трет его, и я слышу ее пыхтение и звук телевизора на заднем плане. Черт. Я глажу себя быстрее, мои глаза прикованы к экрану. Я не могу оторвать их от ее пальцев, которыми Ангел проталкивается в киску, все быстрее и быстрее, пока громко не застонет, замедляясь, а ее киска пульсирует.
Лекси теребит себя, и я не могу удержаться от того, чтобы не кончить на живот, наблюдая за ней. Видео обрывается, на экране появляется снимок ее тела, показывающий мне все эти восхитительные изгибы, которые принадлежат мне.
Черт, она меня убьет.
Когда снова могу стоять, я убираюсь и запираю дом. Но когда я лежу в постели, все, что я могу делать, это вдыхать ее запах и вспоминать, как Ангел чувствовала себя в моих объятиях. Ее сторона кровати холодная, и я ненавижу это.
Поэтому я снова хватаюсь за телефон.
⁓
ЛЕКСИ
Приходит еще одно сообщение, и у меня замирает сердце. Я жажду его слов, этого контакта, хотя и не должна. Я ушла, я сделала выбор, а теперь согласилась на свидание. Разве это не серьезно? Зачем я отправила те фотографии и видео? Я скучала по Тайлеру, это точно, и мне хотелось подразнить его. Я хотела знать, что он все еще думает обо мне, все еще жаждет меня, как я его. Черт, я даже изменила его имя на Папочку в своем телефоне. Сейчас я лежу в пушистой пижаме, смотрю какой-то серьезный фильм о любви и скучаю по тому, как он обнимает меня. По его губам, проходящим по моей щеке и голове. Скучаю по безопасности и счастью, которые я обрела с ним.
Папочка: Не забудь поесть.
Черт, откуда он знает, что я не ела?
Ангел: А если я не буду?
Папочка: Тогда завтра, в ресторане, я нагну тебя и трахну так, чтобы все видели, в качестве наказания.
Моя киска сжимается, но я делаю то, что мне велят. Я не особенно хочу быть арестованной, но Тайлер искушает меня. Неужели он действительно сделает это? Черт. Я не могу перестать представлять себе как он нагнет меня сейчас, пока разогреваю пиццу и беру пиво.
После еды я запираюсь, иду по коридору маленькой квартиры и ложусь в постель. Мне трудно заснуть, а когда я, наконец, засыпаю, мне снятся большие руки, которыми он проводит по моему телу. Жесткие, шепчущие требования и большие, толстые члены, трахающие меня. Я просыпаюсь со стоном, мои трусики влажные. Луна светит сквозь открытые шторы, и я смотрю на часы, чтобы увидеть, что уже два часа ночи. Я пытаюсь снова заснуть, но моя киска все еще пульсирует, требуя разрядки.
Поэтому я просунула руку под одеяло и залезла в трусики, обнаружив, что они насквозь мокрые. Другой рукой я стягиваю рубашку, пощипываю и покручиваю сосок. Я представляю, что это Тайлер прикасается ко мне, представляю, как он ртом скользит по животу к моему влажному теплу. Пальцами ныряя в меня без предупреждения, разгибая и снова входя, трахая меня ими, пока он рычит грязные слова мне на ухо. Как Тайлер языком проводит по моему клитору, как сейчас это делаю я большим пальцем.
Я приподнимаю бедра и трахаю себя пальцами, держа глаза закрытыми, пока почти чувствую его. То, как его язык сплющивается, когда Папочка проводит по моей киске, как он широко разводит меня пальцами, обещание, что Тайлер скоро кончит.
Это посылает меня за грань, и я кончаю неловко быстро с приглушенным криком, уткнувшись головой в подушку. Задыхаясь, я вытаскиваю пальцы, содрогаясь от последующих ударов оргазма, и лежу так, пока не вздыхаю. Я поднимаюсь на ноги, иду в ванную и быстро привожу себя в порядок.
Очевидно, что Тайлер завладел моим разумом. Я никогда не смогу освободиться от его околдовывающей власти над моим разумом и сердцем. Одни выходные — вот и все, что для этого потребовалось. Я проводила месяцы с мужчиной и никогда не чувствовала себя так отчаянно нуждающейся, как сейчас. Или такой нужды в нем, такого отчаяния.
Это ужасно. Чувства так сильны, но я не в силах им сопротивляться. Как приливная волна, они смывают меня своей мощью, и я не в состоянии держаться ни за что, кроме него.
Завтра я снова увижу Тайлера. Все те силы, которые я сохранила, рассыплются под одним его взглядом. Я знаю это, и мне все равно. Я скучаю по моему Папочке, и плевать, что подумают другие.
Включая тебя, Джастин. Твой отец все равно делает это лучше.
20
ТАЙЛЕР
Прошло немало лет с тех пор, как я ходил на свидания. Я заржавел.
Но знаю несколько хороших ресторанов, и я выбрал один из них, который открыл сам, не для того, чтобы похвастаться, а потому что знаю, что он ей понравится. Я надеваю серые брюки и белую рубашку, добавляю пиджак, прежде чем отправиться покупать цветы.
Я пришел рано, я знаю это, но ничего не могу с собой поделать. Я отсчитываю часы, пока не увижу Ангела снова. Она поглощает все мои мысли. Я никогда не чувствовал себя так. Помню, она как-то давно сказала мне, что ее любимые цветы — подсолнухи, поэтому я купил самый большой букет, который смог найти, стебли перевязал ярким золотым бантом. Затем я отправился к ней домой.
Сегодня мы несколько раз переписывались. Лекси спрашивала, что надеть. Она прислала мне фотографии, на которых она завтракает. В течение всего дня я не мог оторваться от вибрации телефона, зная, что эти сообщения от нее. Я остановился возле ее дома и нахмурился. Он не выглядит безопасным. Входная дверь открыта. Это достаточно хороший район, но это не значит, что преступности здесь нет.
Выйдя из машины, я еще раз проверяю номер ее квартиры и поднимаюсь по каменным ступеням в вестибюль. Там пожилая женщина с лающей собакой проверяет почту, и я киваю, проскальзывая мимо и поднимаясь по лестнице на второй этаж. Я следую по номерам к двери квартиры Лекси. Она живет в самой последней квартире на этаже, и я выпрямляюсь, прежде чем поднять руку, чтобы постучать.
Как только я это делаю, дверь рядом со мной открывается, и оттуда выходит мужчина в сверкающем ярко-розовом топе и трусах, с очень внушительной бородой и длинными волосами.
— Ну привет, красавчик. Я тебя здесь раньше не видел. — Он перемещает взгляд на цветы и хлопает в ладоши.
— Боже мой, какие
