Читаем без скачивания Грех - Кирилл Казанцев

Ларин хотел было что-то крикнуть ему вслед, но вдруг кто-то невидимый схватил его за шиворот и принялся трясти, будто какую-то куклу.

– Да приходи же в себя, мать твою! – зазвучало у Андрея в ушах.

Слепящий свет, к которому устремился монах-отшельник, вдруг погас, словно кто-то нажал на выключатель. Вместе с ним улетучились и донимающие Ларина звуки. Во вновь воцарившейся темноте один за другим стали проступать предметы интерьера: простенький стол, металлический шкаф, треснувшие настенные часы. Проявились в ней и двое мордатых мужиков – кряжистый качок и веснушчатый блондин.

– Слышь, Игнат, оклемался, – оскалился последний и заглянул в затуманенные глаза Андрея. – Ну, что, послушничек, доскакался-допрыгался?

– Чё ты, Колян, ему эту хрень вколол? Он же чуть копыта не откинул, – подал голос качок.

– Чё, чё? Через плечо. Наркота, она того, язык развязывает.

До Ларина дошло, что он наконец пробудился, вернулся в реальность.

«Понятно, с какого перепуга я такие глюки ловил. Вот только интересно, чем они меня накачали? Ладно, потом выясним. Сейчас надо думать, как из этой ситуации выбираться». – Андрей повертел головой.

Только теперь он увидел, что сидит в центре какой-то малюсенькой прокуренной комнаты с плотно зашторенными окнами. При этом сидит не на стуле, а на полу, со связанными за спиной руками.

– Итак, вопрос первый, – сразу же перешел к делу блондин. – Кто ты такой?

– Послушник Свято-Покровского монастыря, – пробормотал Ларин.

– Чё, послушник? А я тогда папа римский, – хохотнул из-за спины своего товарища Игнат.

Колян обернулся и зло глянул на качка – мол, совсем не смешно, да и не время шутки шутить. На что Игнат только развел руками, определенно не догоняя, чего от него хотят. Веснушчатый блондин покачал головой, дескать, с кем приходится работать, и вновь повернулся к Андрею.

– Итак, повторяю в последний раз – кто ты в натуре такой? – По раздраженному голосу Коляна было нетрудно догадаться, что произойдет, если ему продолжат вешать лапшу на уши.

Но Ларин, конечно же, не собирался играть по навязанным ему правилам. Он затеял свою игру, основной целью которой было вывести двух парней из себя, посадить их, как говорится, на коня. Ведь иметь дело с неуравновешенным и сорвавшимся с катушек противником пускай и опаснее, но зато гораздо перспективнее, чем с холодно-расчетливым. Как пить дать в какой-то момент у него непременно сдадут нервы, он даст волю своим эмоциям и, как результат, допустит фатальную ошибку. А воспользоваться ею уже дело техники.

Скривив губы в издевательской ухмылке, Андрей произнес по слогам:

– Го-во-рю же – я по-слуш-ник Свя-то…

Но договорить ему не дали. Колян врезал кулаком Ларину в правое ухо – пока вполсилы, словно предупреждал, что это только начало, и если он будет продолжать водить его за нос, следующий удар будет более болезненным, чем предыдущий. И так по нарастающей.

– Доходчиво объяснил? – рассматривая костяшки пальцев, пробубнил себе под нос блондин. – Или повторить для непонятливых?

– Да пошел ты, – сплюнул на пол Андрей, дурной кайф от вколотого еще туманил ему мозг.

Терпение у Коляна было на исходе. Казалось, вот-вот, и он сорвется с цепи, изобьет несговорчивого пленника до полусмерти. Но в тот момент, когда он уже занес руку для очередного удара, дверь скрипнула и в комнатушку вошли Шамиль и отец Меркурий.

– Погуляйте, – даже не посмотрев в сторону мордоворотов, бросил бизнесмен.

Присутствие Меркурия не предвещало ничего хорошего. Если «святой отец» рискнул лично появиться перед Лариным, то у Андрея вряд ли было будущее.

Веснушчатому блондину и кряжистому качку ничего не оставалось, как удалиться. Шамиль закрыл за ними дверь на ключ, приблизился к Ларину. А вот казначей Свято-Покровского монастыря подошел к окну, отдернул штору и приоткрыл форточку. Вместе с золотистым солнечным светом в прокуренную комнату ворвался и поток свежего воздуха.

– Да будет свет! – сказал отец Меркурий, присел на подоконник и сомкнул пальцы рук в замок. – Ну что, Андрей?! Мы ждем от тебя покаяния.

– Судить строго не будем, – пообещал Шамиль и тут же уточнил: – Но при одном условии – если ты сдашь своих работодателей и, само собой разумеется, согласишься с нами сотрудничать. Видишь, все очень просто. И ты цел останешься, и мы благодарны тебе будем. Взаимовыгодное сотрудничество. Так что, по рукам?

