Читаем без скачивания Бандитские игры - Иван Стрельцов

— Что еще? — ухмыляясь, спросил бородач.

— Сыр «Радомир» свежий? — поинтересовался я, разглядывая головки молочно-белого сыра.

— Просроченного не держим, — последовал короткий ответ.

— Отлично. Тогда, пожалуйста, взвесь нам один кружок. — Приятно заказывать, когда в кармане шуршат деньги.

Кружок в красной упаковке с большой этикеткой оказался размером с волейбольный мяч.

— Два батона индюшиной колбасы. — Я указал пальцем на витрину холодильника. После того как здоровяк сложил заказанное в кулек «Мальборо», я добавил: — Упаковку ветчины, три пачки галет, пять вишневых кексов. — Взгляд уперся в витрину с алкоголем. Виски, джин, ром, водка, пей не хочу. Мой грешный язык так и норовил ляпнуть: «и шкалик водки», но нельзя, не в том мы положении, чтобы пить. Наконец, совладав с соблазном, я произнес: — И блок «L&М»

Продавец все упаковал, выставил перед нами на прилавок и стал дожидаться, когда кассовый аппарат выбьет длинную ленту чеков. Я достал из внутреннего кармана бумажник, отсчитал нужную сумму и уже хотел забрать пакеты, с продуктами, как вдруг на заправку въехали две машины. Блестя черным лаком капотов и тонированными стеклами под навесом замерли два джипа «Мицубиси-Паджеро».

«Словно в американском фильме про мафию», — подумал я, глядя, как синхронно остановились два японских красавца. В передней машине хлопнули дверцы, но вместо мужчин в черных костюмах из салона «Мицубиси» выбрались двое парней в коротких дутых куртках, делающих фигуры приехавших шарообразными.

«Под такими куртками можно спрятать что хочешь», подумал я, снова ощущая запах мертвечины. Парни, оглядевшись, что-то спросили у охранника и не спеша направились к магазину.

— Возьмите кульки с провизией, — велел я Картунову, — и отойдите в конец прилавка. Стойте спиной к входу. Если услышите выстрелы, сразу падайте на пол.

Вадим Григорьевич ничего не сказал, лишь сильно побледнел, взял два пакета, отошел в сторону и уставился на стелажи с консервами. Я тем временем обратился к продавцу:

— Дружище, покажите мне «Джонни Уокер».

Пока бородач тянулся на верхнюю полку за прямоугольной бутылкой с красной этикеткой, я запустил руку под куртку и, обхватив пальцами рукоятку пистолета, большим пальцем взвел курок. Щелчок взводимой пружины не был слышен из-за грохота открываемой двери.

— Кто такие, документы, — раздалось за моей спиной и тут же на плечо легла чужая рука. Чтобы метко стрелять из кармана или подмышки, надо долго тренироваться. В свое время я тренировался очень долго, хотя до сегодняшнего дня применить свое мастерство случай не представлялся.

Опершись локтем левой руки на прилавок, я слегка развернул корпус в направлении голоса и плавно нажал на курок. Оглушительно грянул выстрел, обожгло бок. Выхватив оружие, я сделал разворот с одновременным приседанием, тут же поймав в прицел дутый силуэт второго вошедшего, снова нажал на курок. Выстрел, сноп огня — и тяжелая тупая пуля шлепком врезается в того, отбросив его тело к дверям.

Секундное замешательство, и возле джипов появляются еще несколько парней в таких же просторных темных куртках. Им надо несколько секунд, чтобы ворваться в магазин. Подняв пистолет выше их голов, я еще раз нажимаю на курок. С грохотом разлетаются стекла витрины, а скопившиеся возле машины боевики прячутся за ними, выхватывая из-под одежды оружие. В следующую секунду шквал огня превращает магазин в решето с фейерверком битых стекол.

Рухнув на пол, я ползком подобрался к лежащим незнакомцам, оба они были живы и громко стонали. Распахнув на первом куртку, обнаружил тяжелый бронежилет и подмышечную кобуру с автоматическим пистолетом Стечкина. Забрав оружие и две запасные обоймы к нему, я сунул руку в нагрудный карман куртки, там оказалась красная корочка удостоверения с золотым тиснением «МВД России», впрочем, ничего другого я не ожидал там найти.

У второго, кроме бронежилета и удостоверения, оказалася автомат «АК-74» со складным прикладом. Забрав документы и оружие, я подполз к вжавшемуся в бетонный пол Картунову. Слава богу, у него хватило мозгов не вскочить под огнем. А огонь был знатным, все, что только можно было, разбито или продырявлено. Благо «Мицубиси», служившие стрелкам укрытием, не позволяли вести прицельный огонь, иначе бы нам каюк.

