За обедом он небрежно заметил:
– Ветер довольно прохладный, мне кажется, вечером нам лучше не выходить на палубу.
– Может быть, сыграем в трик-трак? – предложила Лукреция.
– Отличная мысль, – рассеянно ответил маркиз. – Простите, мне надо кое-что сказать капитану.
Он вышел из каюты и хотел было подняться на палубу, но капитан уже успел спуститься навстречу ему, так что Лукреции были слышны их голоса.
Она подошла поближе к двери.
– Милорд, мы сможем бросить якорь вблизи Сен-Пьер д’Эглис минут через тридцать, – доложил капитан.
– Старайтесь держаться в тени утесов, – отозвался маркиз. – Нельзя, чтобы нас заметили в сумерках. И держите наготове шлюпку, чтобы доставить меня на берег, как только мы бросим якорь.
– Слушаюсь, милорд. Вы должны встретить двух джентльменов?
– Да, лорда Бомонта с сыном. Они будут ожидать меня в условленном месте. Я провожу их к шлюпке. Если что-то пойдет не так, капитан, следуйте прежним инструкциям.
– Слушаюсь, милорд. – Поколебавшись секунду, капитан спросил: – Прошу прощения, милорд, а вы рассказали обо всем ее светлости?
– Ей не следует про это знать, – ответил маркиз. – Однако, если я не вернусь, постарайтесь ее не пугать. Просто скажите, что у меня была назначена, а затем перенесена встреча и что я в полной безопасности.
– Как и всегда, милорд.
Маркиз хохотнул.
– Да, я всегда был в безопасности! Хотя иногда моя безопасность висела на волоске, как вы знаете.
– Даже слишком хорошо, милорд. Должен сказать, я успокаиваюсь, только когда вы поднимаетесь на борт.
– Спасибо, капитан. На этот раз я наверняка смогу о себе позаботиться. Остается единственный вопрос: будут лорд Бомонт с сыном ждать меня как условлено?
– Остается лишь надеяться на это, милорд.
– Майор Уиллоби предупреждал меня, что они изменят свой облик. К счастью, Бомонт хорошо говорит по-французски.
– Милорд, если их не будет в условленном месте, оставаться и ждать их было бы неблагоразумно, – предостерег капитан.
– Разумеется, – согласился маркиз. – Однако премьер-министр очень надеется на то, что они будут доставлены в Англию быстро и безопасно.
– Нам остается только сделать все, что в наших силах, милорд.
Поняв, что разговор закончен, Лукреция вернулась к столу и, когда маркиз вошел, уже безмятежно сидела, расставляя шашки на доске.
Выиграв две партии у маркиза, Лукреция поняла, что он никак не может сосредоточиться, и поднялась, делано зевнув.
– Пожалуй, я пойду спать, милорд.
– Чудесная мысль, – с облегчением сказал он.
Она присела в реверансе.
– Спокойной ночи, и благодарю за очень приятный день.
– Очень приятный день, – будто эхо повторил маркиз, поднося ее руку к губам.
Лукреция неторопливо пошла к себе в каюту. Но, лишь оказавшись там, она с лихорадочной поспешностью сняла вечерний наряд, переоделась в простое темное платье и завернулась в темный плащ.
Потом она подошла к двери и прислушалась. Маркиз был в своей каюте. Лукреция догадалась, что в этот момент он тоже переодевался.
Она бесшумно поднялась на палубу. В тот момент как раз бросили якорь и спускали на воду шлюпку.
Дождавшись, когда шлюпка будет спущена, она, к изумлению экипажа и старшины, возглавлявшего команду, стала спускаться вниз по веревочной лестнице. Внизу ее подхватили и помогли сесть в шлюпку.
– Вы с нами, миледи? – с сомнением спросил старший матрос.
– Только до берега, – ответила Лукреция. – У меня ужасно болит голова, и мне, по-моему, стоит сменить обстановку. Не выдавайте меня его светлости, пока мы не отойдем от яхты на приличное расстояние. Вдруг ему придет в голову, что моя прогулка может быть сопряжена с опасностью!
Говоря это, она улыбалась старшине. Молодой человек, изумленный ее естественным, дружеским обращением, с готовностью заверил:
– Обещаю молчать, миледи.
Шлюпка качалась на волнах в тени яхты. Впереди, ярдах в ста от них, начинались утесы, Лукреция разглядела за ними бухту и сообразила, что именно там они и должны пристать к берегу.
Матросы взялись за весла, а старшина – за руль, когда наверху, на палубе, появился маркиз.
Его никто не сопровождал. По веревочной лестнице он спустился в шлюпку. Старшина сразу же отдал команду отчаливать, и гребцы направили шлюпку к берегу.
Заняв свое место на корме, маркиз увидел рядом Лукрецию. Он онемел от изумления. В первую минуту маркиз не узнал ее, закутанную в черный плащ, капюшон которого скрывал ее лицо и волосы.
– Лукреция! – воскликнул он приглушенным голосом. – Что вы здесь делаете?
– Я буду с вами только до берега, – ответила Лукреция. – Голова у меня разболелась еще больше, и я решила, что мне надо побыть на берегу.
– А вы не подумали, что вам следует спросить у меня разрешения?
– А зачем? – осведомилась она невинным тоном. – Что плохого в том, чтобы вместе с вами сойти на берег?
– Кто сказал, что я собираюсь сходить на берег?
– Но это же совершенно очевидно! – Она видела, что он встревожен и раздражен ее выходкой. – Я прекрасно понимаю, что вам захотелось прогуляться после стольких дней, проведенных в море. На яхте так мало места!
– Да, я тоже так подумал, – ответил маркиз с явным облегчением. – Эта часть страны – дикая, необитаемая. И вряд ли меня кто-нибудь здесь увидит.
– Конечно нет, в ночное-то время! – согласилась Лукреция.
Они добрались до берега, и маркиз строго сказал:
– Вы немедленно возвращаетесь на яхту, Лукреция. Это понятно?
– Конечно! Хотя, как я полагаю, шлюпка должна будет вернуться за вами. Как долго вы намерены здесь гулять?
– Около получаса, – ответил маркиз.
– Тогда желаю вам хорошо провести время. Полагаю, я еще не буду спать, когда вы вернетесь.
– Надеюсь, – сказал маркиз.
Двое матросов перепрыгнули через борт и вытянули шлюпку на берег, покрытый галькой.
Маркиз, ступив на сушу, ни слова не говоря, скрылся за скалой.
Когда матросы, которым, по-видимому, были заранее даны распоряжения, сталкивали шлюпку обратно на воду, Лукреция попросила старшину:
– Подождите минутку!
– Мы должны доставить вас на яхту, миледи. Вы же слышали – так распорядился маркиз.
– Знаю, но все равно… подождите.
Она очень достоверно изобразила, что рассматривает что-то под полой своего плаща. А потом объявила:
– Должно быть, маркиз забыл. Он просил меня подержать этот компас, а потом я, к великому сожалению, не успела его вернуть. Это очень важно! Я должна отдать ему компас.
