Раньше все было по-другому. Не было никаких королей, народ правил сам собою. По истечении определенного времени жители каждой деревни собирались вместе и принимали важные решения; то же относилось и к общим вопросам, которые решали посланники разных ампул. Но это быстро кончилось. Некоторые попытались взять власть силой, и Заления оказалась на грани войны. Чтобы избежать военного конфликта, один из самых уважаемых посланников предложил избрать короля.
В сущности, нам не на что жаловаться, - говорила Ондина, - важно жить в мире. Если попадется плохой граф, есть надежда, что последователь будет лучше. Ведь буря же не вечно бушует, правда?
Граф занимается и юридическими вопросами. Когда его солдаты хватали преступника, его отправляли в тюрьму и ждали решения графа, поскольку только он мог назначить наказание.
- А если случится, что графа… нет, он не успел приехать? - спросил Сеннар с беспокойством.
Ондина замялась:
- Не думаю, что эта информация тебе понравится.
- Все равно говори. Девушка прикусила губу.
- Если граф не дает о себе знать, судьбу преступника решают стражники, - выпалила она, но тут же улыбнулась, чтобы успокоить Сеннара. - Но ты не беспокойся. Я уверена, что граф тебя выслушает и устроит встречу с королем.
Сеннар надеялся, что девушка окажется права. Но проходили дни, а граф так и не появлялся.
11. СТАРИК В ЛЕСУ
Они уверенно шли лесом вдали от границы. Ниал не удавалось почувствовать приподнятость и радость первых поездок. Все уже было привычно: часы скачки на коне, какие-то отрезки пути пешком по труднопроходимым тропам, где коня надо вести под уздцы, ели молча, не отрываясь от миски. Если бы она была только с Лайо, они, может, и поболтали бы, но с этим солдатом обстановка для разговоров была не самой располагающей.
Матон был лет на шесть-семь постарше ее, но мрачный и молчаливый, как старый брюзга. Он редко говорил и никогда не улыбался.
- У него была трудная жизнь, - сказал однажды Лайо. - Он незаконнорожденный сын благородных родителей, которого совсем маленьким подбросили в казарму, армия взяла на себя все заботы о нем. Вот он и вырос диким, как волк. Ему, бедняге, действительно пришлось нелегко.
После этого открытия Ниал стала относиться к солдату с большей симпатией, но тот продолжал молчать и ничего не делал, чтобы стать ближе.
Да и Лайо не сказать чтобы был особенно разговорчивым. Он был задумчивее обычного. Когда Ниал смотрела ему в лицо, ей казалось, что она видит что-то новое: решительность во взгляде, которой она раньше не замечала. Для Лайо битва уже началась, Ниал знала, что прежде, чем разбираться с отцом, он должен разобраться сам с собой.
Довольно быстро Ниал стала скучать. Дни протекали медленно, и она со вздохом облегчения встречала наступление ночи, надеясь, что, по крайней мере, во сне время пролетит быстрее.
За десять дней они доехали до Земли Воды. Так называемая миссия не была срочной, Лайо не очень-то жаждал поскорее достигнуть цели. Как только они перешли границу, Лайо еще больше помрачнел. В этот момент Ниал сказала сама себе, что если ее задача - моральная поддержка друга, то, наверное, настал час этим заняться.
- Не стоит бояться именно сейчас, - сказала она однажды, когда их попутчик заснул под веселое потрескивание костра.
- Я уже чувствую, как отец дышит мне прямо в спину.
- Ты добрался сюда, это уже немало. В последний раз ты ведь не так далеко заехал?
Лайо робко улыбнулся.
- Верь в то, что ты делаешь, Лайо. Это важно. Все будет хорошо.
Но в эту же безлунную и беззвездную ночь Ниал поняла, что ошибалась. За эти десять дней она не заметила ничего странного, никакого признака опасности. Она почувствовала уверенность, и именно из-за нее попала в ловушку.
Их было десять. Шаги - осторожнее, чем у простых солдат. Они тихонько, с оружием в руках, подошли к стоянке трех путешественников, готовясь к нападению; люди, привыкшие жить и действовать в тени, банда воров, ловких, как кошки.
Даже Ниал, которая всегда была начеку, поначалу ничего не заметила. Звук хрустнувшей ветки и легкое шуршание, похожее на шуршание одежды, зацепившейся за кусты, заставили ее проснуться. Она открыла глаза и увидела группу людей, окружавших стоянку. Люди были вооружены, они тихо приближались, оглядывались и показывали знаками, кто что должен делать. Двое уверенно направились к мешкам, а третий подошел к спящему Лайо с кинжалом в руке.
Ниал закричала и вскочила на ноги с мечом в руке, приготовившись к бою. Лайо и солдат внезапно проснулись и схватились за оружие, а Ниал бросилась на ближайшего разбойника и прикончила его одним ударом.
Лайо попытался броситься вперед, но один из разбойников без труда обезоружил его, ударив по руке палкой. Потом пинком в грудь бросил на землю и уселся верхом.
- Спокойно. Не шебуршись, и ничего с тобой не случится, - сказал он, приставив кинжал к горлу. - Пока что.
Ниал занялась еще одним разбойником. Она постаралась взять его неожиданно, напасть молниеносно, но тот не дал себя провести. Это был очень плотный человек с мускулатурой, словно раздувавшей его куртку. Он легко отразил все выпады Ниал, бешено контратаковал и довольно глубоко загнал ее в гущу леса.
Полуэльфийка дралась, как фурия. В лесу слышались тысячи шорохов, как будто там скрывалось бесконечное множество врагов. Потом раздался дикий вопль.
Тут девушка совершенно озверела.
- Нет! Лайо! Матон! - крикнула она, отрубила руку противника и оставила его в кустах истекать кровью.
Хотела вернуться к месту стоянки, но потеряла ориентиры. Полуэльфийка с трудом разглядела две тени, пробирающиеся среди деревьев, и расслышала топот приближающихся шагов у себя за спиной. Она вытянула меч перед собой, напрягла ноги перед броском и подняла руку для выпада.
Вдруг - словно взрыв - сильная боль в голове. Горячий ручеек потек по спине. Сомкнулась плотная отчаянная темень.
Ниал прищурилась. У нее жутко трещала голова. Даже тишайший звук отдавался в висках и превращался в невыносимый шум. В глазах стоял туман, ей не удавалось рассмотреть хотя бы что-то на месте, где она находилась. Вроде бы это был грот, но ничего другого разглядеть она не могла. Девушка вытянула руки и ощупала все вокруг себя. Ниал лежала на соломенном тюфяке и была прикрыта легкой простыней.
Она услышала пронзительный металлический шум, в поле зрения возникла какая-то смутная фигура.
- Ура! - раздался мужской голос. - С приятным пробуждением!
Ниал подняла руку и прикоснулась к голове:
- Прошу тебя, говори потише.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