Ларин наморщил лоб, делая вид, что и впрямь заинтересовался предложением. Хотя на самом деле просто тянул время.

– Какие гарантии, что меня никто не тронет?

– Это уже деловой разговор, – воодушевился бизнесмен и хищно прищурился. – Вот только таковых я дать не могу. Придется тебе поверить мне на слово.

– Прямо джентльменское соглашение получается, – хмыкнул Андрей. – Правда, мне мало верится, что его будет кто-то соблюдать.

Сидевший до этого на подоконнике отец Меркурий вдруг подскочил и принялся расхаживать по комнате, поглаживая бороду.

– Мы не держим на тебя зла. Поверь. Ведь каждый человек в этой бренной жизни имеет право на ошибку, равно и на то, как возможность искупить свою вину за содеянное. Тем паче что ты совершил ее не по своей воле. Тобой манипулировали извечные враги православной церкви, прислуживающие Люциферу. Я даже догадываюсь, что они тебе внушили. Мол, в меня и многоуважаемого архимандрита Филарета вселился бес окаянный, подчинил себе, заставив заниматься небогоугодными деяниями, – разглагольствовал казначей. – Змей-искуситель действительно предпринимает попытки овладеть нашими телами, умами и душами. Но мы сильны в вере своей и постоянно даем ему отпор. Встречая сопротивление, он находит других, менее стойких и слабых, как отцы Мефодий, Никодим… и через них пытается воздействовать на нас. Прискорбно, но это так. А потому я взываю к твоему разуму, твоей вере – покайся, сын мой, назови тех, кто ввел тебя в заблуждение, натравил на нас. И ты прозреешь, поймешь, что…

Слушая эту ахинею, Ларин все больше утверждался в мысли, что отец Меркурий отнюдь не лукавит, а искренне верит в то, что говорит.

– Да вы настоящий псих! – не выдержал и резко оборвал казначея монастыря Андрей.

Произнесенные им слова заставили отца Меркурия застыть на одном месте и нервно передернуть плечами. Его лицо стало медленно наливаться багрянцем, а ноздри раздуваться, как у разъяренного бегемота. Даже Шамилю стало не по себе – таким своего компаньона по преступному бизнесу он видел впервые.

– Псих?! – нездорово блеснули глаза казначея. – В последний раз мне это говорил отец Мефодий. Какая участь его постигла, ты хорошо знаешь. Так вот, то же самое уготовано и тебе. Пошли отсюда, Шамиль, – проговорил он и обозначил движение к двери.

Бизнесмен удивленно вскинул брови.

– Так ведь это… мы так ничего с него и не вытянули…

– И не вытянем. Он такой же упертый и принципиальный, как и Мефодий, – убежденно произнес отец Меркурий. – А вот с кем стоит поговорить, так это с его сестрицей, которая, как я подозреваю, и не сестра ему вовсе, а подельница. Женщины – народ пугливый, все как на духу выложат. Так мы и узнаем, на кого эти голубки работают.

Такой поворот событий Ларин должен был предвидеть и предвидел. Ему тут же вспомнился разговор с руководителем тайной антикоррупционной организации, состоявшийся на одной из конспиративных квартир. Тогда он чуть ли не умолял Дугина, чтобы тот позволил ему действовать одному, без чьей-либо помощи. Но Павел Игнатьевич был непреклонен и настоял, чтобы к заданию подключилась Лора. Мол, во-первых, одна голова хорошо, а две лучше. Во-вторых, надежно внедриться в монастырь можно будет только через Лору. Но кто ж тогда знал, что все обернется вот таким вот образом? И что было самым обидным – Андрей сейчас ничем не мог помочь своей напарнице.

«Лора! Только этого еще не хватало». – Пальцы сами собой сжались в кулаки.

– О, и впрямь занервничал, – глянув на Ларина, улыбнулся Шамиль. – Значит, верной дорогой идем.

– Покойся с миром, сын мой, – сказал с порога казначей монастыря.

Дверь захлопнулась. Но не прошло и минуты, как она отворилась, и в комнатушке вновь появились веснушчатый блондин с кряжистым качком. Но не с пустыми руками. На этот раз у Коляна был пистолет. Поводив им перед самым носом Андрея, мол, смотри, что тебя ждет, он достал из кармана глушитель и принялся накручивать его на ствол. Делал это не торопясь и с каким-то особым чувством. Было видно, что данная процедура доставляет ему настоящий кайф. Игнат же присел на край письменного стола и с отсутствующим выражением лица закурил сигарету.

Ларин понял, что если ничего не предпринять, то в скором времени он, не исключено, будет лежать с простреленной головой на полу. Та еще перспектива, но все к этому и шло. Хотя, скорее всего, его просто запугивают, надеясь, что он станет сговорчивее. Однако это дела не меняло. Ларин привык играть по своим правилам.