Летняя девушка слабо улыбнулась.
— Нет, — сказала она. — Я не видела, что он выплыл. Я всё стояла и ждала его, когда внезапно я услышала тихое «Извини меня» за спиной. Я повернулась, и он стоял прямо тут, промокший насквозь, но улыбающийся.
Я фыркнул.
— Позерство.
Улыбка Анвил стала более широкой, хотя и более задумчивой.
— Он даже не рассердился, — пробормотала она. — Я думаю, что начала влюбляться в него с того самого дня. Хотя я и не осознавала этого до определённого момента, и даже тогда я думала, что этого никогда не может быть между нами. Дворы никогда бы не позволили этого.
Она вгляделась в свою чашку, но ее мысли витали далеко.
— Мы виделись с ним несколько ночей. Когда он сбежал из Маг Туиред и когда навестил меня, сначала в Аркадии и затем у Лэнанши. Мне жаль, что у нас не было большего количества времени. Но теперь это не имеет значения. — Ее пристальный взгляд потемнел снова, и она закрыла глаза. — Я исчезну достаточно скоро. И Кейран продолжит жить дальше. Это лучший выход.
Я начал было отвечать, но тут увидел темноту, мерцающую за окном, как будто пятно чернил перемещалось по воде, и моя кожа покрылась мурашками.
Недалеко от того места, где мы сидели, на перилах одного из балконов на другой стороне улицы сидело нечто, смотрящее на нас горящими желтыми глазами. Анвил проследила за моим взглядом, и ее лицо напряглось от страха.
Я допил свой кофе и поднялся. Не говоря ни слова, мы поспешили обратно в гостиничный номер, где я откопал веточку зверобоя из моего рюкзака и прикрепил его к двери. Я также провёл линию соли через весь подоконник, не заботясь о том, что подумают уборщицы, когда придут убираться. Малые меры предосторожности. Не идеально, но лучше, чем ничего.
— Отдохни, — сказал я Анвил, плюхнувшись на одну из кроватей. — Похоже, что мы застряли здесь до вечера. Можно даже поспать.
«Но не думаю, что смогу спокойно заснуть»
Я бы положил рядом с собой свои мечи, чтобы никакая тень не проскользнула в комнату в щель под дверью. Но Aнвил выглядела усталой и еще пугающе бледной.
Лучше, чем она ехала в грузовике, и намного лучше, чем в тот ужасный момент, когда она начала исчезать с лица земли, но она все еще не выглядят нормально.
Летняя девушка не стала спорить. Устало опустившись на другую кровать, она свернулась калачиком и закрыла глаза. Я подождал несколько минут, а затем спокойно соскочил с кровати, схватил свой ноутбук и мечи, и обосновался в кресле в углу.
— Итан? — прошелестел мягкий голос Aнвил после нескольких минут молчания.
Я думал, что она уже уснула, и поэтому взглянул на неё удивленно.
— Да?
Летняя фейри колебалась.
— Я бы хотела поблагодарить тебя, — пробормотала она. — Мой вид не говорит... такие слова, но ты сделал так много для меня и Кейрана. Я просто хочу сказать...
— Это прекрасно, Aнвил. — Я говорил быстро, чтобы успокоить ее. — Ты не должна говорить об этом. Я знаю, что ты имеешь ввиду.
Она расслабилась, ее плечи с облегчением опустились.
— Пока ещё не за что благодарить, ведь мы пока не нашли Кейрана. Просто сосредоточься на том, чтобы не исчезнуть, пока мы это не сделаем.
Я видел ее кивок, и несколько минут спустя, она, казалось, действительно заснула. В тишине желание позвонить Кензи вернулось, сильнее чем когда-либо. Я скучал по ней. Я ненавидел саму мысль о том, что она злилась на меня сейчас. Но я не жалею о своем решении. Через несколько часов, Анвил и я отправимся на опасный, непредсказуемый гоблинский рынок, и это хорошо, что Кензи будет подальше от всего этого безумия.
Если бы я был честен с самим собой, было бы лучше, чтобы она держалась подальше от меня.
Часы тянулись, и все же шли быстрее, чем мне бы хотелось, каждую минуту приближаясь к полуночи. Большую часть дня Анвил спала; возможно она действительно не позволяла себе заснуть до сих пор, или, возможно, ее положение сделало ее усталой и вялой, какими обычно бывают больные гриппом. Я предложил ей выйти поесть, но она вежливо отказалась покидать комнату, и тогда мне пришлось собрать свой рюкзак, чтобы достать нам еды. Я боялся, что она исчезнет, поэтому захватил пару шоколадных батончиков из торгового автомата снаружи и поторопился назад, чтобы увидеть, что она снова заснула. Беспокоясь, я смотрел телевизор и Нетфликс и завидовал фейри, которая все еще свернулась на кровати. Она проснулась позже вечером, когда я вынудил ее пойти в Макдоналдс со мной, потому что я не ел ничего, кроме плитки шоколада на обед. Но она осталась тихой и нервной, не проронив ни слова. Честное слово, я нервничал не меньше её.
В одиннадцать тридцать я схватил свой рюкзак, положив туда свои мечи, чтобы они не привлекали общественного внимания, и повернулся к Анвил.
— Ты готова?
— Да, — ответила она с таким выражением лица, которое напомнило мне о ком-то на пути к виселице. Испуганным, но решившим не показывать своего страха.
— Давай скорее отыщем Кейрана.
Бурбон-Стрит находилась недалеко, и Новый Орлеан пылал жутким зелено-оранжевым цветом под светом полной луны. Это было почти сюрреалистично. Мы шли мимо огромных домов к известной улице, изредка поглядывая на неоновые вывески и фонарные столбы, слабо сияющие в искусственном тумане. Люди проходили мимо, не обращая внимания ни на меня, ни на фейри рядом со мной. Гоблин в узком переулке, ковыряясь обломком чьей-то кости в зубах, проводил нас взглядом, однако за нами не последовал.
Магазин Кузнеца Лаффита оказался крошечным зданием на углу Св. Филиппа и Бурбон-Стрит. Снаружи здание казалось старым, невзрачным, белым пятном на фоне красного кирпича соседних домов. Деревянные ставни и двери были словно открыты для ночи, а оранжевый фонарь около лестницы слабо мерцал.
Я пристально всмотрелся в дорогу позади нас, смотря, как автомобили мчатся вниз по Бурбон-Стрит, а люди дрейфуют по тротуарам. С оранжевыми огнями, полной луной и слабыми отзвуками джазовой музыки, играющими из одного из бесплатных баров, Новый Орлеан действительно казался волшебным. Я знал, почему это место было приютом для фейри, и я знал, что они были там, прячась между зданиями и невидимо скользя в толпе. Однако, я всё ещё не мог вообразить себе целую улицу, кишащую фейри, а уж тем более всех их на рынке. Я надеялся, что дриада знала то, о чем говорила.
Вместе мы пересекли улицу и нырнули через крайнюю левую дверь бара Лаффита, и оказались в тусклой, старомодной комнате. Круглые деревянные столы были расставлены по периметру комнаты, а бар располагался на противоположной от входа стене, большинство табуретов были заняты. Единственными источниками света являлись свечи на столах и свисающие со стен, а так же огонь в огромном камине в центре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
