Читаем без скачивания Мы из спецназа. Поединок - Андрей Щупов

- Здоровеньки булы, - приветствовал он с порога.

- Ох, грязный-то какой! - тут же запричитала хозяйка. - Точно по болотам да кустам шастал.

- Было такое дело. Шастал…

Наталья с визгом бросилась к Стасу на шею и с ходу затараторила:

- А мы-то перепугались, когда твой Генка машину пригнал. Не знали, что и подумать. Хорошо хоть, он нас успокоил, да еще подарки от тебя передал.

- Какие такие подарки?

- Ну как же! Мне - конфеты, Антонине Васильевне - шаль. Она говорит, как раз о такой мечтала.

- Да уж спасибо, сынок, угодил старухе…

Стас обескураженно промолчал. Сказать было нечего. Генка, стратег, все просчитал, недаром математик. Чисто и красиво загнал в угол. Теперь уж действительно не отвертеться с пивом, придется выбирать время и организовывать посиделки.

- Слушай, Стасик! - продолжала стрекотать Наталья. - Ты представить себе не можешь, сколько я тут всего узнала. Просто супер! Оказывается, здесь свои пасеки держат. И у пчел мед есть. Меня уже трижды угостили. А хлеб тут такая вкуснятина! Совсем не то что наш городской. Прямо макаешь кусок в мед и ешь. А кино здесь по-прежнему смотрят в клубе. По телевизору только две программы. И то не у всех. Здорово, правда?

Близоруко щурясь, Антонина Васильевна подошла ближе:

- Вовремя, сынок, подошел. У меня и ужин скоро поспеет. Вот только в баню тебе бы сходить. У меня, конечно, банька старенькая, но греет еще. А истопить - дело несложное.

Зимин покачал головой:

- Сил нет, бабушка. Я лучше прямо во дворике умоюсь. Наталья бы мне полила.

- Тогда воду все равно нужно принести. У меня всего-то полведра осталось.

- О! Это я мигом! - Наталья выскочила в сени, вернулась назад уже с коромыслом, покрутила им в воздухе. - Видал, какая штука! Всю жизнь мечтала на таком воду носить.

- Колодец-то знаешь где? - Держась за стену, старушка закосолапила за ней следом. - Вниз по улице, не доходя до клуба. У нас и колонка есть, но она подале будет. И осторожнее там! Сруб у нас низкий, ворот тугой, а колодец дюже глубокий…

Но Натаха ничего уже не слышала. Звеня ведрами, она мчалась по улице.

Судя по всему, деревенская жизнь с ее незамысловатым патриархальным укладом пришлась ей явно по нраву.

Чувствуя, как подкашиваются ноги, Стас опустился на скамью. Да, дров он, конечно, наломал, и приличное количество. Впрочем, канал все-таки вчистую он не спалил, хоть пару отморозков в преисподнюю отправил и героин уничтожил. Как оно там дальше будет развиваться и чем еще аукнется - пока неизвестно, но, что бы ни случилось, о сделанном Стас не жалел.

Сейчас самым правильным было бы без задержек двигаться дальше, но он чувствовал себя измотанным и уставшим. Хуже нет, чем садиться за руль в таком состоянии. Залетишь еще в аварию, да и совсем подставишься. Как бы то ни было, но организм нуждался в передышке, а уж насколько быстро возвращаются к нему утраченные силы, Стас знал прекрасно.

Чувствуя, что его начинает клонить ко сну, Зимин энергично потер лицо руками. Ничего. Самое страшное позади.

С ним вроде все обошлось, и Натаха его дождалась, не угодила в очередную историю. Сейчас вот только умыться, потом поужинать - и снова можно в дорогу отправляться…

У печи хлопотала Антонина Васильевна, гремя кастрюльками и беседуя сама с собой на обычные для стариков темы:

- …И пенсии, говорят, снова повысят, а что толку, если все дорожает. Одно за другим разве ж угонится?… Хоть бы еще не воевали. А то не сидится мужикам дома. На Кавказ теперь лезут, а до этого в Афганистан. Сколько уж поубивало там ребяток наших. И тамошних опять же жалко. В холоде, голоде - уж который год… - Она подняла крышку, что-то звучно попробовала. - Ну вот, вроде и готово. Хлеба-то хватит, а воды Наталья принесет. Не поскользнулась бы. Очень уж нехороший у нас колодец…

Стаса выпрямило словно пружину. Слова «Наталья» и «колодец» сработали наподобие детонатора.

- Где, вы говорите, находится колодец?

- Да вниз по улице. Дома через три. - Антонина Васильевна обернулась. - Ты куда это?

- Да помочь бы надо… - Зимин, выскочив на улицу, зашагал в нужном направлении.

