– Э... я... – У Бет тоже были симпатичные бокалы для шипучего напитка, такие же, как на витрине. Девушка быстро побежала за ними, с сожалением вспоминая чудные фужеры, которые видела в одном каталоге, но не смогла купить из-за цены.
Тетя Алекса подняла от удивления брови, когда увидела то, что принесла Бет, но, к облегчению девушки, протестовать не стала.
Шофер дамы и водитель фургона ушли, и женщины остались в магазине вдвоем. Все происходящее казалось Бет фантастическим сном. Тетя Алекса с какой-то удивительной легкостью беззвучно открыла бутылку.
– Теперь распакуй первый ящик, – приказала она Бет.
Та послушно сделала то, о чем ее просили, и трясущимися руками извлекла на свет завернутый в бумагу бокал.
Театральность, с которой тетушка Алекса подавала все происходящее, была завораживающей, почти драматичной. Бет и представить не могла подобную церемонию приема заказов в своем магазине. В то же время излишний пафос несколько раздражал. Но когда наконец девушка увидела первый бокал, все ее недовольство моментально улетучились: нежный, чистый хрусталь заиграл всеми гранями, всеми оттенками красного цвета в неярком освещении магазина. А виноградная лоза, золотой каймой охватившая бокал по краю, сияла как солнце. Бет замерла в восхищении – это было настоящее произведение искусства, эффектный сплав старинной грации и оригинального современного дизайна. Бет провела по изящной ножке кончиками пальцев. Ничего красивее в своей жизни она не видела.
– Хорош, правда? – Тетушка Алекса заговорила приятным мягким голосом, увидев, как заблестели у Бет глаза. Она и сама не могла скрыть восторга.
– Он великолепен, – тихо ответила девушка. Ей хотелось плакать от счастья.
– Да... теперь, понимаю, почему Алекс выбрал тебя, – снова проговорила женщина. – Ведь ты одна из нас. Но вернемся к нашим делам. Вот, посмотри, это мой дизайн. В пример взят, разумеется, классический вариант. Виноградная лоза очень подходит для украшения бокалов. Все члены нашей семьи говорят, что это и сейчас смотрится весьма современно. Но я тебе привезла и другие образцы декоративного хрусталя. Тебе понравится все.
– Обязательно понравится, – согласилась Бет, – но я не могу оставить хрусталь у себя. Это мне не по карману...
– Прости, мне пора. Сегодня я ужинаю с родителями Алекса...
– Пожалуйста, – умоляла девушка, – я не могу принять этот заказ. Заберите его. – Лицо у женщины вытянулось, но Бет беспомощно развела руками. – Я бы с радостью... но мне просто нечем заплатить за него.
– Разве я не сказала? – Тетушка нахмурилась. – Ни о каких деньгах и речи идти не может. Это подарок.
– Подарок? – Бет изумленно уставилась на нее, чувствуя, как кровь вновь отливает от лица. Однако гордость заставила ее высоко поднять голову. – Это очень щедро с вашей стороны, но я не могу принять столь роскошный презент. Чтобы сделать такой подарок, даже вы...
– О, успокойся, милая, это не от меня. Я деловая женщина, – несколько сухо произнесла она. – Даже своим родным я не смогла бы подарить ничего подобного. Специальные журналы полны заявок наш чудесный хрусталь. Нет, это Алекс делает тебе подарок – подарок безумно влюбленного человека. Таков мой племянник! Кстати, его не назовешь малообеспеченным. Дед Алекса, преуспевший в бизнесе в Англии, все оставил внуку. Однако сам Алекс служит в университете и никогда не наживет огромного состояния. Но кто знает цену любви?.. И все же сначала я наотрез отказалась выполнять его просьбу: у меня масса других заказов. Если бы ты видела его реакцию!.. Он в полном отчаянии объяснял, что без нашего хрусталя тебе придется отказаться от магазина, и я уступила его и своим эмоциям. Прости, Бет, но мне действительно надо идти. И помни, подарочную коробку нельзя открывать без Алекса. Все поймешь, когда...
Наборы бокалов были подарком от Алекса. Алекс за все заплатил... Когда его тетя вышла из магазина и направилась к «мерседесу», Бет беспомощно оглянулась вокруг.
Принять этого она, конечно, не могла. Особенно теперь, когда узнала, что Алекс заплатил за хрусталь из своего кармана. Мысль о последствиях заставила сердце Бет бешено колотиться. Его тетя, похоже, была уверена в их взаимных чувствах. Это Алекс ей наговорил о своей любви? «Мужчины в нашей семье влюбляются с первого взгляда»... А что, если это правда? А что, если Алекс не лгал, когда говорил о своих чувствах? Бет неправильно воспринимала его советы относительно бизнеса. Может, она ошибалась и в другом?
Звон дверного колокольчика вернул Бет к реальности. Она расплылась в улыбке, увидев, что пришла ее крестная Анна.
– Ух ты, неужели я что-то пропустила? – спросила та, закрывая за собой дверь. – Мы с Бардом как раз возвращались домой из Йоркшира. В магазине горел свет, и я попросила высадить меня здесь.
Крестная Бет и ее муж Бард подыскивали себе новый дом в окрестностях города, а пока жили то в Йоркшире, у Барда, то здесь, в квартире Анны.
– Проходи, присаживайся, – пригласила Бет, видя, как крестная мнется у двери. – В твоем положении нужно больше отдыхать. Анна ждала ребенка, и Бет немного завидовала ее беременности. Замечательно иметь мужа, который боготворит тебя, считает самой красивой на свете и с нетерпением ждет рождения очаровательного малыша.
– Вот что бывает, когда собираешься заиметь первого ребенка в таком возрасте, – засмеялась Анна. Бард сходит с ума, ожидая грядущего пополнения семейства.
«Конечно, я безумно рад! – восклицал он, когда кто-то поднимал эту тему. – Но, как бы я ни любил нашего будущего сына или дочь, Анну буду любить больше всего на свете».
Раньше Барду, суровому мужчине, такие эмоциональные речи были несвойственны. Услышав тогда эти слова, Бет задумалась. Как, наверно, здорово знать, что ты любима. В тот вечер, вернувшись домой, она тихо плакала в своей постели, убеждая себя, что Алекс ничего в ее жизни не значит.
– Ага, наконец тебе прислали заказ, – сказала Анна и замерла в изумлении, увидев уникальный бокал. – О, Бет, какая прелесть, – восторженно прошептала она. – Я и представить себе не могла, что фужеры могут быть так красивы. Они совершенны...
– Совершенны, безумно дороги, да к тому же не мои, – отрезала девушка.
– Как?
Бет потрясла головой.
– Это долгая история.
– У меня полно времени, – уверила ее Анна.
Будет легче, если кто-то еще будет знать о несчастье, уговаривала себя Бет, особенно если этим кем-то станет ее любящая, добрая крестная мать.
– Ну, в общем... – вздохнув, начала девушка...
– Вот такие дела, – закончила она через некоторое время свой рассказ. – Я не могу оставить у себя эту посуду, это слишком дорогой подарок...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
