– Мне обязательно идти спать к себе?
– Кресло, в котором вы сидите, раскладывается. Потяните за рукоятку слева. А в ящике лежат одеяла и подушки.
Джошуа потянул за рукоятку. Кресло походило на сиденье в первоклассном авиалайнере.
– Разбудите, если будет что-нибудь интересное.
– Здесь все интересно, Джошуа. Спите.
Устроившись под приятно тяжелым одеялом, Джошуа прислушивался к шуму моторов и чувствовал слабые, вызывающие легкое головокружение рывки во время переходов. Ему нравилось качаться между мирами. Он быстро заснул.
А когда проснулся, корабль опять стоял.
Глава 20
«Марк Твен» приземлился возле груды валунов, за которые Лобсанг зацепил якорь. Было раннее утро, и над головой синело небо, испещренное редкими облачками. Типичный мир Ледового пояса. Вокруг сверкали снежные поля, а неподалеку виднелась полоска открытой воды.
Джошуа отказался даже посмотреть в окно, пока не выпил кофе.
– Добро пожаловать на «Запад-33157», Джошуа. Мы встали на якорь еще до рассвета, и я ждал, когда вы проснетесь.
– Я так понимаю, вы нашли что-то интересное.
– Посмотрите вниз.
На скальном выступе, за который они зацепились, на черном валуне, торчавшем из-под снега, возвышался естественный памятник – одинокая сосна, большая, старая, уединенная. Еще недавно возвышался – дерево было аккуратно срублено почти под корень, спутанные ветви и верхняя часть ствола валялись на земле, бледный диск сердцевины торчал на морозе. Здесь, очевидно, поработали топором.
– Я подумал, что вам будет интересен этот знак человеческого присутствия. И есть вторая причина, Джошуа. Пора испробовать мой запасной передвижной модуль.
Джошуа обвел взглядом гондолу.
– А именно?
– Вас.
В ящике лежала одежда. На грудь пришлось повесить легкий рюкзак, в котором лежали маска с экстренным запасом кислорода, аптечка, фонарик, пистолет, не содержащий железных деталей, тонкая веревка и так далее. На спине Джошуа нес парусиновый мешок с каким-то загадочным прибором, упакованным в прочный, твердый запечатанный футляр. Еще он надел старомодного вида наушник, чтобы держать связь с Лобсангом, хотя Джошуа подозревал, что костюм в изобилии нашпигован микрофонами и динамиками.
Он ушел в свою каюту, вернулся в неуклюжем облачении и взвалил на спину рюкзак.
– Черт, тяжело.
– Вы будете брать его всякий раз, выходя из корабля.
– А что внутри той запечатанной коробки?
– Я, – коротко ответил Лобсанг. – Точнее, дистанционный модуль. Можно сказать, страховочный. Пока существует корабль, рюкзак синхронизируется с главными процессорами на борту. Если корабль погибнет, моя память останется в рюкзаке, пока вы не вернетесь домой.
Джошуа рассмеялся.
– Вы даром потратили деньги, Лобсанг. При каких же обстоятельствах, по-вашему, эта штука будет нам полезна? Если в каком-нибудь дальнем мире мы останемся без корабля, никто не вернется домой.
– Никогда не помешает обдумать все возможные случайности. Вы – мое аварийное хранилище, Джошуа. Именно поэтому вы здесь. И потом, ваша экипировка еще не завершена.
Джошуа вытащил из ящика еще один прибор. Он представлял собой каркас, утыканный линзами, микрофонами, датчиками и снабженный наплечным креплением.
– Да вы шутите.
– Он легче, чем кажется. Датчик надежно пристегивается к плечу, а вот провод обратной связи, который подключается к рюкзаку…
– Вы хотите, чтобы я ходил по миллионной Земле с этим попугаем на плече?
Лобсанг, казалось, обиделся.
– Пусть будет попугай, если угодно… Но я не думал, что вы тщеславны, Джошуа. Кто вас там увидит? И потом, устройство очень практично. Я буду видеть то же, что и вы; слышать то же, что и вы. Постоянная связь. И если возникнут проблемы…
– Оно что, снесет яйцо?
– Пожалуйста, просто наденьте его, Джошуа.
«Попугай» удобно устроился на правом плече и оказался очень легким, как и обещал Лобсанг. Но Джошуа знал: он не сможет забыть, что на нем эта штука и что Лобсанг буквально дышит ему в затылок на каждом шагу. Ну и черт с ним. Он в любом случае не ожидал, что путешествие будет увеселительной поездкой, и попугай не особенно ухудшал положение. И потом, он наверняка должен был быстро сломаться.
Без дальнейших разговоров Джошуа спустился в выходной отсек, открыл дверь, преодолевая легкую перегрузку – давление поддерживали высоким, чтобы внешняя атмосфера не проникла на корабль прежде, чем Лобсанг проверит ее на предмет безопасности, – и шагнул в маленькую кабину лифта. Механизм гладко опустил его на землю рядом со скалистым выступом.
Оказавшись на земле и по колено в снегу, Джошуа глубоко втянул в себя воздух этого холодного мира и медленно повернулся. Небо затягивали облака, но видно было далеко – собирался снегопад.
– Видите? Обычные снежные поля.
Лобсанг негромко ответил на ухо:
– Вижу. Понимаете ли, у попугая есть носовые фильтры, которые позволяют мне чуять…
– Хватит, – Джошуа сделал несколько шагов, повернулся и окинул взглядом корабль. – Даю вам возможность проверить его на износ.
– Хорошая мысль, – проговорил попугай.
Джошуа опустился на колени рядом с деревом.
– Здесь маленькие флажки, которыми отмечены годовые кольца. – Он выдернул один и разобрал надпись. – Краковский университет. Здесь побывали ученые. А смысл?
– По годовым кольцам судят о климате, Джошуа. Как и на Базовой Земле. Что интересно, результаты исследований наводят на мысль, что зазор между соседними мирами составляет около пятидесяти лет. Примерно срок жизни средней сосны. В связи с чем возникает уйма вопросов…
Джошуа услышал шум, плеск и нечто похожее на звонкий сигнал трубы. Он медленно повернулся, догадавшись, что не одинок в этом мире. Неподалеку он заметил хищника и жертву: похожее на кошку существо с огромными клыками, пригибавшими голову к земле, гнало какое-то неуклюжее животное, покрытое шкурой, похожей на броню. Первые звери, которых он здесь увидел.
Лобсанг тоже наблюдал за происходящим.
– Чрезмерно вооруженный в погоне за чрезмерно защищенным – результат эволюционной гонки. То же самое много раз происходило и на Базовой Земле в различных контекстах, пока обе стороны не покорились вымиранию, и так начиная с эры динозавров и далее. Универсальный процесс, судя по всему. Как на Базовой Земле, так и на Долгой. Джошуа, обойдите вокруг скального выступа. Вы увидите открытую воду.
Джошуа повернулся и легко обошел скалу. По глубокому снегу он пробирался с трудом, но было так приятно размять ноги после многих часов, проведенных в гондоле.
Перед ним простиралась ширь озера. На озере тоже лежала корка льда, но рядом с берегом виднелась полоска воды, и там тяжеловесно и изящно копошились слоны, целое семейство, большие, мохнатые, с детенышами, жавшимися меж массивных родительских ног. Некоторые бродили по мелководью. У взрослых особей были необычные клыки в форме лопаты, которыми они бороздили дно, поднимая тину на несколько ярдов вокруг. В россыпи кристальных брызг мать-слониха играла с детенышем. Начал падать снег, и большие тяжелые хлопья усеивали шкуру бесстрастных животных.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
