Читаем без скачивания Металлический шторм - Клайв Касслер

Лежа на песке, пытаясь отдышаться, Курт увидел Джинна и нескольких его людей, стоявших рядом со старым заброшенным колодцем.

Заметив, что Курт рассматривает его, Халиф подошел ближе.

— Хотите пить? — поинтересовался он у пленных.

Курт ничего не ответил.

Джинн склонился над ним.

— Ты не понимаешь смысл слова «жажда», пока не пересек пустыню в поисках самого маленького оазиса… Сначала твое горло сводит судорога. Потом ты чувствуешь, как глаза закипают внутри высохшей головы. Твое тело не сможет потеть, потому что у него больше не будет воды, чтобы отдать. Это жизнь бедуина. И он не упадет, пройдя милю или две по пустыне.

— Я думал, бедуины ездят на верблюдах, а не бегают следом за автомобилем, — просипел Курт.

Джинн повернулся к своим людям.

— Наши гости хотят освежиться, — объявил он. — Отведите их к колодцу.

Охранники отвязали Курта и Джо, потащили их к колодцу. Когда пленники оказались возле темного отверстия, Остин понял, что на самом деле никто не собирается их поить. Из темноты поднимался запах смерти.

Неожиданно повернувшись, Курт пнул одного из охранников, сломав ему лодыжку, и протянул руку к его оружию. Джо начал действовать в то же мгновение: вырвав свою руку из захвата, он со всего маха нанес удар человеку, стоявшему слева от него.

Неожиданность нападения застала бедуинов врасплох. Пленники были лишены пищи и воды в течение целого дня. Они были избиты, их протащили через пустыню. Всего несколько секунд назад Курт и Джо выглядели едва живыми. Четверо из людей Джинна бросились на помощь своим товарищам, но американцы сражались словно безумные. Один из людей Халифа получил кулаком в лицо, второй — пинок коленом и удар локтем в живот.

Охранник попытался скрутить Курта, но тот увернулся, сбив противника с ног и толкнув его в сторону другого громилы, оба полетели на песок. Остин увидел пистолет на земле и метнулся за ним. Но на него тут же, словно профессиональные игроки в регби, навалились трое людей Джинна, протягивая руки к оружию.

Грянул выстрел, и один из охранников скривился от боли, лишившись пальцев. Но прежде чем Остин смог выстрелить снова, тяжелый удар обрушился на его голову, и пистолет вырвали у него из рук.

Рядом с ним скрутили Джо.

— Возьмите их! — кричал Халиф. — Бросьте их в колодец!

Курт боролся изо всех сил, но люди Джинна крепко держали его за руки и за ноги. Они отнесли его к колодцу, словно зрители рок-звезду, держа за руки и ноги. Джо тоже досталось. Один охранник держал его нельсоном, пытаясь перекинуть через край колодца. Однако прежде чем люди Джинна скрутили Джо, тот, извернувшись, схватил одного из противников за лодыжку и перебросил через низкую глинобитную стену. Тот, не удержав равновесие, полетел головой прямо в колодец. Его крик разнесся эхом, а потом резко оборвался.

Охранники, державшие Курта, раскачали его, а потом швырнули в темную дыру.

Курт извернулся в воздухе и ухватился за торчащую из стены колодца ржавую скобу.

Через секунду в яму спихнули Джо. Инстинктивно он ухватился за ноги Курта. Дополнительный вес потянул вниз, но Остин мертвой хваткой вцепился в раскаленный солнцем металл.

На фоне заходящего солнца выросла тень.

Это был Халиф, и в руках у него была дубинка. Размахнувшись, он нацелил ее на пальцы Курта. И тогда, прежде чем Джинн ударил, он разжал руки и вместе с Джо полетел вниз. Они упали с высоты двадцать метров на кучу песка и соскользнули по ней еще футов на десять.

От удара у Курта перехватило дыхание, но песок и пара истлевших тел внизу смягчили его падение. Он замер в неловком положении, уткнувшись лицом в песок.

Оглушенный, едва оставаясь в сознании, он все-таки заставил себя открыть глаза. Джо лежал в футе слева, привалившись к стене, словно сломанная и выброшенная на помойку кукла. Его руки были под ним, одна нога согнута под странным углом. Он не двигался.

Где-то над головой раздался странный звук, но Курт не пошевелился. Краем глаза он увидел наверху Халифа. Прогремело несколько выстрелов, в лицо Курту полетели осколки камня и грязь. Что-то острое рассекло кожу на ноге Курта, а потом то ли пуля, то ли осколок камня просвистел прямо перед его лицом.

