Читаем без скачивания Бенефис двойников, или Хроника неудавшейся провокации - Виктор Фёдоров

- У меня вопрос, - подал голос из своего угла Козлов. - Неужели нельзя было поставить в известность меня? Выполняя задание , я в ряде случаев рисковал жизнью.

- Не обижайтесь, Лешенька, - сочувственно улыбнулся Семинард. - Но того требовали обстоятельства.

- Ну, а мы, - он встрепенулся, - вернемся к нашему Стадлеру-Розенблюму. Пока Козлов хватал за бороды московскую профессуру, капитан Стерлингов вместе С Лупиньшем входили в доверие к шпиону. По разработанной нами легенде Стерлингов играл роль подпольного миллионера, а Лупиньш - его личного шофера и телохранителя. Я думаю, для капитана это не было сложной задачей: почти год до этого он вращался в среде дельцов теневой экономики, разоблачая преступную группу Максима Швабры. У Лупиньша задание было и того проще - мы вообще запретили ему открывать рот. Крути баранку, и - все.

Для орбретения полного доверия у Стадлера было решено через Стерлиногова передать ему оружие. Сперва это был настоящий пистолет, но после пьяного дебоша, который Стадлер учинил в "Астории", мы сочли необходимым заменить этот пистолет на водяной.

Просто ради спокойствия горожан. В это же время мы меняем ему ампулу с цианистым калием в лацкане пиджака на слабительное, и не напрасно, забегая вперед, скажу, что при задержании он предпринял попытку суицида, но все обошлось легким расстройством желудка.

Таким образом, поверив Стерлингову, Стадлер раскрывает ему истинную причину своего приезда в Москву и просит помощи. А этого мы только и ждали.

Семинард плеснул себе в стакан еще воды, но пить не стал.

- Дальше все шло по плану, и вскоре в Москву прилетает еще один участник событий, некто Теодор Фрайер по кличке "Свинья". Стерлингов встречаем его в аеэропорту и отвозит к себе на дачу. И вот с этого момента нам перестает везти...

- Так уж и везти? - поднял брови шеф. - Это не невезение, а обычная профессиональная небрежность, и нечего, Георгий Андреевич, уменьшать нашу с вами вину.

- Да, вы правы, - опустил голову Семинард. - Накладки следуют одна за одной. Так, парикмахер Вильковский, завербованный нами специально для гримеровки Свиньи, выходя от Стерлингова в Переделкино, спотыкается в темноте о бревно и ломает ногу. Но это еще полбеды. Беда в том, что мы не углядели за Свиньей. Мы располагали сведениями о том, что этот Фрайер - наркоман, но, к сожалению, не придали этому должного значения. Вина за это большей частью ложится на капитана Стерлингова, который не позаботился о том, чтоб чемодан с медицинскими препаратами гражданина Кепарасика, арестованного, кстати, еще 3-го ноября по обвинению в укрывании подпольной химической лаборатории и сотрудничестве с иностранной разведкой. Так вот, не позаботился о том, чтобы чемодан этот находился вне поля досягаемости Свиньи. В результате, воспользовавшись минутным отсутствием Вильковского, Фрайер, будучи в состоянии наркотической абстиненции, вводит себе некоторую дозу метапроптизола, отчего у него развивается тяжелая форма клаустрофобии и он совершает побег через окно второго этажа...

- А где сейчас Фрайер? - спросил шеф.

- Ищем, товарищ генерал, - развел руками Семинард. - Вся милиция на ноги поднята, да и наши люди тоже. Последний раз его видел капитан Козлов в ночь с 5-го на 6-е ноября в такси с номерными знаками 13-65 Моисей, Ольга, Кирилл. Свинья вышел из машины в районе государственного университета, прошел проходным двором, после чего Козлов его потерял.

- Нехорошо, Козлов, - шеф погрозил кривым указательным пальцем. Из-за вас теперь двойник Ленина разгуливает где-то по Москве. Ну ладно, с этим потом разберемся. Продолжайте, Георгий Андреевич.

- Значит так, - снова заговорил Семинард. - Тут может возникнуть резонный вопрос: отчего было не арестовать всю преступную группу сразу после того, как прилетел Фрайер? Я отвечу на этот вопрос так: у нас не хватило бы доказательств. Злоумышленникам ничего не стоило бы отвертеться, и поэтому мы решили брать их, что говорится, с поличным на месте преступления, то есть в Мавзолее. Но после того, как исчез Свинья, план этот провалился, и над всей операцией нависла угроза срыва. Но у нас был запасной вариант. Мы позвали консультанта с "Мосфильма" и, не посвящая его, естественно, в детали, спросили, кого бы он рекомендовал на роль Ленина. Консультант посоветовал пригласить малоизвестного актера театра и кино товарища Зюбенко. Мы пригласили. Но вы понимаете, в чем сложность: мало того, чтобы этот Зюбенко должен был походить на Ленина, он еще должен быть похож на Свинью. На самом же деле товарищ Зюбенко оказался толще Фрайера на 15 килограмм. Как вы сами понимаете, времени для похудания у нас не было. Более того, этот Зюбенко ни слова не понимал по-английски, в то время как Фрайер абсолютно не понимал по-русски. И тогда капитану Стерлингову пришла в голову мысль насчет кусания бешенной собакой, поражения мозга и пенециллиновых прививок. Стадлер и на это клюнул.

