Читаем без скачивания Иудаизм - Виктор Барановский

У израильтян считалось, что прикосновение к мертвому телу оскверняет особо. Причина этого убеждения в явной ассоциации физической смерти с духовной. Следовательно, для тех, кто соприкасался с трупами, должны были быть предусмотрены средства очищения. Важно, чтобы им можно было свободно пребывать в сообществе живых.

Как обычно, ритуальное очищение предполагало наличие "заместительной жертвы", вот почему общество должно было поставить рыжую телицу без порока и недостатка, на которой никогда не пахали. Хота рыжая телка и приносилась в жертву за грех, но в отличие от обычных жертв за грех, не в искупление. Ее приносили в жертву не ради удаления самого греха, а того осквернения грехом, которое ассоциировалось со смертью. Рыжая масть ее символизировала цвет крови. А то, что она должна была быть из незнавших ярма, говорило о том, что телке полагалось быть абсолютно здоровой и сильной. Животным настолько чистым, чтобы быть годным для исполнения священной роли, ради которой оно было выбрано.

После заклания телки в присутствии священника за пределами стана (последнее символизировало физический акт удаления скверны из среды народа) священник семь раз кропил кровью ее в направлении скинии. Это свидетельствовало о том, что жертва приносилась Господу.

Потом телицу полностью сжигали на огне, вместе с кедровым деревом, иссопом и нитью из червленой (ярко-красной) шерсти. Эти же три компонента использовались и в ритуале очищения при кожных заболеваниях. Выбирая для ритуальных целей породу дерева, брали вечнозеленый душистый кедр. Иссоп брали потому, что пучки именно этого растения макали в кровь ягненка при исходе, а нить красной шерсти – потому, что она символизировала саму кровь.

После сожжения всего этого вместе с телицей пепел перемешивался и становился при этом средством очищения (19:9). После завершения ритуала священник и его помощник сами становились нечистыми. Это происходило потому, что они готовили пепел для очищения. Это может показаться удивительным, но прикосновение к священным предметам делало священника церемониально нечистым.

Итак, когда оставался лишь пепел, кто-нибудь чистый должен был собрать его и положить вне стана на чистом месте. Теперь пепел был готов для воды очищающей.

В очищении нуждался всякий, кто прикасался к мертвому телу, и оставался нечистым семь дней. Такому человеку надо было очистить себя водою с пеплом в третий и в седьмой день, иначе он оставался нечистым. Если он приближался к скинии, будучи церемониально нечистым, то должен был "быть истреблен из среды Израиля", то есть, предан смерти.

В равной мере нечистым становился человек, который хотя бы входил в шатер, где лежал усопший. Воздействие смерти было столь сильным, что распространялось и на открытые сосуды, находившиеся в непосредственной близости от мертвого тела. И кто касался убитого в поле и костей человеческих или могил, делался нечистым

Совершая ритуальное очищение, в сосуде смешивали пепел и воду и, опустив в эту смесь пучок иссопа (который и сам по себе обладает лечебными свойствами), кропили шатер, все сосуды и людей, оскверненных смертью. И кто-нибудь чистый должен был в третий и седьмой день окропить нечистого человека, после чего тот должен был омыться сам и вымыть одежды свои.

Неисполнение этой процедуры под страхом смерти не позволяло нечистому приближаться к скинии (он подлежал истреблению из среды народа).

Тот, кто совершал акт очищения нечистого, тоже должен был вымыть одежды свои и выкупаться, как должен был сделать это всякий, кто хотя бы прикоснулся к очистительной воде. Все, чего касался нечистый человек, становилось нечистым, и нечистота эта переходила, в свою очередь, на любого, кто так или иначе вступал с ней в контакт.

Кому дано много, много спросится (20:2-13)

Кадес был оазисом с достаточным количеством воды, но на этот раз, войди в него, израильтяне обнаружили, что он высох. Жажда заставила израильтян наступать на Моисея в своей обычной манере. Они укоряли его за то, что привел их из Египта на это негодное место. И так же, как поступал он в прошлом, Моисей обратился за советом к Господу, пав перед Ним ниц с мольбой и молитвой.

В ответ Господь повелел Моисею взять в руку свой посох и, собрав народ, обратиться к скале, и она тогда она даст воду, которой будет достаточно для людей и скота. Из скалы, о которой идет речь, били в обычное время ключи и евреи не раз пили из них в прошлом. Господь повелел Моисею только сказать скале, тогда появление из нее воды приписывалось бы не силе Моисея, а действию чуда Господнего. Моисей, однако, потерял в какой-то момент терпение и поступил так, что всеобщее внимание было привлечено именно к его власти и силе как посредника Завета. Он ударил в скалу своим посохом дважды… И вода появилась, но, понятно, благодаря милости Господней. Моисею же и Аарону за то, что привлекли к себе внимание вместо того, чтобы положиться на Господа, было отказано во вступлении в Обетованную землю.

