Отсюда вывод – не так бесполезны опыты алхимиков. Кто-то хочет получить золото, а другие – эликсир бессмертия. Хотя Матвей в пользе бессмертия сомневался. Если все люди будут жить вечно, это что? Вокруг тебя будут одни немощные старики и старушки? Выздороветь при болезнях или травмах – это одно, польза великая.
– Чего молчишь? – прервал его размышления Гален.
– Об эпидемии думаю.
– Правильно. Не обратил внимания на дым – то слева, то справа?
– Что в том необычного? Печи горят, похлебку готовят либо лепешки пекут.
– Разве ты запах не чуешь? Горелым мясом пахнет! Трупы умерших жгут!
И правда. Периодически ветер доносил непонятные запахи, только Матвей не мог определить, чем пахнет. В Петербурге крематориев не было. По обыкновению хоронили на кладбищах. Отдельно были православные, католические, мусульманские. Как и священнослужители, проводившие обряды похорон.
Запомнились слова одного батюшки:
«Ко Господу очереди нет. Но спросит он тебя: навестил ли ты больного либо узника в темнице? Накормил ли голодного и принял ли странника? И воздастся каждому по делам его!»
И решил Матвей рассказать Галену о прививках, когда доберутся до замка. А сейчас по бокам от повозки, спереди и сзади, топают сандалиями римские легионеры – охрана Галена, но они же и посторонние уши.
Путешествие получилось долгим. Дороги мощеные, вполне проезжие даже в дождь, из-за эпидемии пустынные. А вот с питанием были проблемы. Жители многих, если не большинства, городов и сел чужих в свои селения не пускали, опасаясь, что чужаки занесут оспу. И что мог сделать десяток легионеров, если к заставе селян спешили на помощь мужчины села? Где удавалось, покупали лепешки, вяленое и копченое мясо, рыбу, вино.
Вино считалось средством, предохраняющим от кишечных расстройств и даже от оспы. Хотя в этом сомневались и Гален, и Матвей. Иначе бы пьяницы не болели, а они умирали в числе первых. Вопреки обыкновению, легионеры из охраны вино водой не разбавляли, пили цельное. До эпидемии считали, что неразбавленное вино пьют только варвары. Правда, в германских землях, у готов, вино было кислым, потому что и почвы другие, и солнца, как на благословенном юге, не хватало.
Виноград – солнечная ягода; чтобы поспел, нужны определенные условия. В Московии он не рос, вино делали из яблок, а больше предпочитали напитки крепкие, например хлебное вино, как называли самогон. Зимой, в морозы, оно согревало лучше вина. Вино доставляли из дальних стран, поэтому оно стоило дороже самогона. Фряжское вино употребляли только дворяне, да и то не все, поскольку и среди дворянства были люди небогатые, имевшие небольшие земельные наделы.
Поездка утомила. Месяц в пути, зачастую без горячей пищи, не имея возможности помыться, а из-под копыт лошади постоянно летела пыль. Постоялые дворы не везде доступны, да и Гален побаивался в них останавливаться, ибо знал, что в людных местах болеют чаще. А вот почему так происходит, не догадывался. Наверное, не пришло время, не получила должного развития техника. Ведь микробов увидели, когда появился микроскоп. А для этого необходимо развитое стекловарение, шлифовка и наука об оптике.
Наконец прибыли на место. Для начала помылись с наслаждением. Правда, таких терм, как в Риме, во дворце не было. В купели стояли несколько больших котлов, туда прислуга наливала горячую воду. Так же, как и в Риме, натирали маслами, терли скребками и губками, мыли в котле. Потом моющийся перебирался в другой котел, с чистой водой. В него добавляли душистые масла, вроде розового, для расслабления.
Культ чистоты в империи был на высоте. Общественные бани предназначались для простолюдинов, люди богатые имели термы на своих виллах. Бани считались не только заведениями гигиеническими, где можно было помыться, там же работали цирюльники, которые стригли и брили, массажисты. А еще баня была своеобразным местом для обмена новостями, ибо других способов тогда не существовало. Поэтому общественными термами не брезговали сенаторы, богатые люди, чтобы узнать, какие мысли будоражат народ, да и новости из первых уст.