Все вроде бы складывалось хорошо, но сама идея захвата преступной группы на месте злодеяния оказалась, мягко говоря, несостоятельной. Из четырех человек, осуществлявших подмену Ленина в Мавзолее, трое являлись нашими сотрудниками. Захватывать стало практически некого: один, как известно, не группа. Поэтому операцию было решено перенести на 7 ноября, для чего Стерлингов и назначил встречу утром на Красной площади. Зная психологию советолога, мы в праве были предположить, что он, дабы потешить свое нездоровое самолюбие, возьмет с собой консула Хэриса. Тогда появилась бы возможность взять их вместе. Правда, люди из группы захвата переусердствовали в своем пристрастии к парфюмерии, вследствии чего Стадлер обнаружил их раньше, чем было предусмотренно. Сигналом к началу операции служил факт передичи желтого шарика Стадлеру Стерлинговым, и наши сотрудники ждали лишь, пока самые уважаемые люди страны покинут трибуну Мавзолея, чтобы не омрачать им праздника малоэстетичной процедурой захвата. В итоге Хэриса удалось взять без шума, а вот за Стадлером пришлось побегать. Он легко травмировал несколько человек, угнал автомашину и был близок к тому, чтобы скрыться за дверями своего посольства, но тут проявил героизм младший лейтенант Лупиньш. Сагодня утром я связывался с его лечащим врачом, и он сказал, что жизни Айвара уже ничто не угрожает, но пару месяцев он у них полежит. У меня - все. - Семинард закончил и устало оперся о стол.

- Ха-а-а-а! - засмеялся Скойбеда. - Ловкие ж вы хлопцы, как я погляжу. И агентов вражьих повылавливали и Козла своего проучли, шоб нос куды не надо не совал. Одобряю, ха-а!

- Минуточку, - обратился к Семинарду шеф. - Из вашего рассказа осталось непонятным, откуда этот Сбадлер, или как его там, узнал про совсекретный подземный ход под кремлевской стеной? Если не ошибаюсь, он именно через него проник в Мавзолей?

- Не ошибаетесь, - Семинард давно ждал этого вопроса. - Не ошибаетесь, товарищ генерал. Про подземный ход ему рассказал один человек, очень нам всем хорошо знакомый, более того, я вам скажу, что этот человек сейчас здесь.

Семинард посмотрел на Скойбеду. Тот весь сжался под колючим взглядом и побледнел.

- Ну шо вылупился-то? - попытался он взять себя в руки. - Генералов-майоров не бачил, чи шо?

- Бачил, бачил, - проговорил Семинард. - И в погонах с лампасами бачил, и в гражданке за сбором гербария, и в спортивных штанах за разглашением гомсударственной тайны. Всяких бачил.

- Это ты об чем? - затрясся Скойбеда.

- Товарищ генерал, - обратился к шефу Семинард. - Разрешите, мы в служебных целях воспользуемся вашим видеомагнитофоном.

- Да, конечно, - ответил ничего не понимающий шеф.

- Ну что, Эдуард Николаевич, давай, - кивнул полковник Стерлингову.

Тот поднялся и, достав из внутреннего кармана кителя видеокассету, вставил ее в гнездо, нажал на пуск. На экране японского телевизора появился диван, а на нем Скойбеда с блаженной рожей, занимающей ровно четверть экранной площади, в трико с обвислыми коленями. Рядом с ним на стуле сидел Стадлер и кормил того мелко нарезанным шпиком.

- Ест прямо из рук американского империализма, - прокоментировал Стерлингов.

- Нет! - заорал вдруг Скойбеда, вскакивая. - Это не я! Подлог! Монтаж! Фальшивка! Суки! Сукины дети! А-а-а-а!

- Заткнись, предатель, - приказал ему Семинард и, обратившись к шефу, сказал:

- Это уже самый конец пленки, а то, что было перед этим, вообще заслуживает детального изучения с группой компетентных товарищей, которые, кстати, смогут дать заключение, что монтажом здесь и не пахнет. Тут же вы найдете ответ на свой вопрос, и на многие другие.

- Сволочи! - затравленно сверкал глазами Скойбеда. - Опоили, накачали, я ведь в полной бессознанке был!

- А это что? - Семинард сунул Скойбеде под нос гербарий. - Это что, я спрашиваю?

- Не мое! - замахал руками Скойбеда. - В первый раз вижу!

- Ах, вот как ты заговорил, - злорадно усмехнулся полковник. - Даже не знаешь,что это, а уже кричишь: не мое! Взгляните. - Он протянул гербарий шефу. Тот прочитал, открыв: