сыщешь оного собору – нету его в Калуге. Тогда поминай Игната да книзю его листай да почитывай.
Писано Одинцовым Иваном сыном дьячим + RAKSI
Прочитав это, Лев Петрович ясно понимал, что ему делать. Не смог он понять про книзю и значение RAKSI. Но это его мало смутило, так как весь прочий текст он понимал буквально просто. Поселившись в главном Калужском отеле с громким названием «Версаль», он освежился с дороги и, надев мундир, направился к градоначальнику.
Столбов Афанасий Петрович – был градоначальником год с небольшим. В город он прибыл тогда же. Назначение его было связано со смещением прежнего градоначальника Губернским руководством. Суть противоречий он не понял до сих пор, но это как, то было связано с озерным фондом губернии. Сам Афанасий Петрович дожидался в Петербурге должности по аграрному ведомству. Но без промежуточного назначения в городской управе среднего города, никак было невозможно принять нужную должность в северной столице. Посему это назначение было ему ко времени. Два года, – сказали ему его хлопотатели – нужно отсидеться в глубинке. Главное ничем не опорочить себе репутацию. Вести городское хозяйство с умом, без лихоимства и казнокрадства. Все сторицей окупит должность в Санкт–Петербурге! Она даст сытость, покой и благодарность от отечества за долгий и верный труд. Это, не писаный закон русской истории чиновничества. Не кради в должностях малых. Старайся, будь рачительным, неподкупным, принципиальным, молчаливым при начальстве. Слова долг, отечество и честь – произноси часто и вдохновенно, в доме живи уютном – но не большом. И вот когда дослужишься до приставки Ваше превосходительство – отечество даст тебе право принять подношения за верную службу. И чем выше будет приставка, тем выше планка подношений, которые принято считать премиальными за старание и долготерпение.
Вот к таким чиновникам и относился Афанасий Петрович Столбов. Когда он услышал от секретаря, что в приемной дожидается генерал Фелъдегерского ведомства из Москвы, Афанасий Петрович самолично вышел встретить гостя. Встретив генерала, он почтительно выслушал его представление и пригласил в кабинет. Секретарь был отобран и проинструктирован лично Афанасий Петровичем. Он знал что при появлении посетителей подобного звания или чина, нужно после того как Афанасий Петрович проведет его в кабинет, зайти через две минуты и доложить что у него совещание, а потом зайти через 15 минут и доложить что срочная депеша из Санкт–Петербурга. По сценарию этого спектакля Афанасий Петрович говорил секретарю, что совещание требуется отложить, а депеша подождет, так как такой гость у него не каждый день и хоть дел невпроворот, но ради такого человека он все готов отложить. Делалось это всегда неукоснительно и автоматически. Посетитель, видя такое расположение чиновника, был обязан ему тем же. И не важно, понадобится обращаться к нему или нет, но при нужде это давало определенный аванс отношений, что у нас, русских людей важнее законов и положений. Отношения – вот что правило Русью издревле и будет править вовеки.
– Итак, чем могу быть полезен Вам Ваше Превосходительство? – участливо спросил Афанасий Петрович. – В наших краях по делам службы или по личным причинам?
Лев Петрович улыбнулся: – Вы знаете, личным, самым что ни на есть личным.
– Так, а что же заставило Вас обратиться ко мне? – спросил Столбов.
– Дело тут в целом пустяковое, но для меня лично весьма важное.
– Все что важно для генерала такого уважаемого ведомства, важно и для меня, – подчеркнул Столбов. Раздался стук в дверь, вошел секретарь, доложил о совещании. Афанасий Петрович сказал перенести совещание на более позднее время. Когда секретарь вышел, Лев Петрович сказал: – Право мне неловко. У вас служба, дела, а я тут со своими вопросами. Столбов сказал, что рад быть ему полезным: – Итак, в чем Ваше дело?
– Я приехал в Ваш город, забрать клад, оставленный моим предком, – сказав это, Одинцов облокотился о спинку кресла.
Столбов слыхивал всякое, но подобного не приходилось
–Что простите?
–Клад забрать хочу, моим предком схороненный тут у Вас в городе.
– Это, то есть в буквальном смысле – клад? – удивленно спросил Столбов.
–Да–с! Буквальнее не куда, – подтвердил генерал. – Вот извольте читать. Он протянул свиток с лавры. Чиновник прочитал. Потом он показал паспорт – где удостоверил, что он и есть потомок Одинцова Ивана.
– Афанасий Петрович, я человек казенный и имеющий чины. Я по закону жить привык. Я бы мог самолично отправиться на поиски этого храма и, найдя забрать клад себе. Но я не таков, коли положено по закону часть в казну делить, я поделю и действовать, как вор не буду. Посему пришел к градоначальнику, так как клад полагаю, будет не малый и должное юридическое, правовое и журналистское сопровождение сего мероприятия будет во благо деловой репутации, как самого градоначальника, так и послужит поводом обратить внимание на ваш город и столичных чиновников. Ну и от себя, коли поможете мне, я обещаю рассказать в нужных ведомствах о Вас и буду рад отплатить услугой за услугу.
Раздался стук вошел секретарь с сообщением о депеше. Афанасий Петрович ответил, как то растеряно:
–Депеша? Какая депеша? Кто прислал?
Секретарь остолбенел и не знал, что сказать, так как по их сценарию у него более слов не было. Он выпучил глаза в потолок и замер. Столбов пришел в себя и сказал:
–Что Вы не видите? Я занят. Депеша после. И потрудитесь впредь являть полный доклад о деле с коим приходите, – последние слова он нарочно сказал в строгом и назидательном тоне. Секретарь вышел поклонившись.
Градоначальник сразу представил себе всю картину этого события. Для Калуги находка клада будет равносильна строительству Суэцкого канала. Ежели клад будет крупным и ценный то журналисты съедутся с двух столиц. Пойдет трезвон о сокровищах, публика это любит, значить читать станут все и поневоле он станет градоначальником заметным, так сказать на слуху и это наверняка послужит плюсом при дальнейших назначениях.
– Лев Петрович можете рассчитывать на всякое содействие мое и всех служб в ведении городской управы.
Был вызван секретарь, ему было велено немедленно пригласить главного полицмейстера города, епископа Калужского, главного редактора «Калужского вестника», главу городского аппарата информации.
Через два часа всем явившимся был представлен генерал Одинцов, который рассказал о своем деле. Епископ, тут же ахнул:
– Есть! Есть такой собор как у вас сказано. Собор имени Георгия Победоносца. Построен смиренным иноком Дионисием на пожертвование московского боярина Игната Ипатова. И памятная чугунная плита в стену вставленная имеется.
Все присутствовавшие оживились. Градоначальник понял, что пора возглавить это мероприятие. Он встал и сказал твердым голосом:
– Господа