С расколом Римской империи на западную и восточную, с развитием других европейских стран уровень гигиены упал, дворяне стали мыться гораздо реже, заглушая неприятные запахи отдушками. И полы в дворянских и королевских дворцах не убирались. По мере того, как нарастал слой грязи, просто строили новые дворцы. Невероятная расточительность Средневековья!
Но сейчас еще стремление римлян к чистоте было на высоте. После купания слуги позвали к накрытому столу. Как давно Гален и Матвей не ели горячей и жидкой пищи! Они набросились на еду с жадностью диких зверей, разве только не чавкали и не вырывали друг у друга аппетитные куски. Чечевичная похлебка с потрошками, тушеные бобы с жареной убоиной, жареные на вертеле каплуны, свежайшие пшеничные лепешки, а еще отдельно лук и чеснок, соль и перец. Чеснок и перец считались хорошим средством защиты от болезней и злых духов. В изобилии было вино в кувшинах, как местное рейнское, так и доставленное из италийских либо испанских виноделен. Причем вино неразбавленное, специально из-за эпидемии.
И только на следующий день состоялся прием у соправителей. Гален надел свою лучшую тунику и новые сандалии. Матвей держался сзади, его туника была уже потрепана. Но он ученик, и на него никто не обращал внимания. На слуг, учеников и прочий люд никто не смотрел, при них велись деликатные либо и вовсе тайные разговоры, как будто на пустом, безлюдном месте.
Соправители стали требовать от Галена действенных лекарств, защищающих от эпидемии. В случае удачи, если никто из императоров, членов их семей не заболеет, обещали щедро вознаградить. Обещали даже виллу в самом Риме. Гален знал уровень цен и был шокирован. За просто так столь щедрые подарки не получают. Стало быть, щедрость императоров должна уравниваться наказанием при неудаче. Стоит заболеть одному из слуг или членов семей, и всем обитателям замка грозит вспышка смертельной инфекции.
Гален откланялся, вернулся в отведенные ему покои, был озабочен. Матвей молчал. Он пока не считал ситуацию в замке угрожающей. Но через два месяца в соседней деревне, через реку, откуда прислуга брала для кухни яйца, кур, рыбу, появились первые больные. Гален сразу категорически запретил прислуге посещать эту деревню. А тех слуг, кто там побывал за последние две недели, отправил в охотничий домик под наблюдение.
Для Матвея это сигнал – опасность уже рядом и молчать нельзя. Вечером начал разговор, причем издалека:
– У нас в Московии такие эпидемии бывают. Но есть способ предохраниться.
– Какой?
Похоже, известие не очень заинтересовало Галена. Ну что может придумать какая-то Московия, лежащая на краю мира, если лучшие умы Римской империи не нашли средство?
– У коров тоже бывают такие болезни, но протекают в легкой форме. И кто общается с коровами – кормит, доит, те тоже болеют, но не смертельно.
И объяснил, что надо взять содержимое пузырька на коже коровы, лучше с вымени. Сделать царапину на коже человека и нанести капельку содержимого пузырька.
– И все?!
Гален не поверил.
– Будет легкая лихорадка, может суставы ломить. Но тяжелого течения болезни не будет, как и смерти. И стойкость к болезни будет не сразу, нужно выждать несколько недель, две-три.
– Почему молчал?
– Как я могу давать советы учителю?
Гален возбудился, стал ходить по комнате из угла в угол. Потом вышел, держа в руке масляный светильник. Вернулся ближе к полуночи. Матвей уже клевал носом, хотелось спать. Но без учителя не ложился.
– Эта твоя Московия прозывается Тартарией! – заявил Гален.
– Когда-то так и было, – кивнул Матвей, соглашаясь с тем, что сведения устарели.
– С утра отправимся по деревням искать больных коров! – заявил Гален. – А теперь спать.
Гален быстро уснул. А Матвей все никак не мог заснуть. Сработает или нет? Коли не получится, навлечет на Галена позор. Но это не самое худшее. Как бы головы не лишиться обоим!
