вы? Собираетесь сообщить в новостях то, что рассказали мне по телефону?
– Мы же договорились вчера. Если я пойду вам навстречу, то потом могу рассчитывать на вашу благодарность, правильно?
Леви улыбнулась и кивнула. Саре большего и не требовалось.
Было в Леви нечто такое, что вызывало доверие Сары. Всего лишь инстинктивное. И она не всегда следовала инстинктам. Но сегодня решила прислушаться к своему чутью. Леви дала Саре слово, и для Сары этого было довольно.
– Мне пора возвращаться, – наконец пояснила Леви. – Придется побороться за то, под чью юрисдикцию попадает дело.
– Есть вероятность, что вы проиграете?
– А вы как думаете? – улыбнулась Леви. Сара улыбнулась в ответ. – Можете задержаться на несколько часов? Пока я не закончу? Нам нужно поговорить.
– Я сама об этом подумала, – снова улыбнулась Сара. – Буду ждать.
– Хорошо.
Не говоря больше ни слова, Леви повернулась и зашагала вглубь огражденной территории, по направлению к дому и инспектору Саффолка, ожидающему ее у входа.
Даже на расстоянии Сара видела напряжение между двумя детективами. Враждебность. Назревало сражение.
«Не хотела бы я оказаться на твоем месте, подруга», – было единственной мыслью Сары.
Двадцать три
– Водка с тоником. Побольше льда.
Сара поставила два бокала на деревянный стол, переступила через скамью и села напротив Леви.
– Любительница вина, – заметила Леви.
– Наверное, у меня никакого воображения. – Сара взяла свой бокал за тонкую ножку и подняла его над столом. – Твое здоровье.
– Твое здоровье, – произнесла в ответ Леви. – И спасибо. Мне это нужно после того, что произошло за эти два дня.
Звон стекла послужил сигналом. Обе сделали по глотку. Леви мгновенно расслабилась. Не от алкоголя: нужно больше времени, чтобы он проник в кровь. Нет, причиной стал выброс дофамина. Вознаграждение от мозга за первый глоток.
Сара ждала на Милл-лейн меньше часа. Она готова была ждать и дольше. А вот Леви, как оказалось, нет.
Леви точно знала, что ищет в доме Бланта. И она нашла все, что нужно. Более подробный осмотр оставался криминалистам.
Выйдя из дома Бланта, она подошла к Саре и попросила следовать за ней. Они выехали из города и вскоре очутились здесь – в пустом саду тихого деревенского паба.
Леви заняла стол в тени, пока Сара покупала напитки.
– То есть я была права? – нарушила тишину Сара. – Это тот же убийца?
– Да, похоже на то. – Леви не смогла скрыть обреченность в голосе. Ее не слишком радовало, что предположение Сары подтвердилось.
– Значит, у нас две жертвы за двое суток, – подытожила Сара. – Серьезная цифра.
– Случалось и посерьезнее, – ответила Леви. – А вот то, как их убили, – это уже другой разговор.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что в некоторых случаях большое количество жертв не редкость. Например, когда человек слетает с катушек и начинает стрелять во всех без разбора или убивает члена семьи, а потом едет за сотни километров, чтобы убить следующего. Но эти психи действуют грубо. Прямолинейно. Они убивают – их ловят. Или они кончают с собой.
– Но наш убийца другой? – Сара казалась живо заинтересованной. – Почему? Распятие? Кастрация? О чем они тебе говорят?
– О том, что он больной сукин сын. О том же, о чем и тебе. Но меня беспокоит не это.
– А что?
– Между нами?
– Разумеется.
– Нет, не разумеется, Сара. – Леви предпочитала говорить прямо. По крайней мере, когда возможно. Сейчас это было необходимо. – Я очень рискую, разговаривая с тобой. И делаю это только потому, что ты доказала, что тебе можно доверять. Но если я ошибаюсь насчет тебя – если ты меня подведешь, – последствия тебе не понравятся.
– Меня предупредили, – улыбнулась Сара. Сделала еще один глоток вина. – Мой жених сказал то же самое.
– Жених? Мы знакомы?
– Не совсем. Не лично. Он барристер. Майкл Девлин. Кажется, он выступал адвокатом в каких-то твоих делах.
Леви ответила не сразу. Сначала покопалась в воспоминаниях. Это не отняло много времени. Во время службы в Шин-Бете она проходила тренировки по выработке идеальной памяти. Навык, сама суть которого не позволяла ей его забыть. В голове Леви вспыхнул образ высокого блондина.
– Майкл Девлин, – почти про себя произнесла Леви. – Я его помню. Он хорош в своем деле, Сара.
– Спасибо.
– И красавчик к тому же. Счастливица.
– Еще раз спасибо, – засмеялась на этот раз Сара. – Но серьезно, все, что ты мне скажешь, останется между нами. Черт возьми, да я могла бы сообщить в новостях то, что уже знаю – не от тебя, – но я даже этого не буду делать. Ничто из того, что ты мне расскажешь, не будет более громким заголовком, нежели распятие.
– Хорошо, – ответила Леви. – Тогда вот что меня беспокоит. Эти убийства повторяют друг друга. Как ритуал. Вот только я никогда не слышала о таком ритуале. Больше похоже на какое-то частное извращение.
– В смысле, сексуальное?
– Не думаю. Скорее личное извращение убийцы, если ты меня понимаешь.
– Не совсем, – ответила Сара.
– Может быть, это не самое точное определение, – продолжила Леви. – Но, как бы там ни было, наш убийца не прост. Он убивает не только ради самого убийства. Чтобы умертвить. Нет, он наслаждается каждой секундой. Пытками. Расчлененкой. И конечно, ужасом. Тем, что приходит потом. Кое-что жуткое он сделал, когда они уже умерли. И это для нас. Для тех, кто найдет тело.
– Такого не бывает, когда люди просто слетают с катушек?
– По моему опыту, нет. Они просто убивают, и все. Но его выделяет не только эта извращенность. Еще мотив.
– Мотив?
– Он явно намерен продолжать. Спятившие убийцы обычно убивают, пока их не поймают или не загонят в угол. И ничего не предпринимают, чтобы этого избежать. Но наш убийца? Он заметает следы, и очень умело.
– Каким образом? Что именно он делает?
– Использует хлорку, чтобы уничтожить улики. Поливает ей все тело жертвы. Заливает в горло. А потом протирает все, чего касался.
– Чтобы уничтожить образцы ДНК, – заключила Сара.
– Именно, – ответила Леви, приятно удивившись тому, что Сара знает, как эффективна может быть простая хлорка для сокрытия следов на месте преступления. Большинство людей этого не знают. – Спятившие убийцы этого обычно не делают. Знаешь, кто так делает? Тот, кто хочет убить снова. И когда он убивает так часто, это страшно.
– Черт. – Сара откинулась на скамье. Судорожно вздохнула от этой мысли.
– Вот-вот, – ответила Леви, сидя все так же прямо, будто кол проглотила.
Они замолчали. Леви дала Саре минуту осознать новую информацию. Она знала, что Сара впервые это слышит, потому что Леви впервые это