Решение Господа было твердым. Принцип, по которому поступил Господь в данном случае, ясен: кому дано много, много и спросится. Можно предположить, что личность меньшая во всех отношениях, чем Моисей, не пострадала бы в такой мере в результате Божьего неудовольствия.

О праве наследования в семьях, где не было сыновей (27:1-11)

Когда пришло время определить наделы для племен, кланов и семей, возникла проблема с семьей Салпаада из поколения Манассии. Сал-паад умер, но не вместе с Кореем, а за свой грех, не оставив по себе сыновей. Но у него было пять дочерей. Поскольку земельные наделы полагалось выделять главам семей, т. е. мужчинам, семье и имени Салпаада грозило исчезновение, поскольку вне своего племени они не могли получить землю.

Озадаченный этой необычной ситуацией, Моисей обратился к Господу, Который повелел ему выделить дочерям Салпаадовым наследственный удел, как и другим. Этот случай стал прецедентом, на основании которого были даны последующие указания. Если человек умирал, не оставив после себя ни сына, ни дочери, то наследниками его должны были стать братья его. А если не было у

него братьев, то братья отца. А если и их он не имел, то наследство его полагалось ближайшему кровному родственнику. Таким образом, решение этой проблемы перешло для израильтян в постоянно действующее законоположение.

Назначение преемника Моисея (27:12–23)

Моисей и Аарон потеряли право войти в Обетованную землю в тот день, когда не исполнили повеления Господа должным образом, ударил посохом в скалу в пустыне Сим (20:12). Аарон умер, Моисею же Господь позволил издалека бросить взгляд на Ханаан. С одной из вершин горы Аварим стал смотреть Моисей на запад. Эта вершина, называвшаяся Нево, поднималась прямо против Иерихона.

И тогда вместо того, чтобы проникнуться жалостью к самому себе, как это могло бы случиться с менее значительным человеком, чем он, Моисей испытал тревогу в связи с тем, что оставлял Израиль без хорошего вождя. Тогда он обратился в молитве к "Богу духов всякой плоти" с просьбой поставить над народом вождя вместо него, Моисея. Этот необычный титул Бога ("Богу духов всякой плоти") отражает Его способность исчерпывающего понимания каждого человека и, следовательно, безошибочность выбора.

Будущий вождь, каким он виделся Моисею, должен был быть подобен пастырю, который выводил бы израильтян, овец своих, и приводил бы их домой.

Господь немедленно откликнулся и сказал взять Иисуса, сына Нави-на. Этот исполненный Духа человек, который к тому времени уже проявил свои замечательные качества и способности, должен был стать идеальным преемником Моисея. Назначение нового вождя следовало провести всенародно, чтобы общество израильтян осознало: Навин обрел право на такое же уважение, как Моисей. И власть, и авторитет, которыми обладал Моисей, делались теперь его достоянием.

И поставил Моисей Иисуса перед Елеазаром, священником, в знак той миссии, которую отныне надлежало исполнять им двоим. Елеазар будет открывать Навину Божью волю, а тот будет руководить народом, выполняя Божью волю.

Моисей возложил руки на Навина, передавая ему свои полномочия, и таким образом исполнил порученное ему Богом.

Законы о жертвоприношениях (гл. 28–29).

Накануне вступления израильтян в Ханаан и завоевания ими этой земли необходимо было проинструктировать молодое поколение относительно жертв, которые им надо будет приносить в условиях ожидавшей их оседлой жизни и сельскохозяйственной деятельности. Первое место среди жертв занимали ежедневные всесожжения. Установлены они были еще во время пребывания народа у горы Синай. Эти ежедневные жертвы были символом дани, приносимой народом-вассалом своему Сюзерену – Господу, Который в скинии вступал с народом в совершенно особый контакт.

Вторую категорию составляли жертвоприношения субботнего дня. Хотя установление о субботе было дано прежде (Исх. 20:8-11), здесь впервые даются правила, касающиеся субботнего ритуала. Кроме упомянутого выше постоянного всесожжения, в субботу должно было приносить в жертву двух однолетних ягнят без порока с сопутствовавшими им возлиянием и хлебным приношением.