Читаем без скачивания Измена по-венециански - Стив Берри

— Известны примерно полторы тысячи патогенных возбудителей зоонозов. Половина из них преспокойно существует в животных и никого не заражает. Но когда один из них попадает в организм другого вида, он словно с цепи срывается. Именно так начинается бубонная чума. Ее возбудитель живет в крысах. Крыс кусают блохи, которые затем передают заболевание человеку, после чего возбудитель начинает свирепствовать…

— До тех пор, — вставил Дэниелс, — пока у людей не вырабатывается иммунитет против болезни. К сожалению, в четырнадцатом веке на это ушло десять лет, и за это время вымерло пол-Европы.

— Эпидемия испанки в тысяча девятьсот восьмом году тоже стала результатом зооноза? — спросила Стефани.

Дэвис кивнул.

— Люди заразились от птиц, а затем вирус мутировал таким образом, что болезнь стала передаваться от человека к человеку. От этой болезни пострадали двадцать процентов всего населения планеты, а пять процентов умерли. Только за первые шесть месяцев эпидемии болезнь убила двадцать пять миллионов человек. Для наглядности могу сказать, что СПИД убил столько же людей за двадцать пять лет.

— Китай и остальные страны Азии понесли ужасающие потери от птичьего гриппа, — заговорил Дэниелс, — но количество жертв там никто не подсчитывал. Некоторые историки предполагают, что всего от этой болезни в мире могло умереть до ста миллионов человек.

— Зоонозный патоген представляет собой идеальное биологическое оружие, — сказал Дэвис. Нужно только выбрать возбудитель — вирус, бактерию, протозоа или паразита. Если вы не дурак, то сделаете два патогена: один, который передается только от животного человеку, второй, мутировавший, который передается от человека человеку. Первый может быть использован для нанесения точечных ударов — устранения конкретного противника с минимальным риском заражения окружающих, второй — это уже оружие массового поражения. Заразите нескольких человек — и эпидемия начнет распространяться, как лесной пожар.

Дэвис рассказывал столь красочно, что по коже Стефани побежали мурашки.

— Остановить эпидемию можно, — заговорил Дэниелс, — но потребуется время для того, чтобы изолировать заболевших, выделить патоген и разработать контрмеры. За это время умрет множество людей. К счастью, для большинства известных зоонозов имеются антигены, для некоторых — даже вакцины, позволяющие предотвратить заражение.

Стефани никак не могла понять, к чему пытаются подвести ее эти двое.

— Для чего вы рассказываете мне все это? — спросила она.

Дэвис потянулся за папкой, которая лежала на стеклянном столике возле его босых ног.

— Девять лет назад из частного зоопарка в Бельгии украли двух гусей, относящихся к исчезающему виду. Примерно в то же время из зоопарков Австралии и Испании были похищены редкие грызуны и улитки. Обычно подобным происшествиям не придается большого значения, но проведенная проверка показала, что таких случаев по всему миру произошло как минимум сорок. Развязка произошла в прошлом году в Южной Африке. Воры были пойманы. Мы скрыли их арест, заявив, что они были застрелены во время задержания. Злоумышленники пошли на сотрудничество, поняв, что южноафриканская тюрьма — не самое приятное место для жизни. Именно тогда мы узнали, что за всеми случаями похищения редких животных стоит Ирина Зовастина.

— Кто проводил то расследование? — осведомилась Стефани.

— Пейнтер Кроу из «Сигмы», — ответил Дэниелс. — У них много экспертов в различных областях науки. Это их специализация. Но теперь мы передаем это дело вашей конторе.

Ей не понравилось, как прозвучала последняя фраза.

— Вы думаете, что Пейнтер не сможет довести его до конца?

Дэниелс улыбнулся.

— После того, что произошло этой ночью? Нет, Стефани, дело — ваше. В конце концов, вы у меня в долгу за то, что я вытащил вас из голландской тюрьмы. Вот и отрабатывайте.

Президент все еще держал в руке слоновий медальон, и Стефани спросила:

— Каким образом эта монета связана с тем, о чем вы мне только что рассказали?

— Зовастина гоняется за этими медальонами по всей Европе, и вот тут возникает проблема, — проговорил Дэниелс. — Нам известно, что она уже собрала весьма внушительную коллекцию зоонозных патогенов. Их у нее как минимум двадцать. И между прочим, она не дура: имеет по два варианта каждого — обычный и подвергшийся мутации. Как уже объяснил Эдвин, один — для точечных ударов, второй — передающийся от человека человеку. У нее имеется биологическая лаборатория, расположенная рядом со столицей Федерации — Самаркандом. Но вот что интересно. По другую сторону границы, в Китае, есть еще одна биологическая лаборатория, принадлежащая Энрико Винченти, и Зовастина частенько ее посещает.

