перед ним молодой старший лейтенант все равно сбежит на фронт и там попросту погибнет, предложил ему пойти в десант. Логика у него была проста: летать лейтенант будет, пусть и не на самолете, но будет. А дернуть кольцо он сможет, там его раны уже не так и важны. А вот пользы принести он может много, — Мишка улыбнулся. — Так Влад снова попал на фронт, и снова стал летать. Небо для него на самом деле всё. Десантник из Казакова получился великолепный. Влад не боялся погибнуть, напротив, он, казалось, искал смерти, выполняя сложнейшие задания. Но та обходила его стороной. Везло ему невероятно. Был пару раз ранен, но ранения были скорее случайные, плевые. Однажды его здорово контузило, и опять ему повезло — засыпало ветками, и он пролежал так двое суток, пока на него не наткнулся отряд возвращавшихся с задания разведчиков. Они и доставили его в часть, а оттуда в госпиталь. И снова он вернулся на фронт… — мужчина опять замолчал.
— Миш… А почему вы ордена не носите? — вдруг спросила Лена.
— А зачем? — серьезно взглянул на нее он. — Лично я не за ордена воевал. Это не объяснить, Лен. Они мне очень дороги. Но… это мое, личное, понимаешь? За каждым из них стоят жизни тех, кто стал мне очень близок. А для других… Для других это просто медальки… — он убрал руку с ее плеча и резко отряхнул брюки. — Пойдем домой, — легко вскочив на ноги, протянул он ей руку.
— Пойдем, — согласилась девушка, вставая и благодарно укутываясь в накинутую мужем ей на плечи кофту. — Завтра снова на работу… — с тоской протянула она.
— У тебя там как с тем уголовником? Успокоилось все? — взглянул на нее сверху вниз муж. — Помощь нужна?
— Мы же договаривались не лезть друг к другу, — подняла Лена погрустневший взгляд. — Ребята с отдела набрали еще кучу доказательств… Так что не сорвется, — задумчиво проговорила она, глядя себе под ноги.
— Угрожать перестали? — сдвинул Мишка брови. — Лен, мне не нравятся их угрозы. Позволь мне…
— Миша! — резко вскинула на него голову жена. — Я же не нарушаю наш уговор!
— Ладно, ладно… — Мишка примирительно притянул жену к себе и чмокнул в макушку. — Просто я волнуюсь за тебя. И мне действительно не нравятся их угрозы. Особенно учитывая, что на пару недель ты останешься одна.
— Почему? — подняла она на него глаза.
— Меня посылают в командировку. Обещали, что в две недели уложусь. Я постараюсь разобраться там побыстрее, но сама знаешь… — поморщился Мишка.
— Знаю… — вздохнула Лена.
— Вооот… А учитывая, что у нас будет ребенок, я… — начал мужчина.
— Откуда ты знаешь? — вывернулась из его объятий девушка и пошла по тропинке спиной вперед, не отрывая внимательного взгляда от мужа. — Я не хотела тебе говорить пока!
— Ленка, вот ты смешная!!! — рассмеялся мужчина. — Ну что же я, за три месяца не в состоянии понять, что моя родная жена беременна?
— Вот ты!.. — шутливо стукнула она его кулачком в плечо. — И молчал, гад такой!!!
— Да я бы и дальше молчал, Лен, — невесело улыбнулся Мишка. — Зачем портить тебе сюрприз? Но я действительно очень переживаю… Неспокойно мне что-то… — серьезно закончил он.
— Просто ты не любишь оставлять меня одну, — улыбнулась ему жена.
— Если бы все было так просто… — пробормотал в ответ он, вздохнув.
* * *
После института Михаила пригласили работать на должность районного следователя в органы милиции в отдел, занимавшийся кражами и разбоями, где и работала уже два года его жена, Лена. Но разбоями Мишке заниматься категорически не хотелось. Не было у него ни малейшего желания общаться с ворами и грабителями. Поэтому он попросился в отдел поиска пропавших. Там он мог использовать свои способности на полную катушку, сливая копившуюся в нем силу без опасений, что это кто-нибудь заметит.
Хотя и старался Михаил быть как можно более незаметным, но с его приходом в отдел количество найденных людей резко возросло. Единственное, что не нравилось мужчине в его работе — частые разъезды и командировки.
Лена работала в отделе. На место преступления и задержания она не выезжала. В ее обязанности входила подготовка документов для суда, из-за чего она присутствовала на допросах арестованных, а зачастую и проводила их вместе с сослуживцами. К угрозам расправы она привыкла и давно не реагировала на них.
Ростова быстро заметили. Ни одно дело, попадавшее ему в руки, не оставалось нераскрытым. Спустя год он был награжден знаком «Отличник милиции» и назначен старшим следователем в Октябрьское РУВД.
Еще спустя год семья Ростовых получила ведомственную однокомнатную квартиру. Молодые люди начали поговаривать о рождении первенца, но было решено подождать еще годик-два — Лене очень не хотелось отказываться от парашютного спорта.
Небо любили оба. Оно было их страстью, их увлечением, их отдыхом и способом забыть обо всем, скинуть копившееся на работе напряжение. Но Лена горела больше. Михаилу нравилось прыгать, он обожал чувство свободного полета, то ощущение, когда адреналин переполняет его тело настолько, что казалось, еще немного — и он начнет просто сочиться из каждой поры, то нереальное чувство полной свободы… Но уезжая в командировки, он не особо и страдал без прыжков.
У Лены было не так… Для нее прыжки стали необходимостью. Она становилась раздражительной, если по какой-то причине ей приходилось пропустить очередной прыжок. Она жила небом, дышала им. И даже мысль о том, что ей на какое-то время придется отказаться от прыжков, приводила ее в ужас.
Миша давно привык сдавать ее Владу с рук на руки, уезжая. Тот ругался, но за девушкой присматривал, как только мог. Казаков всегда контролировал каждый ее прыжок, но когда Михаил отсутствовал, Лена попадала под тотальный контроль. Влад только что на зуб не пробовал каждое крепление, каждую лямку подвесной системы, тщательно проверяя перед входом в самолет клапана и корпуса замков, едва не обнюхивая оба ранца с парашютами, лично следил за укладкой парашюта, не допуская даже малейшей небрежности. Михаил всегда был спокоен, оставляя жену в надежных руках.
Но не в этот раз. Он не хотел ехать. Его что-то тревожило, беспокоило. Все валилось из рук. Сколько Михаил ни прислушивался, сколько ни взывал к своему дару — не мог понять, что его так тревожит. Мелькали парашюты, прыжки, но не более.
— Лен… — замерев со сложенной рубашкой над чемоданом, не выдержал мужчина. — Пообещай, что без меня прыгать не станешь. Подожди моего возвращения. Я вернусь, и вместе прыгнем. Да и вообще… Не стоит тебе теперь прыгать. Хотя бы пока малыш не родится, —