Еще издали он заметил возле сруба нехорошее копошение. Его предчувствия окрепли, Стас бросился к колодцу бегом. Всплескивала руками какая-то женщина, а в сруб то и дело заглядывали суетящиеся пацанята. Один из них, размахивая руками, пискливо рассказывал:

- Васька-то ей крутить сначала помогал, а потом за дужку ведра ухватился. А оно ж тяжелое - и кувырк! Городская-то его за ногу поймала, да не удержала - сама свалилась…

Стас торопливо раздвинул мальцов, склонился над срубом.

В лицо пахнуло черной прохладной глубиной. Вода и впрямь поблескивала где-то далеко-далеко внизу. Метров десять, а то и больше. Даже представить страшно, как падали вниз эти двое. Чудо, если не побились. Хотя если воды много, то, может, пронесло…

- Наташа! - позвал он. - Ты слышишь меня?

- Стасик! - внизу приглушенно всхлипнуло. - Мы здесь.

Вторя Наталье, по-щенячьи заголосил мальчонка, но тут же хлебнул воды, раскашлялся и заголосил еще громче.

- Что же делать-то, батюшки! - Женщина рядом со Стасом ломала руки. - Там ведь холодина какая…

- Пусть мальцы мужиков кликнут.

Стас с сомнением подергал за веревку. Особо прочной она не казалась, но какая уж есть. Цепь, видимо, сперли еще на заре перестройки. Металл был нужен стране, чтобы эшелонами переправлять бедствующим европейцам… Наклонившись над колодцем, он крикнул:

- Наташ, помоги там пареньку. Пусть цепляется за веревку, а я его вытяну.

- Стасик, у меня руки ободраны и пальцы совсем онемели!

- Потерпи немного. Сейчас вас вытащим. Пусть малец садится верхом на ведро и держится покрепче…

Кажется, внизу зашевелились. Дважды звякнуло ведро, веревка колыхнулась.

- Ну что там, готово? Я тяну. - Стас взялся за отшлифованную ладонями рукоять ворота, размеренно начал крутить. Работка оказалась не тяжелой, но от внутреннего напряжения Стас мгновенно вспотел. Соленые капли стекали ручейком по лицу, разъедали глаза. Поднимать «живой груз» без раскачивания не удавалось. Несколько раз парнишку ударило о стены сруба - не столь уж и сильно, но, и без того перепуганный, он всякий раз вскрикивал.

- Васька, мы здесь! - Один из мальцов сунулся в колодец. - Руку давай, дурак! Руку!

Опережая Стаса, женщина метнулась вперед, оттолкнула пацана в сторону и в следующий миг, обняв дрожащего хлопчика, выдернула его из колодца, показала подбежавшему мужику:

- Твой ведь постреленок, Петька! Еще немного - и утонул бы.

Мужик схватил поскуливающего паренька в охапку, обескураженно выматерился.

- И девка еще там. Небось промерзла уже вся.

Стас снова нагнулся над срубом:

- Наталья, лови ведро. Сейчас тебя поднимем.

Резко крутанув ворот, в последний момент он все-таки сообразил, что летящее вниз ведро может попасть по Натахе. Рукой притормозил бешеное вращение.

- Ну что, поймала? - Это кричала уже женщина.

- Стасик! - Голос у Натальи дрожал. Чувствовалось, что говорит она с трудом. - Мне холодно!

- Хватайся за веревку и садись прямо на ведро! Держишься? Поднимаю!…

На этот раз крутить было тяжелее. Наталья, конечно, не принадлежала к категории тяжеловесов, но малолетнего пацаненка перевешивала, как минимум, вдвое. Стас не спешил, полагаясь на крепость веревки, но, увы, надеждам не суждено было оправдаться. Неприятность произошла уже в следующую секунду. Веревка лопнула, и Зимина рывком бросило назад, а в колодце послышался всплеск, сопровождаемый женским криком:

- Стасик, вытащи меня отсюда!…

- Ох Господи! Что же теперь делать-то? - Женщина, всхлипнув, утерлась платком.

- Веревку надо искать, - глубокомысленно произнес Петька. - А то дуба даст от холода…

Пронзительно глянув на мужика с бабой, Стас коротко приказал:

- Дуйте-ка за веревкой. Все, что есть подходящее, все тащите.

- У меня камера дома, - встрял один из мальцов. - Только она в колодец не пролезет.

- Помалкивай со своей камерой! - Женщина шлепнула его по затылку.

Стас решительно перебросил ноги через сруб, снова повторил:

- Ну? Чего ждем? Хотите, чтобы она там околела?

- Эй, парень, да ты что удумал-то?

- Марш за веревкой! - по-командирски рявкнул Стас. - Наталья, сейчас доберусь до тебя, держись.

Влажные бревна оказались скользкими, но Стас удерживал себя от падения руками и довольно быстро спускался.

Хуже было внизу, где от времени и постоянной сырости некоторые бревна превратились почти в труху и проваливались под ногами. Да и устал он все-таки после недавнего марафона. Полноценной передышки так и не вышло. Тем не менее он благополучно спустился. Вода чернела совсем рядом, а в ней, громко выбивая зубами дробь, бултыхалась Наталья.