я уверен, что тебе с ней интересно.
Мама подарила ему строгий взгляд, но он проигнорировал его и, не испугавшись ее, пошел дальше.
- Она убила много оборудования, пока работала в ландшафтном бизнесе, - он обратил свое внимание на меня. – Помнишь тот триммер, который ты никак не могла завести, чтобы начать косить траву? Как я помню, ты тогда бросила его и разбила им окно клиента.
Я могу сказать, что очень удивила Джефа, когда громко рассмеялась.
- Да, он заслуживал смерти! Я тогда просто не рассчитала, что он может подпрыгнуть и разбить двойные рамы. Это стоило мне всей выручки за неделю!
- Сколько неодушевленных предметов ты убила на своей новой работе? – спросил Джеф.
- Шестнадцать стаканов, восемь тарелок и деревянную ложку, - парировала я. – Деревянная ложка умерла, когда я сунула ее в блендер, пытаясь приготовить дайкири.
Все, за исключением папы и Джефа, рассмеялись. У папы вообще никогда не было чувства юмора, а Джеф понимал, что его обычная тактика не работает, поэтому он переключил передачу.
- Я предполагаю, что это было лучшее для вас Адриан, когда Глория умерла, и вы были благословлены моей сестрой.
Папа прочистил горло, давая знать, что Джеф пытается попасть на опасную территорию. Имя Глории не произносилось в семье Тейт. Для меня было очевидно, что хотя его сестра и умерла, он все еще злился на нее. И это заставило меня разозлиться на него.
- Глория была мне очень дорога, - сказала Адриан. – Она взяла меня к себе, научила делу, дала мне дом и работу. - Но самое главное – она любила меня, как будто я была ее собственным ребенком. Я была опустошена, когда она умерла, - Адриан посмотрела на меня и улыбнулась. – А потом появилась Хайден. И это действительно было благословением свыше.
- Ваша гостиница – прибыльное дело? – спросил папа, меняя тему разговора, прежде чем Джеф смог придумать, чем же еще укусить меня.
- Бизнес стоит на своих собственных ногах, - сказала я. – Мы оплачиваем наши счета и нам хватает денег, чтобы остаться на плаву.
- И вы удовлетворены тем, что просто остаетесь на плаву? – спросил он. – Если бизнес со временем не зарабатывает деньги для вас, то вы должны рассмотреть другие ваши варианты.
Я знала, откуда растут ноги у таких речей, и хотела играть в открытую, потому что этот вопрос должен быть обсужден и закончен раз и навсегда.
- И какими могут быть у нас варианты?
Папа посмотрел мне в глаза:
- Продать его. Полученные от продажи деньги инвестировать во что-то более прибыльное.
Я кивнула.
- Владеть бизнесом до тех пор, пока он дает максимальную прибыль.
Папа кивнул и улыбнулся. Я кинула на Адриан быстрый взгляд, и почти незаметная улыбка окрасила ее губы.
- Я знаю, что по-вашему определению, я не бизнес-леди, - сказала я и сделала паузу, чтобы намазать масло на ломтик хлеба. – Гостиница поддерживает мой образ жизни, да и откровенно говоря, ряда жителей острова Кэт. И у меня нет никакого желания менять что-то.
- В конце концов ты вылетишь в трубу со своей гостиницей, а когда это произойдет и тебе понадобятся деньги, ты…
- И ты думаешь, что я сразу прибегу к тебе за деньгами?
Папа ничего не сказал, но его холодные глаза встретились с моими.
- Этого не произойдет, папа, - спокойно сказала я. – Кроме того, мы оба знаем, что Джеф уже постучался несколько раз в твой кошелек со своими предприятиями. Глория хорошо стояла на ногах, и мы тоже выстоим.
- Кто-нибудь заинтересован в десерте, - нервно спросила мама. – Я сделала хлебный пудинг.
Никто не ответил. Папа и я сидели, уставившись в глаза друг друга и не желая уступать.
- Я сварю свежий кофе, - заговорила Ванда впервые с тех пор, как мы сели за стол. – Кофе всегда хорош с хлебным пудингом.
- Что должно означать твое замечание о моих предприятиях? – спросил Джеф, заставляя меня выйти из конкурса переглядок с моим отцом.
- Давай посмотрим, - я подняла один палец. – Ты начал бизнес по импорту, и папа расстегнул кошелек. Driving range – папа снова вмешался. Торговый бизнес, - выскочил мой третий палец. – Это только то, что знаю я. Но я уверена, что их было гораздо больше.
- Что ты можешь знать о бизнесе, - возмутился Джеф. – Все, что тебе удалось в жизни – это косить газоны, ты полжизни провела, копаясь в грязи.
- Да, это – правда, - сказала я. – Я вместе со своими сотрудниками косила траву, рылась в земле и вытаскивала сорняки. Я делала это, чтобы удержать на плову свой бизнес. И ты не смог бы неторопливо прогуливаться по полю для гольфа, если бы я не скосила на нем траву. Вот в чем разница между тобой и мной, Джеф. У меня было желание работать, и я продала это предприятие, получив при этом прибыль.
Мама снова вошла в комнату с десертом и Вандой, которая несла кофе. Джеф был разъярен. Это было видно по его раскрасневшемуся лицу и шее. У меня был еще один момент, который я хотела обсудить с ними, и не хотела откладывать его обсуждение на потом.
- С тех пор, как я покинула Новый Орлеан, вы оба сидели на моей шее, заставляя продать свою долю гостиницы. И это ничего не имело общего с прибылью или ее отсутствием, - я посмотрела на папу с мамой. – Очень хотелось бы надеяться на то, что вы хотели добиться этим того, чтобы я была рядом с вами. Но какова бы не была причина, я должна сказать вам сразу – гостиница не продается. Я очень счастлива там, и Адриан тоже. Никто из нас не готов расстаться с ней. Так что я надеюсь, что это в наших общих интересах сейчас поладить друг с другом и насладиться временем, которое у нас есть. А этот разговор я считаю законченным.
Мама посмотрела на меня каким-то странным взглядом и кивнула.
- Как скажешь, дорогая.
Папа посмотрел на маму и тоже быстро согласился, после того, как она посмотрела на него так, как будто хотела сказать - Не бросай мне вызов, приятель!
- Мама, ты не возражаешь, если я просто посижу снаружи и попью там кофе. Мне нужно немного времени, чтобы ужин улегся во мне, прежде чем я приступлю к этому замечательному пудингу.
- Конечно, милая, - сказала она с улыбкой.
Адриан проводила меня на крыльцо, и мы опять сели на качели.
- Это становится нашим убежищем, не так ли? – спросила я.