Он застыл неподвижно, не шевелясь и даже не дыша. До его ушей донеслись крики на арабском. Мимо скользнул луч фонарика. Свет танцевал вокруг них, почти гипнотизируя. Курт оставался на месте. Он хотел, чтобы его враги решили: он — очередной труп на дне колодца.

Еще несколько фраз прозвучало над головой. Свет скользнул по лицам, а потом исчез.

Через минуту взревели двигатели. Курт услышал, как машины тронулись с места, и вскоре рев моторов затих вдали. Их оставили, приняв за мертвых. И, хотя пока враги ошибались, если они не найдут выхода, то смерть их будет лишь вопросом времени.

ГЛАВА 26

Гаме заглянула в импровизированную лабораторию, чтобы взглянуть, чем занят Марчетти. Она нашла его согнувшимся над столом, проводившим эксперимент с помощью нагревательной лампы, нескольких температурных датчиков и высокого узкого стакана, полного воды — чистой у дна, мутной сверху.

— В стакане, я полагаю, микроботы?

Марчетти выпрямился.

— Ой, миссис Траут, — вздохнул он, схватившись за грудь. — Не подкрадывайтесь ко мне так!

— Я и не хотела. Вы просто слишком сильно углубились в работу.

— Да, — согласился он, продолжая возиться с одним из зондов, то и дело поглядывая на бегущие по экрану цифры.

— И над чем же вы работаете?

— Просто пытаюсь кое-что понять, — ответил он уклончиво, явно не желая говорить на эту тему.

Она села напротив и посмотрела ему прямо в глаза.

— Почему мужчины так не любят делиться своими догадками? — проговорила она. — Вы так боитесь ошибиться?

— Я ошибался уже миллион раз, — заметил Марчетти. — Сейчас я больше боюсь оказаться прав.

— В чем?

— У меня есть догадка относительно того, что на самом деле происходит.

— И все же вы держите ее в секрете, — продолжала она. — Вы ведете себя как большинство мужчин. Прежде чем решитесь озвучить свою гипотезу, вы хотите получить железные доказательства или по меньшей мере весомые свидетельства. — Она взмахом руки указала на установку. — Вы, похоже, заняты именно этим.

— У вас и в самом деле удивительно развита интуиция, миссис Траут. Могу поспорить, Пол от вас ничего не может скрыть.

— Он давно понял, что и пытаться не стоит.

— Мудрый человек, — кивнул изобретатель с неуверенной улыбкой. — Конечно, вы правы. У меня есть подозрение, что микроботы действительно ответственны за температурные аномалии. Помню, мы обсуждали возможные способы остановить глобальное потепление. Был вариант запустить ракеты и распылить миллионы светоотражающих дисков на орбите или только над полюсами. Сейчас уже не помню… Эти светоотражающие диски должны были блокировать часть солнечного света, отражая его обратно в космос. Небольшой процент. Но достаточный, чтобы нейтрализовать воздействие солнечных лучей.

Гаме вспомнила, что ей приходилось слышать о таком.

— Само собой, у этого проекта было много недостатков, — продолжал Марчетти. — Но сама идея меня заинтриговала. Я долго думал, может ли это сработать.

— Есть прецеденты, — заметила Гаме. — После крупных вулканических извержений пепел в воздухе распространяется надо всем земным шаром, делая то же самое, что и эти диски. Причиной голода в шестом веке нашей эры предположительно стала поднявшаяся в воздух зола. Уменьшилась интенсивность солнечного света, сильно упали урожаи. Тысяча восемьсот пятнадцатый год называют годом без лета,[30] так как средняя температура по всем миру была очень низкой. И виной тому вулкан Тамбора в Индонезии.

— Я подозреваю, что тут может происходить нечто аналогичное, только не в атмосфере, а в море. — Марчетти указал на свои приборы. — Я попытался воспроизвести цикл солнечного нагрева и охлаждения воды в этой пробе. Но в моей теории есть изъян. Даже при мутном слое ботов на поверхности вода ведет себя как обычная соленая вода.

— И что это значит?

— Микроботы поглощают часть тепла, но это близко не похоже на то охлаждение воды, которое мы наблюдали.

— Насколько велика разница?

— Очень значительная, — объявил он. — Отклонение девяносто процентов. Это много. Как ни посмотри.

— Вы хотите сказать, что, проведя эксперимент, вы обнаружили…

— Только десять процентов от того охлаждения, которое мы зафиксировали в океане. Да, именно это я и имею в виду.

Гаме осмотрелась. Не было смысла переспрашивать, правильно ли проведен эксперимент и не стоит ли проверить результаты. Марчетти просидел здесь в одиночестве много часов, он был первоклассным инженером и программистом. Гаме понимала, что он знает, что делает. К тому же вокруг стояло шесть аналогичных установок — судя по всему, контрольные образцы.