— Поэтому вам и понадобилось установить слежку за Винченти?

Дэвис кивнул.

— Врага нужно знать.

— ЦРУ пыталось вербовать людей на территории Федерации, но дело идет туго. — Дэниелс тряхнул головой. — Хотя кое-какой прогресс все же имеется.

Стефани встрепенулась.

— У вас появился источник?

— Если угодно, можно сказать и так. Впрочем, я сомневаюсь, что от него будет много пользы. Зовастина представляет собой проблему для нас, причем во многих отношениях.

Стефани понимала, что имеет в виду президент. В регионе, где у Соединенных Штатов почти не было союзников, Зовастина во всеуслышание объявила себя другом Америки. Несколько раз она оказывала США незначительные услуги разведывательного характера в борьбе с террористической угрозой, исходящей с территории Афганистана и Ирака. Не в силу желания, а по необходимости Штаты обеспечивали ее деньгами, военной помощью и самым современным оборудованием, что, безусловно, представляло собой определенный риск.

— Вы когда-нибудь слышали притчу о человеке, который ехал по шоссе и увидел змею, лежавшую посередине дороги?

Стефани усмехнулась. Еще одна из бесчисленных баек Дэниелса.

— Человек остановился, вышел из машины и увидел, что змея ранена. Тогда он взял ее к себе домой и выхаживал до тех пор, пока змея не выздоровела. Когда змея окончательно поправилась, человек открыл дверь, чтобы выпустить ее на волю, но гадина укусила его за ногу. Перед тем как потерять сознание, человек обратился к змее: «Я подобрал тебя на дороге, кормил тебя, лечил твои раны, и вот как ты отблагодарила меня!» Змея повернула к нему голову и ответила: «Все верно. Но когда ты делал все это, ты знал, что я — змея!»

Стефани уловила смысл притчи.

— Зовастина, — продолжал президент, — что-то замышляет, и в ее планах есть место для Энрико Винченти. Я очень не люблю биологическое оружие. Мир объявил его вне закона тридцать лет назад, а те виды биооружия, о которых мы только что говорили, — худшие из всех. Она задумала нечто ужасное, а эта Венецианская лига, в которую входят они с Винченти, тут как тут — и помогает ей. Слава богу, она пока не начала действовать, но у нас есть все основания полагать, что это случится очень скоро. Чертовы дураки, которые окружают ее, руководя тем, что расплывчато называется нациями, не желают видеть того, что происходит у них под носом. Они слишком заняты противостоянием Израилю и нам. Она с радостью использует эту глупость в своих интересах. Она и меня считает дураком. Пришло время продемонстрировать ей, что она далеко не самая крутая.

— Мы бы предпочли еще некоторое время оставаться в тени, но то, что двое агентов Секретной службы застрелили ее телохранителей, наверняка встревожило Зовастину.

— Чего вы хотите от меня?

Дэниелс зевнул, и Стефани сама с трудом подавила зевок.

Президент махнул рукой.

— Зевайте, сколько угодно. Не стесняйтесь меня. Сейчас глубокая ночь, так что политес временно отменяется. Отоспитесь в самолете.

— Куда я лечу?

— В Венецию. Если Магомет не идет к горе, тогда, Бог свидетель, мы заставим гору идти к Магомету.

32

Венеция

8.50

Внутренне изготовившись, Винченти вошел в главный зал своего палаццо. Обычно он не отягощал себя участием в подобных встречах. В конце концов, в «Филоген фармасьютик» имеется огромный департамент маркетинга и продаж, в котором трудятся сотни сотрудников. Однако сегодняшнее мероприятие носило особый характер и требовало его персонального участия. Именно поэтому Винченти устроил встречу в своем доме. Рекламное агентство, штаб-квартира которого находилась в Милане, подошло к делу со всей серьезностью. Для доклада оно прислало аж четырех представителей: мужчину и трех женщин, одна из которых была старшим вице-президентом компании.

— Дамарис Корриган, — представилась та, а затем представила своих коллег. Это была привлекательная женщина чуть за пятьдесят, одетая в темно-синий костюм с белыми вставками.