И тут, с запинками, но все же неуклонно, в его мозгу начали вырисовываться утраченные фрагменты заклинаний из «Науки волшебства».
Шабаш приближался.
Рогатые твари бросились на него. Чешуйчатые конечности замелькали в воздухе. Челюсти рвали тунику и тело. Волны боли заливали его, потекла кровь.
Вначале он дико сопротивлялся, но финальный удар по голове отключил его сознание, и тьма поглотила принца.
Глава 10
О Рыжих Волосах и Серебряных Волосах, а также о том, как Вринда Легконогая, миледи Чешуйчатого Облака, командовала великим мечом Коцтивкуром
Кандар лежал на холодной каменной плите, привязанный ремнями из человеческой кожи, голова свешивалась вниз, а шея выгнулась навстречу звездному небу.
Вокруг него расположился конклав чудовищных тварей.
Сардан, Лорд Теней, Принц Тьмы, восседал на троне, взирая на жертву горящими глазами.
— Клянусь протухшим, изъеденным червями сердцем Крагунота! Ты попал в чертовски милую переделку!
— Да уж, клянусь светом Майюса, мы точно влипли, и нас сейчас будут убивать!
Вспышка чистейшей радости по поводу возвращения дорогих друзей изгнала страх из сердца принца. Теперь-то, при поддержке товарищей, он просто не имеет права умереть!
А ритуальные пляски меж тем продолжались. Многие танцоры кружились спина к спине. Другие скакали и носились вокруг в безумном вихре. Били барабаны. Факелы вспыхивали адскими сполохами.
Кандар все видел вверх ногами. Он чувствовал, как кровь прилила к голове, тело онемело, но мозг, хвала Всевышнему, жив и активен, а главное, — помнит начало нужного заклинания!
Крак запыхтел, словно раненый джагарду Лангаанских холмов.
— Не мог бы ты освободить одну руку? Клянусь восхитительной задницей сладчайшей Ваштилулу Пышногрудой! Если бы я только мог обрушить свой верный Коцтивкур на все эти исчадия ада!
— Это черная магия, черная, — пищал Тошо.
Коцтивкур между тем блеснул ослепительной вспышкой в скрюченных пальцах Сардана. Великий меч поднялся, как будто благословляя все сборище нечисти.
Когда Крак увидел это, его вспышка ярости заставила Кандара вздрогнуть.
— Во имя Крокса! Да я разорву этих омерзительных тварей! Коцтивкур!
— А ну, хватит ныть, вы, оба! — велел им Кандар. — Лучше радуйтесь, как радуюсь я, вашему возвращению. А я должен сосредоточиться и кое-что вспомнить!
И юноша поведал им то, что ему удалось узнать.
— Только в этом наш шанс на спасение, — заключил он.
Друзья уловили отчаянный страх, угнездившийся в его сознании, который он подавлял своей гордостью и чувством ответственности за порученное ему дело. Они затихли.
С самого начала эта загадка заставляла принца использовать магию весьма неточного характера, порой случайную и приводящую к обратному эффекту, чем тот, что был предусмотрен ее создателями. Много раз Кандару, более всего верящему в торжество науки, приходилось браться за меч для победы над врагом. Но сейчас, лежа на жертвенном камне, будучи связанным, он точно знал, что у него достанет сил, чтобы извлечь из своего сознания необходимые части заклинания, чтобы вызвать на помощь величайшие силы, которые он разыскивал так долго.
Юноша перелистывал в уме страницы «Науки волшебства» и наконец добрался до той части, где содержалось начало заклинания. Он понял, что имел в виду Турдур Всезнающий, когда указал ему на сходство двух томов: их назначение различно. Тогда его сбило с толку замечание злого волшебника, сейчас же он дошел до скрытого смысла самостоятельно.
И вдруг перед его широко открытыми глазами проплыла женская фигура. Окутанная паутинкой, задрапированная в воздушные шелка, она кружилась перед ним, словно неофит перед алтарем. Кандар увидел ее золотисто-каштановые волосы, лицо, которое уже видел прежде, когда она смеялась над его болью, убегая от него в ночи с содержимым Турдуровой нефритовой шкатулки.
— Сука! — раздался свирепый рев Крака Могучего.
— Она хочет напакостить нам, хочет с нами покончить, — пищал Тошо.
В таком окружении девушка, казалось, чувствовала себя как дома. Сквозь ужас происходящего, пронзительные вопли мантикор, хлопки крыльев, цокот копыт и царапающие звуки клешней Кандар слышал, что она напевает ужасающие, леденящие душу древние напевы черной магии и дьявольской страсти.
Девушка держала в руках, прижимая к груди, длинный нож, вернее, кинжал с богато украшенной драгоценными камнями рукоятью. На лезвии кинжала сверкали искры.
— Да это для твоего горла, клянусь Кроксом!
Девушка ритмично раскачивалась всем телом, вводя себя в состояние транса, когда сможет обрушиться на неподвижно лежащего Кандара.
Так что же за слова были на той странице? Он снова и снова пытался обратиться к своему подсознанию, чтобы возвратиться на Конскую Равнину и сфокусироваться на разорванных листах «Науки волшебства». Ему ведь удалось пробежать глазами ту, запертую часть фолианта перед тем, как он оказался разрезанным? Да, пожалуй… без сомнения, да. Холокова и Сасилинджа. Это ключ. Вторая треть заклинания в «Золотом свитке» содержалась как раз перед Холоковой, а последняя треть в «Завещании мертвых» — после Сасилинджи. Так где же тогда скрывалось тайное заклинание в книге Квантоха? Где? Вопрос гремел в мозгу, подобно священному барабану, неистово, доводя до безумия.
Безымянная девушка, храмовая танцовщица, вращалась перед ним в безумной пляске, ее белоснежные ноги сверкали при свете факелов, копна рыжих волос отсвечивала золотом. Казалось, ей необходимо удовлетворить свои тайные желания пред тем, как перерезать ему горло драгоценным кинжалом. Кандар ощутил, как прохладный ночной воздух касается его обнаженной шеи.
— Храмовая танцовщица?!! — ревел Крак, и его голос невозможно было выдержать. — Клянусь омерзительной, перепачканной нечистотами левой ногой Крагунота, она — храмовая проститутка! И она поимеет тебя, Наш Кандар, поимеет, как кровожадная паучиха!
Юноша содрогнулся. Он был знаком с такими историями.
— Ты мешаешь мне сосредоточиться своим рычанием и воплями, не лучше ли тебе замолкнуть на время?! — проворчал он.
— Утихни, дорогой Крак, во имя твоей сладчайшей Ваштилулу, — взмолился Тошо невеликих талантов.
А танец меж тем близился к финалу. Свет и тени непрерывно сменяли друг друга, дикие вопли танцоров, мелькание рук, крыльев, рогов, завывание труб и бой барабанов достигли апогея, и вся эта свистопляска вводила в гипнотическое состояние.
А потом Сардан, Лорд Теней, поднялся со своего трона и заговорил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
