— Ну, что… поездка помогла?.. Ты забеременела? — Голос ее звучал заботливо и обеспокоенно, но Диана ненавидела ее в этот момент.
— Это все, о чем ты можешь спросить? У тебя нет другой темы для обсуждения? Когда я вижу Гейл, она каждый раз спрашивает у меня то же самое. Господи, неужели вы обе не можете думать ни о чем другом? — Самое страшное было то, что она сама вот уже год не могла думать ни о чем другом. Такое впечатление, что, покаты не забеременеешь и не родишь, тебя прямо за члена семьи не считают. Но она-то, черт возьми, делала и делает все, что в ее силах! И не ее вина, что у нее пока ничего не получилось.
— Извини, ради бога!.. Я же просто интересуюсь… Мы с тобой не виделись довольно долго, вот я и подумала…
— Да, я понимаю… — сказала Диана удрученно. Конечно, они все переживают за нее, но все равно ее каждый раз это просто бесит. Их вопросы — как постоянное обвинение. «Может, вы плохо стараетесь? Может, у вас что-то не в порядке? Может, вам обратиться к специалисту?» Диану тоже беспокоило все это, но ответов у нее не было ни для себя, ни для сестер, ни для родителей.
— Я так понимаю, это означает «нет». — Саманта старалась сказать это как можно мягче, но Диана смерила ее пронзительным взглядом.
— Это означает: оставь меня в покое, Саманта! Хорошо, я скажу: я еще не знаю. Тебя это удовлетворит? Хочешь, чтобы я позвонила тебе, как только у меня начнется менструация? Или лучше послать факс? Или, может, повесить большое объявление, а мама соберет всех своих друзей и устроит консилиум на тему: «Что же нам делать с бедной Дианой?» — Она чуть не плача выкрикивала слова, и Сэмми стало жаль сестру.
— Не переживай так, Ди. Мы просто хотим знать, что с тобой происходит, вот и все. Мы же любим тебя.
— Спасибо. Со мной ничего не происходит. Этого вам достаточно? — Ее утешала мысль о том, что она сама еще точно ничего не знает.
Когда Сеймус и Энди присоединились к ним, Диана еще не успела успокоиться после стычки с сестрой. У Сеймуса на плечах сидел сынишка.
— Твои новые картины впечатляют, — бодро говорил Энди, но он уже заметил напряженное лицо жены, и они очень скоро покинули выставку.
По дороге в ресторан Энди не проронил ни слова, Диана внешне казалась спокойной, но он понял, что вопросы сестры, как всегда, глубоко встревожили жену.
— Что-нибудь случилось? — Энди наконец не выдержал. Настроение у жены было мрачное, почти как до поездки в Европу. — Чем тебя расстроила сестра?
— Как обычно, — фыркнула Диана, — захотела узнать, беременна я или нет.
Посоветуй ей лучше заниматься своими делами. — Он постарался сказать это как можно мягче и нагнулся, чтобы поцеловать ее. Диана выдавила из себя улыбку. Какой Энди замечательный! Чуткий, заботливый, добрый.
— Ты же знаешь, я просто ненавижу, когда они начинают спрашивать! Как будто их это волнует больше всего.
— Они же любят тебя и хотят как лучше. Кстати, у нас, может быть, все в порядке. По-моему, в Монте-Карло мы не упустили эту возможность, ты не находишь?
Она засмеялась, вспомнив их бурные ласки в шикарном номере отеля, и поцеловала его в шею.
— Ты неподражаем. С годовщиной тебя, мистер Дуглас. — Ей не верилось, что прошел уже год со дня свадьбы. Диана была просто счастлива сознавать себя миссис Дуглас, и прошедший год был для них обоих наполнен до краев. Единственное, что его омрачало, это беспокойство по поводу ненаступающей беременности. Но их жизнь все равно была полной — работа, друзья, их семьи. Мысль о ребенке как бы тонула во всем этом. Но все-таки она была важной для них, и особенно для Дианы.
— Ты, конечно, считаешь меня слегка ненормальной… из-за того, что я так хочу малыша? — тихо спросила она Энди, когда они подъехали к «Л'Оранжери».
— Нет, что ты. Я просто не хочу, чтобы это стало для тебя навязчивой идеей. От этого легче не станет.
— Тебе легко говорить… Мне иногда кажется, что вся моя жизнь — сплошные месячные…
— Не допускай этого. Старайся думать об этом как можно меньше. — Он улыбнулся, передавая привратнику ключи от машины. — Я тебе все время об этом говорю. — Он поцеловал жену и не отпускал ее некоторое время. — Не забывай, пожалуйста, что пока существуют два человека… Это ты… И я… А все остальное будет, когда придет время.
— Мне бы твою уверенность, — обиженно взглянула она на него. Он был таким выдержанным и спокойным.
— Спорим, если ты перестанешь об этом все время думать, то забеременеешь так же легко, как… твои сестры. — Он ободряюще улыбнулся, Диана улыбнулась в ответ и взяла его под руку.
— Клянусь тебе, я постараюсь.
Когда они вошли в ресторан, несколько голов повернулись в их сторону, провожая восхищенными взглядами красивую молодую пару. Официант посадил их за столик в дальнем конце зала и, пока они просматривали меню и непринужденно болтали, принес вино. Диана уже успокоилась после неприятного разговора с сестрой, и оба они были в прекрасном настроении.
На первое они заказали икру, залитую взбитыми яйцами с луком, потом им принесли салат из омаров и шампанское. Покончив с десертом, Диана, оставив мужа в одиночестве, направилась в дамскую комнату, чтобы поправить косметику. Она действительно отлично выглядела в английском платье, которое подчеркивало ее загар. Накрасив губы, перед тем как вернуться к столу, она зашла в туалетную кабинку, и тут она заметила кровавое пятно на трусиках, свидетельствующее, что их любовная ночь в Монте-Карло не принесла долгожданного результата. У нее перехватило дыхание, и кафельные стены поплыли перед глазами. Она попыталась успокоиться и взять себя в руки, но, подходя к раковине, уже чувствовала печаль и опустошение.
Диана решила ничего не говорить Энди, но, когда она возвращалась к нему, он заметил перемену, произошедшую в ней, и понял все по ее удрученному виду. Он уже выучил ее менструальные циклы и еще несколько недель назад знал, что именно этот уик-энд должен показать результат их поездки в Европу. И теперь ему было достаточно только взглянуть на нее, чтобы понять, что успеха они не достигли.
— Что, неприятный сюрприз? — осторожно спросил Энди, пока она садилась. Он уже хорошо ее изучил и был тронут тем, что она не хотела показать вида, но была слишком подавлена и не смогла скрыть своих чувств. Его это тоже начало угнетать, и мало-помалу он начинал чувствовать себя виноватым.
— Да, неприятный сюрприз, — проговорила Диана, отворачиваясь. Теперь она обнаружила, что вся затея с поездкой оказалась напрасной. На какое-то мгновение ей показалось, что вся ее жизнь — тоже.
— Дорогая, но это еще ничего не значит. Мы же можем попробовать еще раз.
«Да, конечно, и еще… и еще… и еще… и все впустую! Зачем? Зачем стараться, если все без толку?»
