пакости устраивают.
– Что верно, то верно, – подтвердил старик. – Однако скажу тебе по секрету: мне иногда самому приходила в голову мысль разнести к такой-то бабушке этот замок.
– Не понимаю тебя, старик. Вы же там работаете, вас вроде все устраивает?
– Как тебе объяснить, – задумался Диран. – Дело в том, что мы работаем в отдельно построенном здании на территории за крепостной стеной. А в сам замок вход для огняков категорически запрещен. Ворота охраняет дюжина вооруженных солдат. Кроме этого много конников, слуг, которые почему-то тоже вооружены. Ну и несколько магов там шныряют, куда уж без них.
Рабочая смена у нас с шести утра до шести вечера, потом все расходятся. Как-то пару раз я задержался на работе, был срочный заказ, и ушёл позже обычного. Так вот, когда я проходил мимо замка, слышал в ночной тишине, как там во всю кипит работа – что-то куют, режут металл, занимаются магией. Причем так сильно, что энергетические вихри проходили даже сквозь толстую крепостную стену.
Другие огняки потом говорили мне то же самое. Странно всё это, очень странно.
– Старик, а ты не боишься мне всё это рассказывать? – спросил пелин, когда Диран, прервав рассказ, задумался. – Может, я шпион из замка и сообщу куда надо. Приедут солдаты и арестуют тебя, а потом обвинят, как этих двоих – Гунтас махнул в сторону телевизора, – в том, что ты хотел взорвать замок?
– Какой же ты шпион? – рассмеялся старик. – Ты пелин, а они не бывают шпионами!
Гунтас, который в это время пил молоко, поперхнулся и закашлялся. – Я пелин? А как ты узнал? Ах да, Энциклопедис, как я сразу об этом не подумал. – Гунтас понуро опустил голову.
– Вот-вот, – подтвердил Диран. – Пелин и есть, самый настоящий. И травник из тебя такой же, как из ежа полотенце. Я это еще тогда приметил, когда рассказывал вам, как один травник меня чуть не отравил. Ты даже глазом не повел. Хотя у этих сумасшедших ботаников очень развито чувство солидарности. Да начни я ругать одного травника в присутствии другого, тут же у нас дошло бы то потасовки или магической битвы.
Ну а потом, даже если бы ты был шпионом, чего бояться? Жить мне осталось недолго, а придут арестовывать, так сами пожалеют, – усмехнулся старик. – Сил у меня хоть и немного осталось, но на один адский взрыв хватит.
– Раз уж Вы всё знаете, не буду морочить голову, – сдался пелин. – Я действительно транспортный работник первой степени Гунтас Великолепный. А это мой спутник – Сервоет Младший, – представил он мальчика. – Что вы еще можете рассказать нам о замке?
– Рассказывать особенно нечего. Когда он принадлежал нам, там был музей огняков. Много картин наших предков, старые книги, рукописи. По стенам было развешано старинное оружие, на стендах выставлены наряды и предметы быта. Мы туда водили на экскурсии ребятишек, чтобы те не забывали свою историю.
– Диран, – пелин хитро сощурил правый глаз, – вы же понимаете, что я хочу услышать нечто другое.
– О чем ты? Я не понимаю, – пытался увильнуть от откровенного разговора старик.
– Понимаешь, еще как понимаешь. Мой магометр показал, что ты обладал 46-м уровнем магической культуры. А магу со столь высоким потенциалом в такой глуши делать просто нечего. Признавайся, что тебя держало здесь все эти годы?
– Вот вы хитрые проныры, транспортные работники! – рассмеялся огняк, – ничего от вас не скроешь. Да, было время. 46-й уровень! – и старик задумался, не переставая улыбаться.
Пелин подождал для приличия пару минут, давая огняку насладиться воспоминаниями бурной боевой молодости. Потом вежливо откашлялся, привлекая внимание.
– Ах да, – вышел из мира грёз Диран. – Ты еще достаточно молод и, наверное, не знаешь пелина Стефаса?
– Как не помнить, – ответил пелин. – Он был моим учителем в Академии транспортных работников. Преподавал у нас искусство маскировки.
– Ну и прекрасно. Я и Стефас были лучшими друзьями. Мы познакомились во время битвы с рептусами.
– Такое ощущение, что все измерения только и делают, что борются с рептусами, – хмыкнул Сервоет.
– Ты недалек от истины, малец, – пояснил ему Диран. – Эти твари весьма живучи и быстро плодятся. Стоит убить одного гада – и глядь, на его месте уже выросло три новых.
– А почему нельзя проникнуть в их родное измерение и там сразу уничтожить всех рептусов?
– Ну, во-первых, никто не имеет права уничтожать коренное население измерения в самом измерении. Кроме особых случаев, когда местные жители измерения убивают пелина.
А во-вторых, у рептусов нет своего родного измерения. Может, оно когда-то и было, очень давно, но теперь его нет. Таким образом, они считаются «несчастными бездомными», чтоб им провалиться.
И получается, что по законам Совета времен и измерений рептусы являются гостями в любом известном измерении. Им разрешено пребывать там неограниченный срок при условии соблюдения установленных правил и норм.
Когда в измерении их мало, они шелковые и пушистые. Ведут себя тише воды ниже травы. Но стоит рептусам расплодиться, они начинают нападать на местное население, грабить его и всячески притеснять. Немудрено, что периодически Совет времён и измерений собирает армию из магов и направляет ее на борьбу с этими тварями. В итоге большинство рептусов истребляют, а остальных расселяют в другие миры.
Пацараи как-то озадачились тем, чтобы решить проблему рептусов раз и навсегда. Для этого они сотворили совершенно новое измерение. И отдали его во владение всем рептусам.
– Отличная идея, – поддержал пацараев Сервоет.
– Она, может, и отличная для нормальных существ, но только не для этих кровопийц.
Короче, сделали и отдали им это измерение. Стали они в него заселяться, стекаясь из других известных миров. Какое-то время пожили мирно. А потом начали грызться между собой, пока не дошло до великой войны. Рептусы почти поубивали друг друга. И оно бы хорошо – мир наконец-то избавился бы от этих гадов. Но случилось так, что в ходе свары они случайно убили пелина, прибывшего к ним с инспекцией.
Дальше, понятное дело, по закону измерение пришлось уничтожить. И рептусы, которые еще не успели перебраться к себе на «новую родину» из других миров, снова оказались бездомными.
Теперь они, как и раньше, разбросаны где ни попадя. И продолжают творить безобразия. А мы снова и снова переодически собираемся в магические отряды и остужаем их пыл.
***
– В одной из таких битв я и познакомился со Стефасом. Мы воевали на передовой уже не первый день. А он «привёз» из другого измерения нескольких магов для укрепления наших рядов, так сказать.
Вечером за кружечкой крепкой настойки из солнечных ягод мы сидели за одним
