Читаем без скачивания Визит к Тёмным - Валерий Иванов

Процесс обучения не состоял из обычных тренировок и зубрежки, а включал в себя кучу этапов, насыщенных всесторонней физической, духовной и астральной энергетикой. На завершающей стадии Малыш «слил» в мой мозг неимоверную массу всевозможной информации по различным вопросам.

Моя память стала невероятно громоздкой и настоящим хранилищем всяческих, нужных и ненужных разнообразных данных и сведений. И, если я хотел что-то найти, приходилось действовать по принципу компьютерного поиска. Допустим, я хотел покопаться в основах биометрии. Для начала, следовало мысленно определить диск, на котором содержится вся информация о человечестве. Затем в открывшейся директории выбрать раздел «Науки», ну и далее — «Естественные науки» — «Биология» — «Биометрия» (как раздел биологии). И просматривать нужные страницы.

Можно было действовать и по иному, включая мысленную поисковую систему, по принципу работы Интернет-поисковиков типа «rambler», «google», «uandex» и других. Но здесь легко было захлебнуться бездной совершенно ненужных мне знаний. Так, набрав «биометрия» я получил бы десятки тысяч статей по этой теме. А, на кой леший мне научные работы, к примеру, английских ученых девятнадцатого века Ф.Гальтона и К.Пирсона — родоначальников этой науки?

Короче говоря, процесс подготовки был, в конце концов, завершен и требовались специальные тесты для проверки усвоения всех полученных навыков и знаний.

На контрольных испытаниях, при стечении представителей всех заинтересованных ведомств, против меня была выставлена разведгруппа Рязанской десантной дивизии. Количеством двенадцать единиц. Спецы еще те, настоящие волчары, один вид которых был способен произвести соответствующее впечатление даже на небезызвестных Джеймса Бонда во всех его ипостасях и прочих заграничных рэмбо. Увы, лихие бойцы в полосатых тельниках проиграли мне в течение двух минут. Даже одной минуты и пятидесяти двух секунд — время схватки хронометрировалось. При этом никто не был серьезно травмирован, так легкие вывихи, ушибы и синяки.

Для проверки иных моих тактико-технических данных я был сброшен ночью на парашюте в горный район северо-западного Пакистана, полностью контролируемый свирепыми и сверхбдительными талибами. Именно в тот район, где предположительно скрывался неуловимый Бин Ладен. Но это я узнал только по возвращению. Приземлился я неизвестно где. Естественно, без оружия, денег, каких-либо документов и даже без сухого пайка и аптечки. Через четыре дня, несколько исхудавший и обросший я возник в кабинете вице-премьера, осуществлявшего общее руководство операцией. Миновав знаменитую кремлевскую охрану без единого инцидента. Сказать, что видавший виды один из высших чиновников страны, был просто в ступоре, завидев мою персону у своего стола, значит лишь зафиксировать самый, что ни на есть, минимум.

После этого, моя готовность в части выживания во враждебной среде была признана соответствующей, что и записали в каком-то специальном протоколе.

И все же, в самом конце, я поставил вопрос о выделении мне оружия. Мотивировка была проста: в чужой среде могли обитать враждебные, крайне агрессивные к любым другим особям, организмы. Ладно, если они будут величиной с крысу… А, если габариты этих существ будут превышать размеры доисторических тираннозавров, бронтозавров и прочих динозавров?

Вопрос этот вызвал оживленную дискуссию, в ходе которой мое предложение получило поддержку большинства присутствующих.

Руководитель ГРУ брал обязательство снабдить меня одной из самых последних разработок их секретных лабораторий — лазерным дробовиком, поражающим вероятного противника пучком лазерных лучей. Директор ФСБ предложил старое, но проверенное и надежное оружие — пистолет, стреляющий парализующими иглами. Министр обороны полагал, что достаточно знаменитого АКээМа, но со специальными вакуумно-разрывными пулями.

Свою лепту внес даже Малыш, пообещавший изготовить персонально для меня парочку-другую ручных барионных гранат.

Вице-премьер тотчас заинтересовался этим экзотическим оружием. Малыш объяснил, что бомбочки будут представлять собой мини-черные дыры, и при взрыве втянут в себя всю материю в радиусе тридцати-сорока метров, которая бесследно исчезнет. Руководитель штаба сразу же достал рабочий блокнот и сделал в нем какую-то пометку, многозначительно глянув на генералов. Те последовали его примеру.