— Уходим, — прокричал я сквозь грохот автоматного огня и, подхватив упаковку с нарзаном, проскользнул за прилавок по узкому проходу. За мной, сопя, полз вице-мэр, как труженик муравей таща нашу провизию.

Все полы магазина были засыпаны битым стеклом и залиты разноцветной жидкостью, стекавшей со стеллажей, где свисали изуродованные обрубки салями, взорванные банки с паштетами. Среди всего этого лежал бородатый продавец крепко зажмурившись и зажав двумя руками прямоугольную бутылку «Джонни Уокера»

— Где выход? — спросил я здоровяка, больно ткнув его стволом автомата в бок.

— Там, — махнул он в противоположную от входных дверей сторону.

Мы ползком добрались до указанного места. В разнесенной подсобке стоял сильный запах алкоголя и чесночного кетчупа, там я увидел дверь. Вывалившись наружу, перекатился к оврагу. Картунов, как прилежный ученик, выполнил точно такой же маневр, да еще с кульками.

Мы бегом преодолели овраг, взбежав к еловой посадке, Я не слышал выстрелов. Наши преследователи приходили в себя, надо было торопиться…

«Шевроле» стоял, что называется, «под парами», Акулов одной рукой держался за руль, другой сжимал свой «макаров». Увидев нас, бегущих к машине, он сперва спросил: «Засада?» Но затем его взгляд выхватил кое-какие детали, не вяжущиеся с понятием «засада». В левой руке я держал автомат, а из-за пояса задранной куртки выглядывала рукоятка «стечкина» — более чем странные приобретения в дорожном магазине.

— Что случилось? — спросил Андрей, когда мы садились в машину.

— Дайте закурить, — сипел, как рваные кузнечные мехи, Картунов. — Он только что застрелил двух милиционеров.

— Что-о? — Из удивленно раскрытого рта нашего водителя вывалился окурок сигареты.

— Пожар устроишь, — сказал я, ловя на лету окурок. — Выезжай, ты ведь не хочешь, чтобы нас взяли. Так что потихонечку трогай.

Выехав из посадки, «Шевроле» выбрался на трассу.

— Теперь куда? — спросил уже безразличным тоном Андрей.

— Давай в сторону Хребта, — сказал я и, увидев недоумение в глазах водителя, объяснил: — Они приехали оттуда. Вряд ли им придет в голову, что мы движемся в этом направлении. Поезжай мимо заправки, только аккуратно.

Наша мощная и многострадальная машина проехала мимо автозаправочной станции. Краем глаза я заметил лежащих на асфальте лицом вниз, с руками за голову, бородатого продавца, охранника в камуфляже и еще какого-то мужчину. Над ними стоял, широко расставив ноги, парень в дутой куртке и с автоматом в руках, остальные обыскивали постройки заправки.

Едва мы свернули за поворот и исчезли с глаз наших преследователей, я скомандовал:

— Теперь жми на все педали.

— Ты хоть понимаешь, что натворил? — увеличивая скорость, спросил Андрей.

— Если бы я первым не выстрелил, они бы нас там же положили, да еще вместе с охранником и обслугой заправки, — закуривая, ответил я.

— Дайте, дайте мне закурить, — просил сидящий сзади Картунов. Бедняга, он сейчас даже не вспоминал, что никотин укорачивает жизнь. Я протянул ему раскрытую пачку, ухоженные пальцы вице-мэра так дрожали, что не позволяли ухватить фильтр сигареты.

— Два милицейских трупа, этого же не скроешь, управляя машиной, размышлял вслух Андрюха. — Они вынуждены будут сообщить в областное УВД и теперь закупорят всю область. Теперь у них есть повод уничтожить нас даже за пределами района. Другие менты им с радостью помогут.

Дослушав до конца тираду своего партнера, я наконец произнес:

— Никто не убит. Оба мента живы.

— Что? — в один голос воскликнули мои попутчики.

— Только в кино люди, одетые в бронежилеты, получив пулю, как ни в чем не бывало продолжают воевать. В жизни все немного сложнее. Пуля в грудь с близкого расстояния даже если грудь защищена титановой пластинкой, все равно что удар кувалдой. Оба мента оглушены, но живы. В этом я убедился, когда забирал документы и оружие.

— На кой хрен тебе их документы? — взревел Андрей, сейчас, по-моему, он был еще больше взбешен, чем когда думал об убитых.

— Хотел посмотреть, кто против нас работает, — ответил я. — Черные «Мицубиси-Паджеро» впечатляют, особенно в здешней глуши.

— Ну и выяснил, кто они? — На этот раз голос моего напарника звучал более уравновешенно.

— Вот, — раскрыв одно из удостоверений, я сунул его под нос Андрею. С фотографии из-под фиолетовой печати смотрело молодое скуластое лицо, а текст гласил: «ОМОН города Екатеринбурга, лейтенант Салават Камбаев».