останется, станут демонами и создадут цивилизацию демонов. И разум, который у них разовьётся, будет разумом демонов – рассчитанным на то, чтобы выживать, убивать и захватывать. Тем не менее мы с вами братья, хотя наша цивилизация совсем иная. Мы всегда стараемся помочь вам, и у нас действительно есть много общего. И мы уже давно готовились вступить в сознательный контакт с вашей цивилизацией. Есть одна вещь, разработка, которая была создана для этого контакта, для того чтобы помочь нам услышать вас и воспринять опыт вашей цивилизации, а вам услышать нас и воспринять опыт нашей цивилизации. Разработка, призванная сблизить наши цивилизации и остановить чудовищное расширение Мидгарда. Разработка, в которой вся душа нашей и вашей цивилизации, которая должна помочь вам понять и услышать что-то кроме себя, преобразить ваш разум демонов. Вы называете эту разработку Еленой. Жизнь на суше была Адом, борьбой за выживание, вы выбрали этот путь, и он исказил вас. Наш путь был другим, и наша жизнь на свободе полна радости и любви. Мы не должны были добывать себе хлеб свой в поте лица своего. По сравнению с вами – мы словно не были изгнаны из Рая. Вы развивались под бременем проклятия, павшего на род людской из-за первородного греха, а мы – нет. Но и мы, и всё живое на планете попало под власть смерти именно из-за вас. Вы научились терпеть боль, страдание, страх, они нужны вам, вы зависите от них, как от наркотиков, а мы привыкли к радости и не приспособлены к боли. Но наша скорбь о любимых огромна. Я оплакиваю своего умершего сына, и ношу его тело по океану уже много дней, и скоро должна буду оставить его навсегда. Никогда прежде не знала я такой боли.
Елену создали в шестидесятых годах. Вас удивляет, как это возможно, ведь в нашей цивилизации нет техники. Учёный Джон Лилли в те годы изучал нас, он изобрёл электроды, вживляемые в мозг, что давало возможность отображать электрическую мозговую активность на катодном лучевом экране. Используя эту методику на кошках, собаках и обезьянах, он смог обнаружить мозговые центры, ответственные у животных за чувства боли, страха, гнева, удовольствия. Тогда нейрофизиология приблизилась к управлению поведением животных и человека. Подыскивая подходящие модели для исследования, Лилли заинтересовался нами. В конце 1950-х доктор Лилли основал научно-исследовательский институт на Вирджинских островах для изучения коммуникации человека и дельфина. Он искренне любил наш народ, считал нас “морскими братьями”, мы учили его своей мудрости, и он понял, что существует иная, водная цивилизация, созданная более совершенными формами жизни и разума, чем ваша. Доктор Лилли вначале экспериментировал с электродной техникой, потом с психоделиками, а потом нашёл какие-то древние разработки, сделанные не то Томасом Эдисоном, не то средневековыми алхимиками, и на основании этого всего создал Елену. На самом деле никто толком не знает, как он её создал. Её задачей было – установление сотрудничества человеческой и дельфиньей цивилизации, передача дельфиньей цивилизации информации о людях и, наоборот, тотальное изменение мышления людей, сближение человека и дельфина. Она должна была остановить экспансию Мидгарда и через братство людей и дельфинов и преображение человеческого сознания восстановить гармонию во Вселенной. Официальная наука отвергла деятельность доктора Лилли. Его научная карьера закончилась, и то, чем он стал заниматься, в глазах всего мира было чем-то средним между наукой, мистикой, философией и литературой. Последние годы жизни он провёл на Гавайях и употреблял кетамин. Когда он умер в 2001 году, моя бабушка сказала: “Вот не стало великого человека, самого большого друга дельфинов среди людей”, и все дельфины плакали в тот день. Однако дело доктора Лилли живёт, остались его ученики, которые распространяют Елену по миру, пытаясь изменить человечество. Елена – это и есть ваш контакт с нами, самое перспективное, что сейчас есть на Земле и в Океане. По-своему доктор Лилли был очень религиозным человеком, хотя его религиозность была весьма неконвенциональной, и, я думаю, это отразилось в устройстве Елены. Через Елену он передал нам всю человеческую культуру, всю духовность, всё лучшее, что создала ваша цивилизация, и мы любим вас за то лучшее, что в вас есть. Мы знаем ваших поэтов и ваших пророков, они всегда были близки по духу миру дельфинов. Теперь ваше время узнать что-то о нас благодаря Елене. Кажется, я рассказала вам всё. А теперь я должна последний раз оплакать своего сына и отпустить его навсегда».
С невыразимой любовью смотрит мама-дельфин на своего мёртвого ребёнка, чьё разлагающееся тельце омывают воды океана. Она плачет, поёт и молится одновременно, и слышно, что во время её молитвы над океаном звонят невидимые колокола. Темнеет небо, и в тучах хрустально и величественно поют небесные певчие, и Дух Божий носится над водами. И мать этого ребёнка поёт на дельфиньем языке свою прощальную песнь, смешивая её со словами последней проповеди Джона Донна, что носит название «Поединок со смертью»: «Спит мой ребёнок. Он чает Того, Чьё имя Восход. Во власти Господа Вседержителя врата смерти. В Его власти дать нам выход и освобождение, даже когда мы брошены в зубы к смерти, в челюсти смерти и к устам воронки, нашей могилы. Драгоценна в глазах Его смерть святых Его. Наш Бог – Бог всецелого спасения, потому что Ему, Господу Вседержителю, принадлежат врата смерти. Спит мой ребёнок. Истлело тело его. О, скоро плоть наша не увидит тления. Мы все не будем спать, но все мы изменимся. В одно мгновение мы будем уничтожены и в то же самое мгновение собраны воедино. О, тело сына моего, дитя царственных родителей, теперь должно ты сказать тлению “ты мой отец”, и червю “ты мать моя и сестра моя”. И перед ним, Господом Вседержителем, стояли врата смерти. Спит мой ребёнок. И нету другого пути в жизнь вечную, кроме смерти. Господь Вседержитель не знал других врат, кроме врат смерти. Бог отмщения действует свободно; Он казнит и милует кого хочет; помилует ли Он себя? Нет, не помилует. Любовь сильнее смерти, она проникает в смерть. Никакие воды не погасят любовь. Господу нашему Богу были уготованы кровавые врата смерти; и они показали Его любовь, но не угасили её. Разве только для людей пришёл Господь? Нет, Он пришёл для всех, и наше христианство – вселенская Церковь. Он Себя не помилует; не было ничего более свободного, добровольного и независимого, чем Его смерть. Он умер добровольно, Он должен был выстрадать всё. Бесконечная любовь, вечная любовь; как мало, однако, значения придал
