— В любом случае характером он пошел не в отца.
Майк закусил губу, чтобы не дать сорваться гневному ответу. Арронакс тоже промолчал, но взгляд, брошенный им на юного англичанина, показал Майку, что Траутман рассказал Арронаксу и про Бена тоже.
Траутман и Арронакс сели за стол, чуть замешкавшись, к ним присоединились Сингх и Бен, затем присел и Майк. Астарот остался лежать на кровати и делал вид, что спит, но от Майка не укрылось, что он внимательно наблюдает за седовласым профессором полуприкрытым глазом.
— Траутман сказал мне, что вы нашли на морском дне, — начал Арронакс. — Ты должен теперь сообщить мне, что видел лично ты. Это может оказаться очень важным.
Майк удивленно кивнул на Траутмана:
— Но разве он вам не…
— Ум хорошо, а два лучше, — перебил его Арронакс с добродушной улыбкой. А Бен не смог удержаться, чтобы не уточнить:
— Три головы.
— Ах да, ты ведь тоже побывал в куполе. И ты тоже видел принцессу, — вспомнил Арронакс.
— Принцессу? — Майк мгновенно оцепенел. — Откуда вы знаете, что она — принцесса?
— Потому что ты сам утверждал именно это, — ответил Траутман вместо Арронакса.
Майк в нерешительности посмотрел на обоих стариков, но затем начал рассказывать, что он увидел в куполе, что ему довелось пережить. Время от времени Бен добавлял что-нибудь или уточнял, а Арронакс если и перебивал, то только частными вопросами, причем интересовался самыми невероятными мелочами.
— Фантастика! — воскликнул он наконец, больше обращаясь к Траутману, чем к мальчикам. — Этот купол именно то, что я разыскивал целую жизнь. Если все так, как вы говорите, то тогда вы открыли нечто такое, в сравнении с чем великая пирамида в Гизе кажется горой песка.
— Все именно так, — оскорбился вдруг Бен. — С чего бы это мы стали тут выдумывать? Спросите Траутмана, если не верите нам.
— Да я верю вам, верю… Только… — Арронакс искал подходящие слова, затем продолжил усталым, сразу изменившимся голосом: — Я двадцать лет мечтал о том, чтобы увидеть то, что вам посчастливилось найти. И теперь, когда это наконец найдено, оказывается, все слишком поздно. Вместо того чтобы послужить науке и всему человечеству, тайны купола станут служить одному-единственному человеку.
Майк изумленно уставился на Траутмана:
— Значит, вы так ему и не сказали?
Траутман старательно избегал его прямого взгляда, а на лице Арронакса вдруг отразилось жуткое предчувствие.
— Что не сказали? — спросил он.
— Я просто не успел, — пробормотал Траутман, но Майк почувствовал, что это неправда.
— О чем вы не успели сообщить? — резко спросил Арронакс.
— Купола больше не существует, — слегка язвительно ответил Бен. — Эта штука взлетела на воздух, после того как немцы забрали оттуда малышку. — И он руками попытался изобразить взрыв.
Арронакс побледнел.
— Это… это… неправда! — выдохнул он.
— Правда, — произнес Майк как можно спокойнее. — Матросы Винтерфельда вытащили оттуда саркофаг с девочкой. А вскоре подводный купол взорвался. Взрыв чуть было не уничтожил «Наутилус».
— О нет! — простонал Арронакс.
На его лице отразилось безмерное разочарование, так что Майк еле сдержался, чтобы не погладить его ободряюще по плечу. Все это совсем не тронуло Бена, потому что он указал на Майка и продолжил:
— А наш местный «маленький принц» считает, что это была автоматика, которая сработала сразу же, как только принцессу, — он так подчеркнул это слово, что у Майка зачесались руки съездить Бену по носу, — вытащили из купола.
Арронакс посмотрел на Майка.
— Умная мысль. И все могло, конечно, произойти именно таким образом. Если это была принцесса.
— Вы не только от меня знаете, кто она такая, правда? — догадался Майк.
Арронакс молчал, избегая взгляда Майка. Руки его машинально поглаживали угол стола.
— Я не уверен, — сказал он после паузы, — Да и как можно быть уверенным вообще, когда все это такая древность и произошло невообразимо давно? — Он снова помолчал, но затем интерес исследователя победил, — Вы нашли в куполе еще что-нибудь необычное? — спросил он. — Было ли там еще что-нибудь… сверхъестественное? Какое-нибудь другое существо?
Майк молчал.
Бен ответил:
— Только Спящая Красавица. И конечно, эта черная вонючка, вон там.
Кивком он указал на Астарота, который нехотя приоткрыл глаз и, словно в ответ на это, так сладко зевнул во всю пасть, что еще чуть — и можно было, наверно, увидеть конец его хвоста.
— Этот кот тоже из купола? — недоверчиво переспросил Арронакс.
Майк и Траутман одновременно кивнули.
Арронакс сидел за столом и неотрывно смотрел на кота, а Астарот демонстрировал глубокое равнодушие, на которое способны только кошки. Тут Арронакс встал, медленно подошел к кровати и внимательно рассмотрел кота в самой непосредственной близости. Два-три раза он вытягивал было руку, но так и не решился коснуться Астарота. На лице Арронакса появилось задумчивое выражение, когда он повернулся к остальным.
— Кошка? — прошептал он. — Совершенно обычная кошка?
Майк мог бы, конечно, слегка приоткрыть тайну и убедить его, что Астарот был кем угодно, только не обычной кошкой, но промолчал.
— А что в этом такого странного? — спросил Траутман. — Я имею в виду, мы, конечно, тоже удивлялись, как это животное могло попасть в купол и чем там питалось, чтобы выжить. Но все же это совершенно обыкновенный кот — правда, очень плохо воспитанный.
Астарот зевнул еще раз, потянулся, подошел к Майку, вспрыгнул ему на колени и тут же свернулся там клубком, чтобы снова уснуть. Арронакс все это время не спускал с него глаз.
— В это трудно поверить, и все же… — начал он, но так и не договорил до конца, а только энергично помотал головой.
— Во что трудно поверить? — поинтересовался Майк.
— Это всего лишь легенда, — ответил Арронакс. — Но я всю жизнь исследовал эту легенду. Траутман, конечно, рассказал тебе, что в течение последних двадцати лет я изучал все, что касалось затонувшей Атлантиды.
Майк кивнул. И Арронакс с энтузиазмом продолжил свой рассказ:
— Без ложной скромности могу утверждать, что во всем мире лишь немногие знают об Атлантиде больше, чем я. И все же мне ни разу не удалось найти действительные доказательства существования погибшей империи. Батискаф, который я создавал все последние годы, должен был позволить мне отыскать такое доказательство, но, к сожалению, все вышло иначе.
Профессор горестно вздохнул, но все же продолжил свой рассказ:
— Но мне всегда было ясно, что Атлантида больше, чем просто легенда. Слишком много историй существует о ней, слишком много упоминаний, много ссылок и неточностей, несоответствий, которые просто ничем другим не объяснить. Видите ли, почти все древние народы рассказывают предания о богах, которые обладали невероятным могуществом. — Ну и?.. — спросил Бен. — Суеверия, и больше ничего.
