с рук, то лишится не только уважения, но и бизнеса. Кто же с ним после этого захочет иметь дело? А ведь он здесь лицо не последнее, в том числе и благодаря мне.
В ожидании развязки, я достал пачку сигарет.
— Будешь? — спокойно предложил испуганной Бандо.
— Директор, вы шутите⁈ Как вы можете оставаться спокойным, когда вокруг творится такое? — накинулась на меня с обвинениями.
— Тебе будет легче, если я начну бегать по крыше кругами и кричать, всё пропало, мы все умрём? Просить перед смертью отдаться, говоря о пяти минутах до конца света, — с искренним любопытством на неё посмотрел.
— Нет, конечно! — возмутилась нелогичная менеджер.
— Вот я и не бегаю. Вместо этого решил немного покурить, успокоиться, полюбоваться облаками. Дальше от нас уже мало что зависит. Расслабься. Всё будет хорошо, — попытался приободрить личным примером.
— Вам легко говорить. Не похоже, чтобы вы нервничали, — обвинила меня в отсутствии чувства товарищества.
— Поверь, я нервничаю. Как представлю, что мне придётся объяснять дедушке, как я провёл «каникулы», так сразу в дрожь бросает, — огорчённо пожаловался. — Вот в такую, — показал на пальцах, разведя их в стороны.
Чувство юмора лучше всего позволяет бороться с унынием и отвлекает от проблем.
— Дедушке? — удивилась девушка, подумав о чём-то своём. — Точно. Нужно позвонить дедушке, пока не поздно.
Спохватившись, она позвонила своему и сказала, что любит его. Что сожалеет о случившемся и, вообще, он сам в этом виноват, — в конце заявила из вредности.
Её дед от такого неожиданного звонка малость обалдел. Заподозрил, что она, либо чего-то уже натворила, либо только собирается. Улёгшись поудобнее на прогретую солнцем крышу, застланную цветастыми половичками, я согнул ноги, закинул одну на другую и принялся выпускать дым. Сделать из него колечко у меня до сих пор не получалось. Демаскировать он не сможет, я же не дымовую шашку палю и не с эльфами в прятки играю.
— Да, всё нормально. Отстань. Я счастлива. У меня всё хорошо. Просто хотела сказать, что люблю тебя, — Бандо принялась оправдываться таким тоном, что я бы на его месте тоже не поверил. — Нет, я не на работе. Уехала за границу. Решила немного попутешествовать. Нет, не одна. С другом. Да, с другом. Что тут такого? Не повышай на меня голос. Нет, это просто друг. Что он делает? — менеджер посмотрела на меня безумным взглядом. — Лежит рядом и курит.
Я закашлялся, представив, что мог подумать её дедушка, основываясь на виноватых интонациях внучки, и тому, что она многого не договаривала.
— Когда мы вернёмся? Не знаю. Ещё не решили. В общем, если я на время пропаду, не беспокойся и не ищи меня. Нет, я не вышла тайно замуж. Да кому нужно твоё одобрение, старый… пень, — девушка разозлилась. — Всё, вешаю трубку, пока-пока. Целую.
— Бандо-сан, а вы смелая, — восхищённо покачал головой, заставив её смутиться.
— Господин, они уже близко. Ищут, где мы укрылись, — предупредил один из охранников, следивший за дорогой.
С наигранным кряхтением я приподнялся, отряхнулся и переместился в ту часть крыши, которая граничила с началом лестницы. Следующие несколько минут мы напряжённо прислушивались к окружающим звукам.
Разделившись, вооружённые арабы, выглядевшие неотличимо от местных горожан, прочёсывали местность. Один из них, к нашему невезению, решил проверить именно эту крышу. Выставив вперёд автомат, он осторожно принялся подниматься по лестнице, боясь неизвестности больше, чем мы его.
Наверное, мне нужно было поступить как в Assassin’s Creed. Эффектно спрыгнуть на него с крыши и бесшумно убить, каким-нибудь изощрённым способом, а потом, возомнив себя чёртовым акробатом, залезть обратно по стене. Однако я выбрал куда более простой способ потянуть время. И менее шумный, чем если бы мы его просто застрелили. На секунду высунувшись над парапетом, я метко метнул тяжёлый цветочный горшок с каким-то широколиственным растением, разбив и его, и чужую голову.
— Отлично. Немного времени у нас ещё есть, — полюбовался результатом.
— Давайте заберём его оружие, — предложила Бандо.
— Зачем? — я удивился, не видя в этом необходимости, уже зная, что мы будем делать дальше.
— Чтобы отстреливаться.
— Ты, правда, надеешься в кого-то попасть из древнего, не пристрелянного, изношенного калаша под огнём противника? Да ты не только смелая, но и большая оптимистка. Мы же не в кино и не с профессиональной армией имеем дело. Судя по внешнему виду, это даже не профессиональные наёмники, а местное отребье. Оружие у них такого же качества, как и подготовка.
— И что тогда будем делать? — растерянно моргнула девушка.
— Давай подумаем вместе. Сколько у нас шпаг?
— Ни одной, — она хоть и обалдела от такого вопроса, но честно ответила.
— Сколько у нас мушкетов?
— Ни одного.
— А сколько нас?
— Четверо.
— Надеюсь, все мушкетёры?
— Кто это?
— Неважно. А Д’Артаньяны есть?
— Директор, это какое-то ругательство?
Если человек любит читать и состоит в литературном клубе, это вовсе не означает, что он прочитал все книги, тем более иностранные.
— Почти. Ну, хотя бы вино-то у нас есть? — я фальшиво расстроился.
— Господин Мацумото, это мусульманская страна. Какое ещё вино? — ахнула Бандо, подумав, что начальник перегрелся на солнышке, забеспокоившись ещё сильнее.
— Я надеялся на хорошее, бургундское. Ну и как в таких условиях совершать героические поступки? Это решительно невозможно. Поэтому, когда нас прижмут всерьёз, мы тут же сдадимся. Выбираться из плена гораздо проще, чем с кладбища. Если это вопрос денег — то это даже не вопрос, а так, небольшая, досадная помеха.
Будь я один, то, возможно, попытался бы что-то предпринять, но с таким гражданским «багажом» не хочу рисковать. Как не хочу терять и охранников. Они тоже люди, у них есть семьи. К тому же геройствовать в чужой стране — это крайне неблагодарная работа.
Несколько секунд Бандо сверлила меня недоверчивым взглядом, надеясь услышать, что нас уже спешит спасать пятый американский флот, базирующийся в Бахрейне, считай, рядом. Не дождавшись, схватила телефон и опять принялась кому-то срочно звонить.
— Фукуда? Это я. Как у тебя дела? Как там в офисе? — принялась расспрашивать юриста подозрительно заботливым тоном. — Цветы уже полила? Поела? А
