Читаем без скачивания Бесенок (СИ) - Ланцов Михаил Алексеевич

Посему Алексею не стоило большого труда увести преподавателя в нужную сторону. Просто посредством вопросов. И они уже через месяц занятий стали изучать влияние кислот на вещества. Что позволило царевичу начать нужные опыты, хоть как-то их оправдав и объяснив. Как раз те, в которых он был мало-мало сведущ.

Какую-то мощную взрывчатку или бездымный порох Алексей «открывать» не стал. Для их применения требовались весьма значимые производственные мощности с хорошей культурой и трудовой дисциплиной. Иначе можно будет утомиться строить новые мануфактуры на месте воронок… что остались от старых.

Посему он решил остановиться на том, что в теории в первые десятилетия можно было изготавливать лабораторным способом в достаточном объеме для практического применения. То есть, на смесях для капсюлей.

Один из классических вариантов состоял из гремучей ртути, серы и бертолетовой соли. «Открывать» сразу два интересных и необычных состава царевич посчитал перебором. Решив растянуть это удовольствие на некоторое время. Заодно прощупывая возможности для его применения.

Решено. Сделано. Благо что синтезировать гремучую ртуть, зная, как это делать, дело достаточное простое. Главное не соваться туда самому, а руководить чуть со стороны. Чтобы и ртутью не надышаться, и не попасть под раздачу в случае взрыва….

Ромодановский подошел к столу и с интересом осмотрел испытательный стенд. Колхозный чуть более чем полностью.

Тиски.

В них зажат обрезок доски. На ней смонтирован изуродованный грубой доработкой кремневый замок. И все.

Доработка замка заключалась в том, что крышка запальной полки и кресало замка были сняты. Вместо них в запальное отверстие ввернули наспех сделанную брандтрубку на которую капсюль и недевали. Кремень в курке же заменили на такой же спешно сделанный молоточек. Зажимаемый. То есть, переделка была минимальной по затратам и времени.

— Что сие? — спросил Федор Юрьевич.

— Это… просто поделка, для того, чтобы опыты проводить.

— Какие? Я слышал хлопки. Они как-то связано?

— Да, вот смотри. — произнес Алексей и кивнул мастеровому из его химической мастерской.

Тот поставил курок на полувзвод. Надел на брандтрубку медный колпачок капсюля. И отойдя на пару шагов потянул за бечевку, привязанную к спусковому крючку.

Бах!

Резко ударило по ушам от взрыва небольшой порции гремучей ртути. В замкнутом помещении и этой навески хватало. От чего Ромодановский аж присел. Хотя больше из-за неожиданности.

— Что сие? — повторил он вопрос.

— Всепогодный надежный запал. — ответил царевич. — Во время изучения химии мы случайно наткнулись на одну из солей ртути, которая от удара взрывалась. И решили попробовать — получиться ли ее применить для полезного дела. Вот и изобразили это.

— И что? Получается?

— Мы пока опыты ставим. Кажется, что идем в нужную сторону. Но одной той соли недостаточно. Судя по всему, придется продолжить опыты.

— А почему всепогодный?

— Потому что ветер с полки не сдувает. Дождь намочить не может. Да и этот вариант понадежнее будет, все-таки кремневый замок дает много осечек. А тут, судя по всему, их не будет. Что еще? Снопа искр такого нет, как на кремневом замке.

— Я смотрю, что переделка замка не выглядит сложной.

— Это на скорую руку. Но да, его достаточно легко можно переделать. А при нужде вернуть все в зад.

— И как скоро твои опыты закончатся?

— Не могу знать. — пожал плечами Алексей. — Дело то новое. Вряд ли быстро. Может год, может два. Повторюсь — одной соли явно мало. Тут смесь нужно подбирать какую.

Князь-кесарь покачал головой.

Ему с трудом верилось в то, что он видел. Алексей же добавил.

— Это ведь пригодится не только для запалов.

— А куда еще?

— Сейчас бомбы и гранаты перед выстрелом поджигают?

— Да. И это очень опасно.

— И взрываются они, когда запал прогорит, а не когда надо?

— И тут тоже верно.

— А если у нас все получится с этим запалом, то можно будет придумать для бомб и гранат ударный подрыв. Вот ударились в землю там или борт корабля — и взорвались. Сразу. Или еще чего удумать.

