class="p1">— Ваша Светлость, добро пожаловать, — склонившись, поздоровался мужчина. — Что привело Вас к нам?
— Неотложное дело, — усмехнулся Кристофер. — Где тот больной мальчишка? Я могу ему помочь.
— Вы хотите помочь? — Адам растерялся. — Конечно, идёмте. Только должен предупредить, помочь ему непросто и я бы не хотел давать родителям ложную надежду.
— А с какой стати ты решаешь, смогу я помочь или нет? — тихо спросил мужчина. Но от его голоса у меня по спине побежали мурашки.
— Прошу прощения, Ваша Светлость, — шепнул Адам, опуская голову.
Мне было жаль добряка-старосту. Он действительно заботился о жителях своей деревни. И переживал о каждом.
Но встать на защиту друга я не посмела. Перечить герцогу… инквизитору… Нет, я не настолько смелая.
До дома горюющих родителей мы дошли быстро. На скамье, возле двери, сидел отец мальчика. Он тихо подвывал, уронив голову на руки. Сгорбленная спина, трясущиеся плечи. Он даже не заметил, как мы подошли.
Из открытой двери слышались причитания с завываниями. Там горевала мать у кровати ещё живого, но уже похороненного родителями, мальчика. Мы для них были словно невидимые. Никто не обращал внимания, что в дом вошли чужие.
Мальчишка был в сознании. Он отстраненно смотрел в потолок и молчал. Может ли он говорить? А шевелиться? Я не знаю. Скорее всего, единственное, что он сейчас может, так это беззвучно ронять слёзы, не в силах что-либо исправить.
— Убери мать от ребёнка. — приказал Кристиан Адаму, бесстрастно глядя на мальчишку. В его взгляде не было ни капли жалости, в то время как у меня встал комк в горле.
Кит молча стоял позади нас, со страхом глядя на мальчишку и убитую горем мать. Да, сынок, с таким ты столкнулся впервые. И мне жаль, что так случилось.
— Не пойду! Не пойду! Не трожьте! — завопила женщина, дёргаясь в руках Адама.
Она не слышала его слов, не пыталась успокоиться. Страх, что её ребёнку навредят ещё сильнее, сковал женщину, затмил разум. Она и нас не видела. Взгляд её был направлен лишь на мальчика, над которым склонился Кристиан.
— Ты меня слышишь? — спросил инквизитор, глядя ребёнку в глаза.
Мальчишка медленно моргнул. Да, слышит…
— Пей, — Кристофер открыл флакон и прислонил к губам, вливая жидкость в рот.
Как только флакон опустел, инквизитор прикрыл глаза и что-то зашептал. Я слышала слова, но не понимала, на каком они языке. Что это? Заклятие? Или Кристофер так ругается?
Но вскоре я почувствовала неладное. Словно невероятная сила навалилась на меня, пригибая к полу. Упав на колени, вздохнула и огляделась. Кит остался стоять, бледный, облокотившись спиной на стену. Но стоял. Мать мальчика и Адам лежали рядом, без сознания.
— Что это было? — прошептала я, глядя на инквизитора.
— Магия, — коротко ответил мужчина, не сводя взгляда с мальчика. — И судя по тому, что вы в сознании, в вас есть немалая сила.
— А Кит? У Кита тоже есть магия?
— Сдаётся мне, Астра, что Кит — будущий инквизитор, — усмехнулся мужчина.
А я задохнулась от ужаса, глядя на своего ребенка. Инквизитор? Он станет таким же? Моего мальчика будут бояться и ненавидеть, а сердце его станет как камень…
— Не позволю, — шепнула я, глядя на Кристофера. — Не позволю сломить его.
— У вас нет выбора, Астра, — усмехнулся инквизитор. — Мне жаль.
То, что люди были подавлены силой инквизитора, не значит, что они оглохли. Когда Кристиан прекратил давление, Адам поднялся и с неприязнью посмотрел на замершего Кита.
За что? Он же ещё совсем ребёнок?
Но нас отвлёк тихий стон со стороны кровати. Мальчишка, ещё недавно лежащий пластом и не имевший сил поднять руку, самостоятельно сел на кровати и теперь с интересом рассматривал нас.
— Сынок! — тихо всхлипнула женщина, неверяще глядя на своего ребёнка. — Сынок!
Хлопнула входная дверь, через несколько секунд в комнату вбежал глава семейства. Растрёпанный, со следами слёз на грязных щеках и обезумевшим видом. Но стоило ему увидеть, что сын жив и здоров, как он тут же бросился к нему.
— Идём, нам тут больше нечего делать, — поманил меня Кристофер.
— Астра, подожди, — окликнул нас Адам, поглядывая на Кристофера. — Можно тебе кое-что сказать?
— Да, конечно, — кивнула я, отходя от инквизитора подальше. — Что-то случилось?
— Ты прости меня, — сконфуженно пробормотал Адам, избегая прямого взгляда. — Я бы ещё смог как-то убедить людей, что не ты привела инквизитора в нашу деревню, но Кит… Он…
— Кит всего лишь ребёнок, Адам, — усмехнулась я горько.
— Да-да, прости, — закивал друг детства. — Но тебе придётся уехать. Я понимаю, здесь дом твоей бабушки, но тебе не дадут жизни в нём.
— Ты прогоняешь меня? — тихо спросила я.
— Прости, — парень развел руками и посмотрел на меня, как наа умирающую. — Прости, я не хотел вот так.
— Мы уедем, — кивнула я, грустно улыбаясь. — Скажи, можно у кого-то купить лошадь? Пешком до города мы не доберёмся.
— Я еду в Кириш завтра, могу подбросить.
Я едва не рассмеялась, понимая, что Адам просто хочет от меня избавиться, и чем скорее, тем лучше.
— Я не могу решить это сама, — я качнула головой. — Пришли кого-нибудь за ответом, попозже.
Не попрощавшись, я пошла вслед за Китом и Кристофером. Обидно… Да, я мало сделала для людей, но что-то же было? Кому-то же помогла? И жила здесь в детстве.
— Не расстраивайтесь, Астра. Этого следовало ожидать, — тихо сказал инквизитор, как только я догнала его.
— С вами было также? Вас также прогоняли отовсюду? Как теперь жить моему ребёнку?
— Как и прежде, но добавив к своему распорядку дня обучение. Обучаться будет не только Кит, но и вы. И нет, меня ни откуда не гнали. Людям, в большинстве случаев, плевать, кто рядом с ними. Если сосед не убивает, не грабит, не шумит ночью, то и ненависти к нему не будет.
— Мне надо учиться, потому что во мне тоже есть какая-то магия? Но почему я ничего не чувствую?
— Вот и мне интересно, — пробормотал инквизитор. — Может, вы просто не знаете, что именно должны почувствовать. Так… Что от вас хотел староста? Судя по тому, что вернулись вы без настроения, он
