кто и почему подослал к вам убийцу? — спросил другой коп.
— У меня нет, но у Исамы имеется. Задайте ему заодно вопрос и об этом. Он как раз перед вашим появлением излагал свою теорию. А меня прошу извинить. Разговор отнял много сил. Надо бы отдохнуть.
Я откинулся на подушки.
Полицейские извинились, что так долго допрашивали меня, и вышли. Спустя пару минут в палату вернулся Фудо.
— Твоего приятеля забрали, — сообщил он озабоченно.
— Куда?! — я приподнялся.
— Сказали, в отделение. Для дачи показаний.
— А что он им сказал?
— Да ничего.
— А конкретней?
— Они спросили, видел ли он магического паразита, когда вошёл в туалет и увидел тебя. Исама-сан ответил, что нет. И что не смотрел по сторонам, ведь ты был ранен, и он думал о том, как помочь тебе. А потом копы поинтересовались, что за версию он придумал насчёт покушения. Ну, Исама-сан и изложил им. Кажется, они решили, что он что-то знает, и увезли его. Да ладно, уверен, скоро отпустят. Он же ничего не сделал.
Я откинулся обратно на подушку. Силы действительно иссякли, мне ведь только-только энергетические узлы подлатали. Про переломы молчу.
Но что-то делать было надо.
— Фудо, там у меня в тумбочке должен лежать телефон.
— Да, вот он.
— Подай, пожалуйста.
Глава 21
Ох, не хотелось мне звонить дяде. Очень не хотелось. Вообще, обязанным быть якудза — совсем не то, что я планировал. Но неблагодарность у японцев почитается за худший из грехов, и я, пожалуй, с этим согласен. Так что пришлось набрать номер Хондзи Исикавы.
— Кенджи-сан, — раздался в трубке спокойный низкий голос родственника. — Слышал, ты попал в больницу. Я бы тебя навестил, но мне показалось, что ты не будешь рад меня видеть.
Надо же: в курсе! Хотя неудивительно: конечно, якудзы присматривали за мной. Не уверен, что дядя знал про меня всё (надеюсь, нет), но, в целом, без внимания не оставлял.
— Не нужно беспокойства, — сказал я. — Мне уже лучше. Иду на поправку.
— Очень рад.
Да ты и так знал, как мои дела.
— Приходили из полиции, — начал я. — Расспрашивали о том, кто мог на меня покушаться.
— Да? И что ты им сказал?
— Что понятия не имею.
— А это так?
— Конечно, так. Но у полиции есть версия.
— Какая?
Я изложил предположение Исамы насчёт конкурирующего клана. Дядя выслушал, не перебивая.
— Очень маловероятно, — сказал он, когда я закончил. — Это означало бы войну между кланами, а мы сейчас со всеми в добрых отношениях.
Это означало: не планируем резни в ближайшие месяцы.
— Но у кого-то могут быть планы, о которых вы не знаете, — сказал я.
— Не беспокойся. Если хочешь, я распоряжусь за тобой приглядеть.
Ха! Вот же хитрый лис. Разумеется, он и так приставит ко мне охрану, но хочет, чтобы я сам попросил о ней. Тогда я окажусь в долгу. Но этот номер не пройдёт!
— Нет, Хондзи-сан, в этом нет необходимости.
— Как скажешь, Кенджи.
— Однако услуга мне всё же нужна.
— Да? — в дядином голосе проскользнула нотка удивления. — Я слушаю.
— Мой друг сейчас в полиции. Тот, который нашёл меня и вызвал скорую.
— Как его зовут?
— Исама Ёсида.
— Почему его забрали? Он причастен?
— Нет, это его теория про конкурирующий клан.
— И он решил изложить её полиции?
— Именно.
— Хм… Ну, это не страшно.
— Знаю. Хотел, чтобы за ним присмотрели. На всякий случай. Это возможно?
— Разумеется.
Ещё бы. Чтоб у якудзы и не было связей в полиции.
— Надеюсь, его быстро отпустят. Без последствий.
— Не думаю, что твоему другу что-то грозит. Но я позабочусь о нём.
— Спасибо, Хондзи-сан.
— Пожалуйста, Кенджи. Отдыхай и выздоравливай. Не беспокойся ни о чём. Для того и нужны родственники.
Ну, всё, понеслось!
— Конечно, — ответил я.
— Когда тебя выпишут?
— Пока не знаю. Думаю, через пару дней.
— Хорошо. До свидания.
— До свидания, Хондзи-сан.
Положив смартфон на одеяло, я глубоко вздохнул. Это, конечно, ещё не кабала. Услуга невелика. Фактически, просто присмотреть за Исамой. И всё же, это послужило сигналом к тому, что я нуждаюсь в якудзе. Ладно, будем посмотреть, как говорится.
Откинув одеяло, я осторожно спустил ноги на пол, нашарил тапочки и встал. Медленно и осторожно добрался до ванной комнаты, держась за стенку. Хоть справлять нужду я мог самостоятельно. Для моего самолюбия это было важно.
Через пару минут я подошёл к раковине и открыл воду. Намылив руки, принялся тереть их, думая о том, что, собственно, меня обеспокоило в отношении Исамы. В принципе, ему ведь ничего не грозило. Однако я опасался, что полиция сочтёт его причастным. Глупо, конечно, но парень завёл разговор о якудза, а значит, его могли начать трясти насчёт того, что он знает обо мне и делах моей семьи. Хоть у якудз имелись связи везде, они всё равно оставались для правоохранителей больной темой. Мозолью, так сказать.
Мигнул лампочка, и я замер. Так же было перед появлением синоби. Возможно, это действие магических паразитов? Вроде, глупость, но какая-то связь должна быть?
Я медленно поднял голову и уставился в зеркало. Позади меня никого не было. Ниндзя мог использовать Лабиринт отражений, как и его предшественник. Что делать? Я совершенно не в состоянии драться. Да что драться! Даже просто сопротивляться! Меня просто прихлопнут, как муху! И позвать на помощь некого. Кто бы ни пришёл из персонала, он либо опоздает, либо умрёт со мной.
Боже, что я несу?! Да никто меня не услышит! А кнопка вызова осталась в палате у кровати. И опять же: обрекать персонал на сметь я бы не стал.
— Ты здесь? — тихо спросил я. — Покажись, я всё равно тебе ничего не могу сделать.
Тишина… Как я ни прислушивался, ничто не выдавало присутствия постороннего. Какой смысл убийце