— Интересно… — покивал Федор Юрьевич. — Очень интересно. Я думаю, что твоему отцу это очень понравится. Так что, если понадобится что — не стесняйся. Спрашивай. Дело сие надо ускорить. Будет очень славно, если к его возвращению ты управишься.

— Я постараюсь. Но ничего не обещаю. И… Федор Юрьевич, ты по делу зашел? Как-то неожиданно. Али случилось что?

— У тети твоей сейчас ждет Алексей Семенович Шеин. Она его поит-потчует да разговорами занимает, пока мы тут с тобой болтаем. Пойдем. Поговорим с ним.

— О чем? Он же вроде как старший воевода на Москве сейчас.

— Вот поэтому и поговорим.

— Не понимаю, — ответил царевич уже на ходу. — Я ведь военными делами не занимаюсь.

— Ой ли? — усмехнулся Ромодановский, давая понять, что морочить голову и прикидываться бедной овечкой нужно в меру…

Федор Юрьевич привел гостя сюда, заманив именно военным вопросом. Впечатленный опытами царевича с ускоренной перезарядкой, он решил ее продемонстрировать военному командующему столицы. Для чего они выдвинулись к стрельбищу, где занималась охрана Алексея.

Стенку из навала бревен там уже заменили на земляной вал. И вообще — облагородили. Даже площадку, откуда обычно ведется пальба, прикрыли навесом. Чтобы в непогоду не прекращать упражнения…

Смена охраны выстроилась, взяв в руки свои карабины.

Старший выполнял роль капрала, то есть, командовал ими. А потому свое оружие брать не стал.

— Сначала демонстрация на скорость, — заказал маленькое шоу Ромодановский.

Алексей кивнул.

Ребята все тоже услышали.

И по свистку начали работать.

Капрал командовал сокращенно: заряжай да бей.

Новый свисток.

— Минута, — заметил царевич, указав на песочные часы. — Шесть выстрелов. И обрати внимание Алексей Семенович — видишь мишени, обозначающие строй? В них попали. Можешь глянуть поближе и посчитать пробоины. Не так и много пуль ушло мимо.

— Да я и отсюда видел, как от щитов щепки летели. Так что лишнее то. — ответил Шеин.

— Ну как знаешь, — пожал царевич плечами. — Как тебе скорострельность?

— Невероятная! Но я так и не понял — как.

— Коль, — крикнул Алексей командиру смены, — повтори один залп заново, только медленно.

— Есть.

И началось.

— Куси! — раздалась первая команда. И бойцы, достав бумажный патрон из подсумка откусили его хвостик.

— Сыпь! — бойцы высыпали из надкушенного бумажного патрона порох в ствол, а потом и закинули следом патрон с помещенной в него пулей.

— Прибей! — громко раздалась третья команда, после которой бойцы энергично и довольно резко несколько раз ударили своими карабинами о землю прикладом. Прибивая порох. Вместо того, чтобы доставать шомпол и прибивать им.

— Ложи! — вновь подал приказ командир. И все пять карабинов взлетели к плечу. С предварительным переводом курков в боевое положение. Ну и прицеливанием в финале.

— Бей! — и раздался достаточно слитный, правильный залп.

— Занятно. Почему на полку они порох не сыплют я знаю. — произнес Шеин. — Федор Юрьевич рассказал, что ты там выдумал какую-то хитрость с запальным отверстием. А отчего шомполом не пользуются?

— Тоже чтобы время с экономить.

— Это ясно. Но ведь они нормально все прибивают и пули с бумагой нигде не застревают. Как такое возможно?

— Тут все просто. Пуля отливается с чуть большим зазором. Летит может не так точно и далеко, но как ты видишь, это помогает ускорить залпы. Шесть выстрелов в минуту. Я думаю, что это не предел, хотя и близко. Если ребята еще поупражняются, возможно, выйдут на семь выстрелов.

— Я же говорил?! — торжествующи спросил Ромодановский.

— Говорил… говорил… — покивал головой Шеин. — Да только толку со всего этого нам сейчас?

— Как так? Не понимаю тебя.

— Ты ведь хочешь, чтобы я сию придумку в войсках московских ввел?