разные стороны.
Лана обнаружилась сидящей поджав ноги, голой попой на кафельном полу. Сестрица опиралась на замшелый булыган спиной, упираясь затылком прямо в текущий, из каменной вершины ручеёк. Вода текла по длинным распущенным волосам, шевеля их пряди. Волосяные пряди Ланы красиво блестели благородным серебром в свете потолочного плафона мерцая синими искорками.
Я замер, уставившись в сияющие счастьем, глаза сестры. За моим левым плечом раздался изумлённый «Ах», правую ладонь сжали маленькие пальчики Софии. Немая сцена продлилась не долго, первой отмерла как ни странно Лина. подбежав к сестре, она, обхватив её за плечи, зарыдала в голос приговаривая:
— Ланка дура, ты чего наделала, — она повернула ко мне мокрое лицо, — Юрочка родненький верни всё обратно-о-о! Верни! А-а-а, нас теперь заберут. Дура Лана какая ты дура.
Она рыдала, тряся за плечи улыбающуюся сестру, а я, не отрываясь, смотрел на Лану, пытаясь сообразить, чем ей помочь. Аура девушки равномерно излучала лёгкий, можно сказать прозрачный, серебряный свет. Повернулся в Софии сравнивая, ну да точно, так и есть. У Софии сияние более насыщенное и цвет не имеет никакого оттенка, вон у Васьки полыхает огненными бликами.
— Василь ты что ни будь понимаешь в произошедшем? — Спросил я кота, внутренне ни чего хорошего не ожидая.
— Твоя сводная сестра, хозяин, обрела силу, — кот склонился в поклоне — она ведающая и скорее всего, после того как родит дочь станет ведающей матерью.
— Ведьмой? — Новость врезалась мне в затылок обухом топора, — Лана ведьма?!
— Нельзя так говорить Хозяин, — Васька поёжился, бросив испуганный взгляд на девчонок, — нехорошее слово, ругательное, услышит такое ведающая мать и отсушит, что ни будь ненужное, не любят ведающие это слово, сильно не любят.
— Мама меня прибьёт, — пробормотал я подойдя к сёстрам, с трудом оторвавшись от цепких пальчиков Софии, присел рядом.
Лина уже не рыдала, тихо плакала уткнувшись в мокрое плечо сестры, я протянув руку к водяной струе попытался взять прядь волос и не смог. Серебряные волосы живыми змейками порскнули в стороны. Ни хрена себе! Испуга не показал, положив вместо этого, свою руку поверх Ланкиной.
— Как ты сестрёнка?
— Спасибо тебе братик, — Лана притянула меня к себе впившись в меня поцелуем твёрдыми губами, — я знала, что для меня ты приготовишь особенный подарок. Я, как только шкатулку увидела, сразу поняла это мне.
Лана отпустила мою шею, чтобы погладить Линку по волосам.
— Не плачь сестричка, никто нас теперь забрать не сможет.
— Самая умная? — Лина вскинулась, слёзы мгновенно высохли, сменившись злостью, — Тебя может быть и не заберут. Ты ж теперь, сама будешь мужа выбирать… Ведающая… А мне… А я… Мне теперь ноги раздвигать перед тем на кого укажут… Сразу сообразила, умненькая ты наша. Вода текучая, да посмертный волос, раз и в дамках.
— Лина стой. — руку сестры смог перехватить в последний миг, спасая Лану от оплеухи. — Успокойся. Это перебор. Не стоит делать того о чём будешь жалеть это раз, и никто тебя у нас не заберёт это два.
— Слово?! — Взгляд холодный, требовательный и не привычно взрослый.
— Слово Лин-нуна, — и уже Лане: — Ты ещё долго будешь мой санузел занимать?
— Помоги мне встать — Лана снова обхватила мою шею руками.
— Руки ледянущие, — я посмотрел просящим взглядом на Лину.
Сестра фыркнула, задрав носик, поднялась на ноги произнеся:
— Пойду чайник поставлю, София ты со мной?
— Идём — Софи с сомнением посмотрела на нас что-то решая, — Господин возьмите полотенце, она совсем мокрая…
— Ага прямо как курица после дождя, — Вставила Лина свои пять копеек.
— Лана ты как подняться сможешь? — Спросил сестру вспомнив утренние забеги.
— Сможет-сможет — Лина бросила, обернувшись от двери, —Лана вставай хватит придуриваться.
— Встаю — Лана вцепилась в мою шею весенним клещом, вставая на ноги вместе со мной, — Юра мне бы полотенце, такое знаешь красненькое с золотыми драконами.
Ни чего себе запросы. Зажмурившись, представил банное полотенце, сложенное в несколько раз. Красный цвет представить не составило труда, а вот с драконами не задалось, не хотели корейские драконы ложиться на полотно полотенца.
— Держи , — Протянул сложенное свёртком полотенце сестре.
Лана тут же развернула, что бы тут же восторженно взвизгнув укутаться в махровое полотно спрятавшись в полотенце по самые глаза.
— Юрочка братик я быстро переоденусь посушусь и вниз, — красная комета пронеслась мимо шлёпая по полу мокрыми тапочками.
— Хозя-я-ин. — Васькин позвал голос позвал из комнаты.
— Чего тебе? — Я переступил через остатки двери оглядывая дверной косяк на предмет повреждений.
— Хозяин тут проход, — Василий стоял, заглядывая в дупло дерева, занявшего место моего платяного шкафа.
— Да я в курсе. Я по нему Софию сюда перенёс, — заглянув через его плечо в темноту беличьего жилища, — или она сама пришла, я если честно до конца ещё сам не разобрался.
— Хозяин — это проход, — Васька повернул ко мне свою возбуждённую морду — я чувствую запах ветра нашего города, там мой дом хозяин!
— Эк тебя торкнуло, — пробормотал я доставая звонящий телефон, — отойди от дупла, щас как выпрыгнет бешеная белка с чудным именем Грибок и за нос тебя цапнет.
Звонила мама. Странно что так долго молчали родители, сколько там того лёту до Москвы, часов восемь – девять. Наверное, из-за смены часовых поясов так долго тянули, а может и нет, вот сейчас и узнаю.
— Привет мамуль! Как ваши дела? Как столица? — Зачастил я в трубку.
— Нормально всё у нас. — На том конце мамин голос вздохнул, и она продолжила, — Сын отец получил сообщение от службы безопасности о нападении в аэропорту, ты справился, ты молодец, но без охраны больше не смей передвигаться, то же самое касается твоих сестёр.
— Да мама я понял, я прослежу, — ответил, думая сообщать матери о Лане или не стоит доверять такую информацию телефону, Лану можно оставить дома, если родители вдруг задержаться, денёк пропустит ни чего страшного не случится, — мама вы надолго в Первопрестольной застряли?
— Что случилось? — голос матери изменился, — что с девочками?
Ну да материнское сердце вещее. Блин и как быть?
— Мама я не знаю можно об этом по