Казалось, в принципе, вопрос решен положительно и оставалось лишь выбрать вид вооружения, но все неожиданно испортил Николай Фомич. Ссылаясь на различные международные конвенции и на будущие межпланетные соглашения, он заявил, что посланец Земли, где бы то ни было, не вправе причинять вред окружающей среде чужих миров. Мол, гуманизм тем и отличает людей от прочих живых существ, а наша планета должна быть в авангарде межзвездного гуманистического движения.

Увы, вице-премьер, за которым было последнее слово, завершил выспренную профессорскую речь кивком согласия и добавил, что приобретенных мной навыков хватит на любую враждебную фауну. Более того, он дал команду взять с меня подписку о непричинении немотивированного зла представителям других миров.

Честно говоря, моя подготовочка, в чем я имел возможность убедиться лично, и на самом деле по всем параметрам была на высоте. Может и не хватало некоторых фэнтезийных прибамбасов, типа страшных колдовских заклинаний и превращений во всяких сказочных уродов, но я и не верил в существование таковых в реальном мире.

Вообще, под влиянием своих достижений, приободряемый Малышом и Николаем Фомичом, я стал относиться к предстоящей экспедиции на чужую планету, как к легкой прогулке. Всего и делов - то — нажать на кнопку сигнала, когда умный приборчик учует присутствие даркснита. Я уже строил радужные планы по части причитающихся мне почестей и наград, а также на предмет более тесного сближения с Иришкой. Жалкий мечтатель. Если бы я мог предполагать, что меня ждет…

Глава третья. Старейшина

И все же я ошибся, посчитав самое большое строение селения главным местным представительством. Вход в него, правда, оказался нормальным и даже с закрытой дверью. А вот внутри открылось помещение, по земным меркам, соответствующее трактиру или харчевне. Освещение было каким-то необычайным туманно-призрачным, но видно было все хорошо. Источниками света служили причудливой формы светильники, похожие на пучки мха с вкраплениями лишайников белесого колера, развешанные по стенам этого явно общепитовского заведения. Пол также был известняковый. В помещении были хаотично расположены грубые столы из того же известняка, покрытые скатертями типа тех же циновок унылого слоновьего цвета. Стульев не было вообще. Не имелось почему-то и главных атрибутов питейно-закусочного заведения. Я имею в виду камин и барную стойку.

Пока я разглядывал убранство сего странного трактира, из черневшего на противоположной стене проема другой двери вышел высокий и плечистый чернобородый человек, одетый в подобие длиннополого халата без пуговиц, но подпоясанного широким поясом без пряжки. И халат, и пояс на вид были все из той же ткани цвета слоновой кожи. Борода была пышной и окладистой, такими изображали на старых картинах купцов или старообрядцев. Широко расставленные темные глаза, уставились на мою персону с нехорошим, как мне показалось, прищуром. Вид у него был властный и внушительный. Судя по всему, он и являлся хозяином заведения.

— Кто это? — вопрос был адресован мальчишке, меня пока игнорировали.

— Я взял его в плен в лесу…, - рука моего конвоира ткнула куда-то в неопределенную даль, — можешь сделать его нашим рабом.

Вот те раз — рабом! Это в награду-то за спасение его от опасного хищника? Я глянул на него — может мальчишка шутит? Но увидел только его удаляющуюся в сторону черного проема спину, он отчего-то утратил ко мне всякий интерес.

— Condenado[1] bambino[2], enfant terrible![3] — пробормотал я, от возмущения смешав испанский, итальянский и французский языки в одной короткой фразе.

Я уже упоминал, что Малыш снабдил меня удивительной способностью общаться на любом языке и иногда в моем мозгу рождались редкостные перлы, которые самопроизвольно выскакивали наружу посредством речевого аппарата.

— Кто ты? — это вопрос уже ко мне.

И пока я размышлял, как себя пообстоятельнее представить, чернобородый принялся вслух гадать, сразу же озадачив меня своими странными предположениями.

— Рудокоп? Нет, не похож? Караванщик? Тоже нет. Может, обозник?

— Ты не обозник?

— Нет, — я не имел понятия, какого такого обозника он имел в виду, но приобретать подобный статус пока не собирался.

— А-а-а…, ты, наверное, охотник, — обрадовался незнакомец, — с Дикого яруса свалился?